Лилиан Пик - На пороге любви

— Нет, я не имела этого в виду. Я не пытаюсь вас как-либо связывать. Я видела, как вы ведете себя с вашими подругами. Вас так же невозможно удержать, как… как семечко одуванчика, подхваченное ветром.

Эллис просто улыбнулся, ничего не сказав. Они подошли к обувному отделу.

— Ах да, обувь, — заметил он, уставившись на ее ноги. — Камень преткновения между нами. То, что выставлено вокруг, навевает воспоминания.

Клеон не дала ему развить свое провокационное заявление. Она бродила по секции, делая быстрые расчеты в голове.

— Вы не против, — спросила она, — если я кое-что примерю? Мне нужны новые туфли, а эти модели так хороши…

— Давайте, Золушка. Я не спешу. Я велел своей секретарше оставить вторую половину дня свободной от встреч, поскольку это мой первый день дома.

Двадцать минут спустя Эллис сидел, подавшись вперед и терпеливо наблюдая, как Клеон пытается сделать окончательный выбор между двумя парами туфель.

— Чем вам не нравятся эти черные? — спросил он, указав на них.

— Очень нравятся, — ответила она, глядя на них с тоской, — только цена… Я не могу столько заплатить за одну пару туфель. — Она посмотрела на другие туфли и вздохнула: — Эти значительно дешевле. Значит, надо купить их. — Клеон все еще сомневалась, и ее глаза устремились на другую пару.

Продавщица, горя желанием продать вещь подороже, обратилась к Эллису:

— Вам не кажется, что ваша жена прекрасно выглядит в этих туфлях, сэр? Они превосходного качества, сэр.

Эллис выпрямился и усмехнулся:

— Знаешь, дорогая, она права. Ты должна взять эту пару.

Клеон бросила на него убийственный взгляд.

— Вы же знаете, что они мне не по карману, — прошипела она, — и к тому же я не ваша…

— Хорошо, — сказал Эллис продавщице, — мы возьмем эти, черные, и, раз такое дело, — его взгляд оборвал попытку Клеон вмешаться, — мы возьмем и те, и другие.

Он вытащил бумажник и достал несколько банкнотов.

— Этого достаточно?

— О да, сэр, — восторженно расплылась благодарная продавщица, делая книксен, подобно викторианской прислуге. — Я уверена, что ваша жена будет более чем довольна, сэр. — Она торопливо убежала.

— Как вы могли? — упрекнула его Клеон, засовывая ноги в свои старые туфли. — Теперь я должна буду расплачиваться с вами и…

— Это подарок, Клеон. Не давайте воли своему негодованию. И, — он движением руки остановил ее протест, — редактор журнала мод, работающий на издательство Ферса, должна всегда быть одета настолько хорошо, насколько это возможно.

Она вспыхнула:

— Значит, вам не нравится, как я одеваюсь?

— Я этого не говорил. А теперь успокойтесь. Продавщица идет обратно, и, если вы не будете осторожны, она заметит отсутствие обручального кольца — тогда, чтобы спасти вашу честь, я должен буду купить его вам.

Это угомонило Клеон. Она натянула левую перчатку и стала прохаживаться, пока Эллис брал пакет и клал сдачу в карман.

На обратном пути в такси он сухо произнес:

— Я ошеломлен вашей благодарностью.

— Извините, Эллис. Большое спасибо за туфли. — Ее взгляд был вызывающим. — Я придумала, как вам отплатить за них, — я буду работать допоздна, пока не погашу долг.

— Не будьте идиоткой. Я не приму от вас никакой платы.

— Все равно. Я так и сделаю.

Он протянул руку и потрепал ее волосы.

— Сегодня вечером, в семь, — напомнил он, отдавая туфли.

Они расстались у дверей его кабинета.

Глава 7

Плотно облегающие черные бархатные брюки и соответствующая курточка, которую Клеон надела поверх свитера, заставили брови Эллиса взлететь вверх.

— Еще одно творение Эстон? Созданное волшебными руками Клеон?

— Конечно. Вам нравится?

— «Нравится» — не то слово. Костюм ошеломляющий, он создает потрясающий эффект. Вы что, хотите соблазнить меня, вместо того чтобы искать подход?

— Нет, — рассмеялась она, — просто стараюсь выглядеть мило.

— Мило? Мило? В моем словаре это слово относится к девушке, которая слегка чопорна и до некоторой степени непривлекательна. В этом костюме вы… — Он тяжело вздохнул. — Давайте пойдем, пока я не начал доказывать вам, как вы эффектны.

Когда Клеон вошла в примерочную, брови Франциза заметно дрогнули, но он ничего не сказал. Вокруг царила атмосфера толкотни и спешки, которая доходила почти до истерии в мастерских, примыкающих к примерочной. Доносившиеся голоса девушек и женщин, работавших там, за закрытыми дверями, затрудняли разговор.

Эллис вышел — Клеон решила, что он пошел разыскивать Аннабель, — и появилось платье.

Примерка прошла нормально, платье сидело великолепно. Антуан, который вошел, когда Клеон была еще в платье от Франциза, одобрительно присвистнул.

— Вы все же будете моделью, — заявил он, изучая ее профессиональным взглядом.

Чтобы помочь ему, Клеон повернулась и приняла позу, как бы демонстрируя платье на показе. Антуан захлопал в ладоши:

— У вас есть все необходимое. Стиль, пластичность, элегантность и… э… телосложение. Все, что вам нужно сделать, — немного подрасти. И все будет в порядке.

Клеон сделала глубокий книксен.

— Еще один поклонник, мисс Эстон? — сказал сзади Эллис, сверкнув глазами. — Вы коллекционируете их, как иная женщина шляпки.

— Жаль, что у вашего отца нет вакансии модели, мистер Ферс, — пошутил Антуан.

— Вы считаете, что у нее есть все необходимое для этого? Хорошо, мисс Эстон, теперь вы знаете — когда я вас уволю, мой отец примет вас к себе в штат с распростертыми объятиями.

Посмеиваясь над замечаниями сына, вошел Франциз. Он внимательно осмотрел вечернее платье и заявил, что доволен им.

— Теперь оно готово для вашей клиентки? — спросила Клеон, когда платье унесли.

— Готово, — ответил Франциз. — Я должен искренне поблагодарить вас за помощь.

— Где мама? — спросил Эллис отца, пока Клеон причесывала свои кудри.

— Вместе с Эвереттами. Ты же знаешь, как она ненавидит беготню перед показом.

Вошла Аннабель, а следом за ней Мария. Обе манерно воскликнули:

— Эллис, дорогой, как я скучала по тебе! — И каждая взяла его за одну из рук, глядя ему в лицо и желая, чтобы он выказал поцелуем свое расположение.

Ласково, но твердо Эллис высвободился из их хватки и подошел к Клеон. Он обнял ее за плечи, и она открыто рассмеялась над его маневром. Он улыбнулся ей, и она, подыгрывая, прижалась к нему, наблюдая, как расширились от изумления, а потом сузились от негодования глаза обеих девушек. Они ушли с испорченным настроением.

После их ухода Клеон сразу же вывернулась.