Ноэль Бейтс - Отличное предложение

Около полуночи Айлин передала свой стол другому крупье и вышла на пару минут подышать свежим воздухом.

Она любила этот остров и каждый раз заново поражалась ее красотой, хотя прожила здесь всю жизнь. Обнаженные вершины вулканов, деревья с пышной сине-зеленой листвой, розовые кораллы, вынесенные морем на белоснежный песок… А ночью здешнее небо – черный бархат – сверкает миллионами звезд, да таких ярких, что в детстве Айлин казалось, будто ангелы начищают их до блеска от восхода до заката.

Прогуливаясь по примыкавшему к казино саду и вдыхая аромат жасмина, она в миллионный раз напомнила себе, что надо смириться с присутствием Доналда и переждать эти два года…

Звуки человеческих голосов пробудили ее от задумчивости. Она подошла поближе к конюшне, ныне переделанной под гараж, откуда доносились голоса. Три фигуры стояли там около новенького «бьюика» Доналда. Их тени колыхались на стене в ритме раскачивающегося на ветру фонаря. Двоих она узнала сразу: отчим и его постоянная подружка Грациэла Торрес.

– Нет, Доналд, прекрати! – Грациэла схватила Доналда за руку.

Тот резко оттолкнул ее, и женщина чуть не упала. Теперь Айлин смогла различить и третью, съежившуюся от страха фигуру. Это был Карлито, младший сын повара, парень лет одиннадцати. Он вырос здесь, на острове, и подрабатывал, помогая садовнику после школы.

– Ты, отвратительное отродье! – яростно орал Доналд. – Да я с тебя спущу шкуру, урод ты этакий!

Он занес руку с хлыстом, и Айлин решила вмешаться:

– Доналд!

Отчим так и застыл с занесенной для удара рукой с хлыстом, а паренек, не упустив счастливой возможности, юркнул в кусты и скрылся в темноте.

– Какого черта ты вмешалась?! Я бы преподал ему урок на всю жизнь! – взорвался Доналд.

Взгляд Айлин выражал лишь холодное презрение.

– За что? Что он такого сделал?

– Что сделал?! Испортил мою машину! Ты только посмотри на это! – Он с неподдельным возмущением указал на небольшую царапину на переднем левом крыле.

Айлин с сомнением покачала головой.

– Я бы предположила, что ты сам ее поцарапал, въезжая в гараж.

– Я же не идиот безрукий! – взбесился он. – Или ты думаешь, я не в состоянии припарковать собственную машину?!

– Вполне может быть, если до этого ты пропустил пару стаканчиков, – холодно парировала Айлин. – Как, например, вчера.

Лицо его побагровело, и Доналд поднял руку с таким угрожающим видом, что Айлин даже испугалась: не ударит ли он ее. Но даже не шевельнулась, чтобы уклониться. Лишь взглянула на него с такой ледяной усмешкой, что отчим с остервенением отшвырнул хлыст в сторону и, бормоча ругательства, развернулся на каблуках и медленно удалился прочь.

Айлин не сдержала вздоха облегчения. Она вдруг поняла, что испугалась гораздо больше, чем хотелось бы думать. Ей было известно, что нрав у Доналда буйный, но то, что он способен на откровенное насилие, стало для нее неприятным открытием. Она нагнулась, подняла хлыст и повесила его на место.

Грациэла тихо всхлипывала в сторонке.

– Айлин, спасибо тебе огромное. За то, что остановила его. – Молодая женщина уткнулась в носовой платок. – Я так испугалась… У него могли бы быть крупные неприятности, если бы он ударил мальчика.

Айлин невесело улыбнулась. Ей всегда нравилась эта женщина, хотя трудно было понять, что она нашла в Доналде. Такая красотка, как Грациэла, могла бы подыскать себе кого-нибудь получше. В ее-то тридцать с небольшим. И с ее-то блестящими черными волосами, точеной фигурой, огромными карими глазами и этим нежным налетом девичьей невинности, хотя у нее был собственный и вполне успешный бизнес. Грациэла Торрес принадлежала целая сеть парфюмерных салонов, разбросанных по всему острову.

У Айлин вдруг возникло неприятное подозрение.

– Послушай, он ведь не бьет тебя, правда?

– Нет. – Грациэла удивленно взглянула на нее и покачала головой. – Конечно нет. Доналд никогда бы меня не ударил. Сейчас он просто… очень расстроился из-за машины. Ты же знаешь, он очень любит ее.

Айлин кивнула с кривой улыбкой. Ей казалось нелепым иметь «бьюик», развивающий скорость до ста пятидесяти миль в час, на острове, который можно за день обойти из конца в конец и где дороги просто не предназначены для машин. До Доналд всегда отличался экстравагантным вкусом.

Грациэла провела рукой по капоту.

– Иногда мне кажется, что ее он любит больше, чем меня. Меня давно мучит вопрос, собирается он сделать мне предложение или нет. Но, видимо, если я и узнаю ответ, то не раньше, чем мне стукнет сорок.

Айлин снова невесело улыбнулась.

– Не понимаю, как ты его терпишь? Ведь он тебя явно не ценит. Ты заслуживаешь лучшего. Почему бы тебе не покончить с ним раз и навсегда и не найти приличного мужчину, который будет тебя достоин… и которого ты будешь достойна?

Грациэла пожала хрупкими плечами.

– Я его люблю.

Затем взглянула в маленькое зеркальце, проверяя, не потекла ли от слез тушь, быстро поправила макияж и поспешила вслед за Доналдом.

Все же два года – это очень много, подумала Айлин. Еще целых два года быть тенью отчима, следить, чтобы он ее не обманул…

Она опустила голову. Видимо, эта проблема так и останется неразрешимой. Даже если она и выйдет замуж, где гарантия, что это не будет похоже на прыжок из огня да в полымя? Возможно, работа в игорном бизнесе сделала ее циничной, но картина замужней жизни, которая рисовалась в воображении, вовсе не вдохновляла Айлин.

Она не собиралась связывать свою жизнь с одним из мужчин с толстыми кошельками и еще более толстым самомнением, которые выставляют своих жен напоказ как трофеи и меняют их на экземпляры помоложе примерно раз в два года. А если она выйдет замуж на кого-нибудь поскромнее… где гарантия, что муж не станет просаживать ее деньги в каком-нибудь казино, при этом не отказывая себе в удовольствии поразвлечься с женщинами вроде Марго, которые готовы принять предложение определенного рода от любого мужчины – ради дорогих безделушек?!

Нет, замужество – это не выход, вздохнула Айлин, выключая фонарь и закрывая двери гаража. Надо придумать что-то еще.

Она опять вспомнила сцену, свидетелем которой только что оказалась, и по спине у нее пробежали мурашки. Отчим наверняка бы избил парнишку, не окажись она в нужном месте и в нужное время. Какой все-таки мерзкий тип этот Доналд Хэйес!

У Айлин больше не было настроения для прогулок по саду, поэтому она пошла напрямик к главному входу в казино.

Широкие ступеньки вели к стеклянным дверям цвета бронзы. Наружные тяжелые двери всегда были распахнуты настежь и закрывались только в случае штормового предупреждения.