Лианна Бэнкс - Секрет удачного брака

— Хотите извиниться за то, что не вернулись ко мне? — не столько спросил, сколько упрекнул он.

— Извините, я была очень занята. Как и вы, насколько я знаю, — ответила она, вдыхая аромат его одеколона.

— Покупкой новой квартиры?

— Насчет квартиры… Я была бы вам очень благодарна, если бы вы молчали об этом.

— Не хотите, чтобы дошло до отца?

— Вот именно. Я буду счастлива хотя бы к тридцати получить собственное жилье.

— Вы в любой момент могли бы выйти замуж.

Она отвела глаза:

— Ну-у, вы говорите как он. А если бы ваш отец настаивал, чтобы вы, как полагается, в двадцать пять вышли замуж и только тогда ушли из дома? Подумайте сами, что сделали бы вы.

— Вы же женщина. Мой отец, имей он дочерей, поступал бы точно так же.

— Но не можете же вы и в самом деле принимать такую философию! Вы ведь современный человек и должны быть выше этого, разве не так?

— Мой отец грек, и меня учили опекать женщин.

Она опять внимательно посмотрела на него:

— Опекать? Вы так называете то, чем занимаетесь?

Он рассмеялся, откинув голову.

— Давайте доспорим в машине. Я подброшу вас до дома, а потом отправлюсь на скучную встречу, где мне придется произносить речь.

— Ну, такая встреча не может быть скучной. Не надо меня подбрасывать, я с Донной доеду до аллеи, в которой оставила машину.

Алекс вздернул брови:

— Похоже на тайную операцию. Я тоже могу подвезти вас до аллеи. Но, прежде чем отказываться, вспомните, что вы у меня в долгу.

— Я вам ничего не должна!

— Я помог вам избавиться от вашего дружка, восходящей рок-звезды.

— Он никогда не был моим дружком. Просто сложилась неловкая ситуация….

— Начинаю понимать, почему ваш папа желает держать вас взаперти.

Алекс помог Мэллори разместиться в спортивной двухместной «тесле родстер» с откидывающимся верхом и заметил, как блеснул бриллиант на ремешке туфли. У нее были красивые лодыжки и икры, а бедра пышные, но соблазнительнее всего была грудь. Мэллори показалась ему женственнее всех женщин, с которыми он встречался. И была в ней какая-то изюминка, что-то особенно привлекавшее внимание Алекса. Хотя женщины и считали его очаровательным, сам он давно уже считал себя стариком, точнее даже, старым циником.

— Вам нужно заниматься каким-нибудь видом спорта… позрелищнее, — заявил он, усаживаясь на кожаное сиденье.

— Да? Зачем?

— У вас потрясающие ноги, — объяснил он и вырулил со стоянки жилого комплекса.

— Спасибо, — отозвалась она, и он услышал нотку самодовольства в ее голосе. — Я совершаю прогулки и занимаюсь в фитнес-клубе. В комплекс упражнений в основном входят танцевальные ритмы Зумба и Пилатес. Но вернемся к моему отцу. Мне действительно хотелось бы, чтобы вы пообещали не говорить ему о моем посещении кондоминимума.

— Но вы же еще ничего не купили, правда?

— Правда, хотя надеюсь купить, — она провела пальцем по прекрасной коже сиденья. — Я хочу такую же машину. Спортивную и зеленую. Однажды папа прочел, что она разгоняется до ста километров всего за четыре секунды, и запретил даже думать о ней. Я собираюсь купить мотоцикл. Может, на него он согласится.

Алекс рассмеялся:

— Вы в самом деле хотите свести его с ума, а?

— Совсем нет. Я просто хочу жить своей жизнью… Можем мы опустить верх? Или боитесь испортить прическу?

— С этим я как-нибудь справлюсь, если справитесь вы, — ответил он и нажал какую-то кнопку.

Мэллори откинула волосы и подставила лицо солнцу, а взгляд Алекса скользнул ниже, до ложбинки в вырезе блузки.

— Что собираетесь делать? — поинтересовался он.

— Планируются благотворительные мероприятия, волонтерство в госпитале и женском приюте, визит друзей и при первой возможности — поездка на пляж, — она поколебалась. — Я вам даже больше скажу, если пообещаете не говорить отцу.

— Слово джентльмена.

— Не так уж часто я слышала, чтоб вас называли джентльменом.

Он мельком взглянул на нее:

— А что вы слышали?

— Сердцеед. Игрок.

— Вы с этим согласны?

— Я недостаточно вас знаю. Зато знаю, что я не в вашей лиге.

Он опять бросил на нее взгляд:

— Почему не в моей?

— Потому что я не модель и не игрок. Я просто, — она пожала плечами, — что-то среднее.

— Вы далеко не средняя.

Она взмахом руки отмела комплимент:

— Средняя, средняя.

Его даже рассердил этот жест.

— Даю слово. А теперь поделитесь своим секретом.

— Я хочу получить степень магистра.

— Ну и что в этом плохого?

— А отец хочет выдать меня замуж! — она вдруг вскинула руку. — Вот в эту аллею, пожалуйста. — А другой мой секрет в том, что я учусь играть в гольф.

— Хотелось бы посмотреть.

Мэллори затрясла головой:

— Нет, нет. С вашим-то опытом гольфиста…

— Большой форы я не даю.

Она рассмеялась и опять покачала головой, затем выглянула в окошко.

— Я припарковалась возле универмага «Сакс». Белый «БМВ».

Алекс подъехал к новехонькой шикарной машине и сказал:

— Не самая захудалая лошадка.

Уже открыв дверцу его машины, она обернулась, похлопала по кожаному сиденью и нежно пропела:

— Но все же не «тесла».

Он обрадовался, что она похвалила его автомобиль, но по привычке не мог не подумать о том, каков же энтузиазм Мэллори в постели с настоящим мужчиной, если ее как следует вдохновить.

Она наклонилась к нему:

— И помните, вы обещали ничего не говорить отцу.

— Ничего не скажу.

Ее губы растянулись в такой радостной улыбке, что он даже растерялся.

— Спасибо. Еще увидимся, — и девушка вышла из машины.

— Подождите, — окликнул Алекс.

Она обернулась:

— Что?

— Давайте позавтракаем.

Мэллори несколько секунд молча смотрела на него, потом приподняла брови и спросила:

— Зачем?

Обычно бойкий на язык Алекс слегка растерялся:

— Ну-у, скажем, мне хотелось бы увидеть вас еще раз.

— А разве у вас никого нет?

— Нет, я с ней порвал.

— Бедная девочка.

Но взгляд Мэллори помягчел.

— Девочка бедная? А я?

Мэллори отмахнулась:

— Вы игрок без души и сердца.

— Даже игрокам нужны друзья, — возразил он, одновременно стараясь припомнить, когда еще ему приходилось столько уламывать женщину, чтоб она приняла приглашение на ланч. Девушка вздохнула:

— Так вам хотелось бы, чтобы я стала вашим другом?

Вот черт! Хватит переговоров, пора переходить к решительным мерам.

— Ланч, среда, час дня, в деревенском ресторанчике, — сказал Алекс не допускающим возражений тоном.