Джоан Реддин - Дорогой, единственный, любимый

— Джорджия, — строго сказала Мелоди, с трудом сдерживая улыбку, — если ты секундочку помолчишь, мы возьмем твой багаж, сядем в машину, перекусим и поедем домой. Именно в таком порядке!

Получение багажа заняло двадцать минут и еще десять — путь от аэропорта по широкой Колледж-авеню к «Би энд Би барбекю»: и Сэм, и Лиз говорили Мелоди, что в этом ресторане готовят лучшее в Фейетвилле барбекю. Казалось, эти полчаса тянулись вечно. Голодная Джорджия была не слишком приятной собеседницей.

— Можно подумать, ты не ела несколько дней, — сухо заметила Мелоди.

— Несколько часов, но разве это мало?

Едва машина остановилась, Джорджия распахнула дверцу и спрыгнула на землю.

— Я готова съесть целого быка!

Подвижная как капля ртути Джорджия успела сунуть свой носик во все уголки дома за рекордно короткое время. Она ахала, восторженно восклицала, на ходу выдвигала ящики и заглядывала в шкафы, пробовала мягкость кресел. И при этом болтала без умолку. У Мелоди даже закружилась голова от ее трескотни, и она пропускала половину мимо ушей. Она замолкала лишь для того, чтобы отправить в рот очередную порцию попкорна. Наконец последняя фраза, произнесенная Джорджией, заставила ее вмешаться в монолог сестры.

— Ты имеешь скверную привычку вываливать на собеседника целую кучу новостей, так что их невозможно сразу переварить. — Джорджия помолчала, усваивая последнее замечание сестры. — С чего ты взяла, что я растолстела!

— Я не говорю, что ты растолстела! Ты просто выглядишь совсем по-другому. — Джорджия склонила голову набок и снова принялась разглядывать Мелоди.

— Ты, наверно, меня разыгрываешь! — заметила Мелоди, забираясь с ногами в кресло.

— Нет, я правда не знаю, как тебе объяснить. Ты стала как-то… мягче.

— Спасибо, милая! Как зефир, что ли? Говорю тебе, я не прибавила ни унции. Наоборот, похудела. Попробуй целыми днями таскать мебель и рыться в стенных шкафах — ох, я на тебя посмотрю!

— Да нет же! — со смехом запротестовала Джорджия. — Я правда не могу подобрать нужного слова. Я же не писательница, как некоторые! Может быть, ты выглядишь более счастливой, довольной. Но как бы там ни было, ты мне такая нравишься. Я и не думала, что ты можешь снова стать такой.

Вдруг Джорджию озарило. Глаза ее широко распахнулись, она умудрилась забраться на узенькую кушетку с ногами.

— У тебя появился мужчина?!

Мелоди так громко расхохоталась, что разбудила Тилли.

— Джорджия! Тебе случается думать о чем-нибудь, кроме мужчин?

— Сейчас речь не обо мне! Я угадала, верно? У тебя мужчина!

Мелоди спустила ноги с кресла и положила на сиденье кошку.

— Не надо, Джорджия, — мягко попросила она, поднимаясь, чтобы подбросить дров в камин. — В том, что касается мужчин и отношений с ними, я получила хороший урок. — Мелоди повернулась к Джорджии. Глаза ее сияли теплым золотистым светом. — Я счастлива, это верно. Даже больше, чем счастлива. Я довольна своей жизнью здесь. Мне нравится дом. Нравится, что я могу, если хочу, писать целыми днями. Что не надо думать о деньгах. Согласись, этот дом посимпатичней квартиры в Бьюмонте.

Джорджия увидела, как глаза Мелоди затуманились воспоминаниями.

— Одно за пенни, другое за фунт, — тихо процитировала она старинную поговорку.

— Что?

— Почему ты переехала в ту квартиру после смерти Майкла? Тебе ведь не надо было платить за дом.

— Теперь это неважно, — покачала головой Мелоди. — Честно, неважно. Поговорим о чем-нибудь другом. Например, о тебе!

О себе Джорджия могла бы рассказывать бесконечно. Но она не успела даже начать: зазвонил телефон, и Мелоди сняла трубку.

— Алло? О, привет! Да, отлично. Да нет, все в порядке. Мы поужинали в Фейетвилле. — Она рассмеялась. — Может быть, но здесь ты ошибаешься. Мне не нужна новая машина.

С каждым словом Мелоди улыбка Джорджии становилась все шире. Она могла бы поспорить на свой завтрашний обед, что Мелоди разговаривает с мужчиной. С мужчиной, которого хорошо знает, если судить по голосу. А по голосу Мелоди можно судить о многом.

Взглянув на сестру, Джорджия ощутила легкий укол зависти. Как бы Мелоди ни притворялась, ясно, что этот мужчина для нее что-то значит. Похоже, у нее есть все, что нужно женщине: свой дом, мужчина, а в будущем, может быть, и семья. Все, о чем так мечтает сама Джорджия. Чуднее всего, что, имея дом, Мелоди не проявляет интереса ни к мужчинам, ни к семье. По крайней мере, так говорит. Джорджия мысленно рассмеялась: «Нет в жизни справедливости!»

— Нет, не слышала, — говорила тем временем Мелоди. — Ну да ладно, вечером мы в любом случае останемся дома. Спасибо, что позвонил. Спокойной ночи, Сэм.

Мелоди повернулась к сестре и увидела на ее лице лукавую улыбку.

— Ну-у… — протянула Джорджия так, как умела только она. — Вот уж не думала, что родная сестра станет вешать мне на уши длинную, толстую лапшу! Однако ты именно так и поступила. Ну-с, кто такой этот Сэм? — Она сделала особенное ударение на имени.

Мелоди со вздохом покачала головой.

— Боже мой! Похоже, ты не успокоишься!

— Не-а, — радостно откликнулась Джорджия. — Давай, выкладывай.

— Боюсь, тебя ждет разочарование. Сэм — мой адвокат. Из той фирмы, что прислала мне извещение о наследстве, помнишь? Он позвонил, чтобы предупредить, что на завтра обещают обильный снегопад.

— Ах да, конечно. В маленьком, богом забытом городке Эврика-Спрингз адвокаты каждый вечер звонят клиентам и сообщают прогноз погоды. Как же, как же! А ты всегда разговариваешь с адвокатами таким медовым голоском!

Щеки Мелоди залил предательский румянец, и Джорджия покатилась со смеху.

— Ну давай же, Мелоди! — принялась канючить она. — Расскажи про этого Сэма. Сколько ему лет? Он женат? Держу пари, хорош собой. Высокий?

— Ну, пошло-поехало! — рассмеялась Мелоди. — Подумать только, ведь я сама решила позвать тебя на День Благодарения!

Джорджия крепко обняла Мелоди, едва не опрокинув тарелку с остатками попкорна.

— Да ладно, Мелоди! На самом-то деле ты меня любишь. Ты сама меня так воспитала. Что же делать, раз я такая проницательная!

Мелоди обняла ее в ответ.

— Ты ничуть не изменилась, Коротышка. Продолжай в том же духе.

Она потянулась за попкорном, пока Джорджия весь его не прикончила.

— Ты, наверно, утомилась после полета, — поддразнила она сестру. — У тебя уже язык заплетается. Пойдем-ка спать, тебе надо восстановить силы. — Она встала и начала гасить лампы, поправила диванные подушки, поворошила угли в камине. — Что скажешь, Коротышка? — Она остановилась на пороге и потянулась к выключателю. — Кто быстрее вверх по лестнице!