Сандра Филд - Встреча с любовью

— Мне ночью одной страшно. Под кроватью живут злые пауки. Страшные и волосатые. Миссис Эмерсон говорит, они кусают непослушных детей.

Сглотнув комок в горле размером с Эверест, Морган постаралась произнести как можно спокойнее:

— Все в порядке. Мы с тобой поменяемся местами.

Она стала переносить свои вещи в соседний номер, стараясь отделаться от гнетущего ощущения того, что ее выгнали. Если быть точным, из рая.

Пообедали они в ресторане при гостинице. За столом Дженни вела себя безукоризненно; но Морган до сих пор ни разу не слышала ее смех. После обеда Райли предложил пройтись по магазинам.

— Когда ты переедешь ко мне в Мэн, тебе придется много ходить в джинсах, — сказал он. — Так что давай заглянем в твой чемодан и узнаем, что нам нужно.

— Маме не нравились джинсы.

— Однако в школе все ходят в джинсах.

— Значит, я тоже буду ходить в школу? — просияла девочка. — В настоящую школу?

— Ты будешь ездить в нее на большом желтом автобусе, — подтвердил Райли.

— Вот здорово! — наградила его очаровательной беззубой улыбкой Дженни.

Райли улыбнулся ей в ответ, и Морган подумала, что сейчас она является свидетелем первых ниточек любви, которая свяжет отца и дочь.

— Ваша знакомая пойдет с нами? — спросила Дженни.

— А ты хочешь? — Испытывая неловкость, Райли поморщился.

— Я никогда не выходила из дома со Снидом или дядей Лоренсом.

То есть с мужчиной.

— Разумеется, Морган пойдет с нами, — сказал Райли, склоняясь над чемоданом.

Первым делом оттуда была вынута фотография матери Дженни, которую Райли поставил на тумбочку у изголовья кровати девочки. Морган с болью обнаружила, что Бет Слейтер была не просто привлекательной. В строгой линии подбородка и печальных серых глазах была настоящая красота; и только женщина с безупречной формой головы могла позволить себе такую строгую прическу. Но при виде этой ледяной красоты на душе не становилось теплее.

Прогулка по магазинам многое открыла Морган. Дженни, привыкшая к роскоши, трогательно радовалась обычным джинсам и свитерам и пришла в восторг, когда Райли купил ей матерчатые тапочки с ярко-оранжевыми шнурками. Райли всячески старался задвинуть Морган на второй план, даже не пытаясь это скрыть. Лишь изредка он обращался к ней с вопросами, да еще Дженни настояла на том, чтобы девушка сопровождала ее в примерочную. Но все остальное время Морган чувствовала себя безликим манекеном.

Разумеется, возражать против такого обращения в присутствии Дженни она не могла, и это обстоятельство также нисколько не способствовало улучшению ее настроения.

Ровно в пять в номер постучал мистер Атертон. Дженни надела столько обновок, сколько на нее налезло зараз.

— Ты выглядишь просто великолепно! — воскликнул адвокат. — А больше всего мне нравятся твои новые тапочки.

Затем мужчины удалились в соседнюю комнату, и Морган решила почитать девочке одну из тех книг, что делали неподъемным ее чемодан. Но прежде чем она успела дочитать первую главу «Винни-Пуха», черные ресницы Дженни, так похожие на отцовские, сомкнулись, и девочка заснула.

Они с Дженни лежали на одной кровати. Наверное, Райли и мистеру Атертону понадобится много времени, чтобы решить все дела, подумала девушка, наслаждаясь приятным теплом детского тельца, прижавшегося к ней, проникнутая состраданием к ребенку, который так мучился от одиночества. Морган, во всяком случае, хотела бы называть это состраданием. Она была против слова «нежность». Потому что оно таило опасность.

Ведь Райли и Дженни скоро уедут в Мэн — уедут вдвоем, а она вернется к своим скалам.

Морган не хотелось об этом думать. Она закрыла глаза и мгновенно забылась сном, точно оглушенная.

Девушка не слышала, как ушел Уилфред Атертон. Она не заметила Райли, застывшего в дверях при виде Морган и его дочери, заснувших в одной кровати, причем девочка доверчиво прильнула к груди молодой женщины, точно котенок к кошке-матери. Она очнулась, лишь ощутив, как прогнулась под весом мужского тела кровать, как теплая ладонь смахнула волосы с ее лба.

Еще не до конца проснувшись, Морган открыла глаза и улыбнулась Райли.

— Я по тебе соскучилась.

Он завораживающе медленно скользнул поцелуем по ее губам.

— И я по тебе.

Морган потянулась было, чтобы обнять его, но тут только осознала, что Дженни придавила своим телом ее руку.

— Я начисто о ней забыла, — печально прошептала она.

Действительность холодной волной захлестнула Морган. Они с Райли не в мотеле в Сореле, вдвоем. Они в Солт-Лейк-Сити, и с ними дочь Райли. Морган отдернула руку.

— Не надо. Здесь же Дженни.

Глаза Райли словно спрятались за ставнями. Он порывисто вскочил с кровати.

— Нога почти не болит. И все формальности будут улажены к понедельнику.

— Хорошо, — фальшиво улыбнулась Морган. — Так что вы сможете возвращаться в Мэн.

— Мне до сих пор кажется, что я вот-вот проснусь, — тихо произнес Райли, — и увижу, что все это происходило только во сне. И в то же время я сознаю, что это не сон и мне предстоит сделать все возможное, чтобы Дженни была счастлива. Она — на первом месте. Я не могу допустить, чтобы она росла в сиротском приюте, — добавил он.

— Об этом не может быть и речи, — прикусила губу Морган. — Ведь теперь у нее есть отец.

Райли тяжело опустился на кровать, и девочка заворочалась. Зевнув, она открыла глаза и улыбнулась Морган.

— Вы не дочитали книжку.

Вполне убедительно рассмеявшись, Морган взяла книгу.

— «К первому слонопотаму добавился второй, и Пятачку стало страшно…»

Ужинать они отправились в «Макдоналдс».

— Мама больше любила шикарные рестораны, — заявила Дженни, — но мне здесь тоже нравится.

Райли набросился на гамбургер.

— Мистер Атертон пригласил нас завтра на ужин — ведь завтра День всех святых. Ты сможешь поиграть с его девочками. У них полно маскарадных костюмов. — Он улыбнулся Морган, но улыбка не коснулась его глаз. — Мистер Атертон сказал, у его жены и для тебя что-нибудь найдется.

День всех святых был одним из самых любимых праздников Морган.

— Должно быть, будет здорово, — постаралась она ответить как можно небрежнее.

— Как вы думаете, у них есть костюм Тыквы? — спросила Дженни. — Карета Золушки была из тыквы. — Она посмотрела Райли в глаза. — Как я должна к вам обращаться?

— А ты как хочешь? — смутился тот.

— Мне не разрешалось обращаться к взрослым по имени и на «ты».

— Ну… почему бы для меня не сделать исключения из этого правила? Зови меня Райли, а когда ты привыкнешь к тому, что мы живем вместе, может быть, ты будешь звать меня папой.