Элизабет Уолкер - Странный каприз

— Отлично. — Крейг кивнул и начал застегивать пальто. — Как Перси, больше не доставляет вам хлопот?

— Да нет, даже приносит пользу. Я поручила ему оттирать грязь на стенах и на полу. Получается у него не ахти, но он очень старается. Кажется, хочет произвести впечатление на Мэри Бет.

— И когда он уезжает?

— Не знаю. Думаю, когда накопит немного денег.

Крейг поджал губы.

— Мне кажется, вы зря на него полагаетесь… Впрочем, не хочу вмешиваться. Это ваше дело.

Несколько мгновений Присцилла молча смотрела на него, затем кивнула:

— Так я позвоню в понедельник.

Крейг вышел, а Присцилла опустилась на стул и долго сидела неподвижно. Она думала о Крейге… впрочем, был ли в эти сумасшедшие дни хоть час, когда бы она о нем не думала? Будь у нее больше времени, она, возможно, сумела бы разобраться в себе и выкинуть из сердца влечение к человеку, который не хочет даже познакомить ее со своим сыном. Словно боится, что она окажет на мальчика дурное влияние! Да, Крейг ясно дал понять, что не хочет пускать ее в свою жизнь. А сама она разве не этого хотела? Легкая, ни к чему не обязывающая связь… Но при одной мысли об этом Присцилле становилось тошно. Вот и теперь она грустно тряхнула головой и, накинув пончо, вышла из магазина.

Крейг ехал прочь от магазина со смутным недовольством в душе. Правда, Присцилла обещала позвонить, и у Крейга не было причин сомневаться в ее искренности, но он чувствовал, что уронил себя в ее глазах. Но что же делать? Он действительно не хотел везти Майкла в дом, полный сумасшедших! Вечно ноющий калифорнийский хиппи, беременная женщина, сбежавшая от мужа, сама Присцилла, от которой каждую секунду можно ожидать какой-нибудь дурацкой выходки… один Бог знает, как могут все эти люди повлиять на мальчика. У него в жизни и так достаточно неприятностей. Крейг все еще верил, что скоро излечится от влечения к Присцилле, — а раз так, нет никакого смысла уделять ей место в своей повседневной жизни.

В пятницу, когда он забирал Майкла, снег валил стеной, и Моника, одергивая на сыне куртку и приглаживая ему волосы, причитала что-то насчет холода и плохой видимости на дороге.

— На выходных меня здесь не будет, — заметила она, стараясь не встречаться глазами с Крейгом. — Если случится что-то срочное, у Майкла в записной книжке есть телефон, по которому меня можно найти.

Моника не первый раз уезжала на выходные, однако раньше всегда говорила Крейгу, куда едет и с кем. Теперь же, кажется, и не хотела, чтобы он об этом спрашивал. Прежде чем Крейг успел открыть рот, Моника распахнула дверь и чмокнула Майкла в лоб.

— Я вернусь в воскресенье не раньше десяти, так что приезжайте попозже вечером, — сказала она.

Майклу полагалось быть в кровати уже в половине десятого. Но Крейг ответил только:

— Может быть, тогда ему лучше остаться у меня? В понедельник я отвезу его прямо в школу.

— Хорошо, только не забудь проследить, чтобы он надел шарф. Он и так простужен.

— Подумаешь, разок чихнул… — проворчал Майкл и, помахав на прощание матери, вприпрыжку побежал к машине.

Крейг медленно пошел следом, неся в руке рюкзачок Майкла. В холле он заметил два огромных чемодана, набитых под завязку, Моника явно собиралась отдохнуть с комфортом. Крейга преследовало искушение спросить Майкла, куда это она собралась, но он чувствовал, что это будет нечестно. Если бы Моника хотела, сказала бы ему сама. Да и какая разница, в конце концов? Пусть ездит куда хочет и с кем хочет, лишь бы от этого не страдал Майкл.

Пока что, на взгляд Крейга, Майкл отнюдь не выглядел заброшенным ребенком, — скорее, наоборот. Моника следила за его манерами и часто возила с собой на взрослые приемы и вечера. Конечно, ничего плохого в этом нет, но все же… Порой Майкл казался Крейгу слишком взрослым для своих десяти лет. Тихий, вежливый, рассудительный маленький старичок. Мальчишка в десять лет, думал Крейг, должен бегать, кричать, шалить, взахлеб рассказывать о машинах или любимых фильмах, а никак уж не об испанской или португальской кухне. И еще: ребенок должен делать то, что хочет, а не то, чего от него ждут взрослые.

Впрочем, сам Крейг в возрасте Майкла был таким же. Ребенок, растущий в окружении заботливых взрослых, естественно, стремится им подражать. Возможно, Моника и ее родители чрезмерно опекают Майкла — но чем лучше он сам, заваливающий сына подарками и развлечениями? Хоть он и повторял себе, что любовь не купишь, однако стремился таким способом удержать привязанность сына. А этот путь вел в тупик — ведь Моника и ее семья могли обеспечить Майклу гораздо более блестящую жизнь, не говоря уж о том, что и виделись они с ним каждый день, а не раз в неделю…

Как всегда, они поужинали в городе. На этот раз Крейг повел Майкла в закусочную и угостил громадным, невероятно вредным для здоровья — и невероятно вкусным — гамбургером. Затем они отправились в кино и посмотрели приключенческий фильм с таким количеством драк и погонь, что Крейг почувствовал себя виноватым перед бывшей женой. Моника кормила Майкла вегетарианскими ужинами и запрещала смотреть телевизор перед сном — чтобы ребенку не приснились кошмары.

Может быть, Крейг подсознательно пытается доказать Майклу, что с ним жить лучше, чем с матерью? Может быть, сказал он себе, забираясь на необъятное ложе, купленное в «Антикварии». Но жить в неполной семье и относиться одинаково к обоим родителям почти невозможно. Рано или поздно Майклу придется выбирать. Крейг закрыл глаза — и, как всегда, перед мысленным взором его возникла Присцилла…

Утром Крейг собирался отправить Майкла поиграть с соседским мальчиком, а сам хотел немного поработать. Однако соседи куда-то уехали, и Майкл устроился перед телевизором. Крейг предложил сыну съездить в музей; мальчик только пожал плечами. Действительно, они уже были и в Музее Барнума, и в Политехническом, и в музее игрушек, а также во всех мало-мальски интересных исторических местах Бостона и окрестностей. И на экскурсиях, и в зоопарке… Конечно, можно для разнообразия посидеть дома, но Крейг чувствовал себя обязанным развлекать сына: ведь здесь у Майкла нет ни своего двора, ни игрушек, ни старых друзей…

За окном по-прежнему валил снег. В такую погоду по городу особо не погуляешь: вот в деревне — другое дело…

Крейг встал и пошел в спальню, где Майкл сидел перед телевизором, без особого интереса следя за действием какого-то глупого мультика.

— Хочешь, поедем посмотрим мой загородный дом? — спросил он.

— А что мы там будем делать? — не поворачивая головы, спросил Майкл.

— Да ничего. Просто посмотрим…