Люси Гордон - Приговор любви

– А если ты не ошибаешься? – горячо перебила его Меган.

– Тогда мы уличим его в преднамеренной лжи. Но слишком много «если», Меган! Есть еще одно обстоятельство: Джексон Грейнджер не женился на Мери Олмер. Два дня я искал ее и брата и, в конце концов, выяснил, что они живут на севере. Туда я и мотался.

– Но ведь, чтобы заручиться ее молчанием, Джексон должен был жениться на ней?

– Совсем не обязательно. Связаться с ним значило открыто признать себя и брата сообщниками в этом деле. Кроме того, она все еще замужем за мистером Олмером.

– Дэниэл, – в отчаянье проговорила Меган, – нам хоть что-нибудь это даст?

– Кто знает… Это робкий луч в твоем темном деле, но я не справлюсь один. Мне потребуется твоя помощь. Скажи, ты когда-нибудь видела Мери Олмер или Джона Бейкера?

– Нет.

– И ты уверена, что и они никогда не видели тебя?

– Абсолютно.

– Тогда у нас есть шанс получить доступ в их дом. Я не могу там появиться – они помнят, что я занимался расследованием.

– Ты предлагаешь сделать это мне? Они наверняка узнают меня!

– Придется рискнуть, я уверен, ты справишься. Они ведь никогда не видели тебя в жизни и знают только как Тигрицу, какой ты была три года назад. – Он пристально всмотрелся в ее лицо. – А Тигрица, если захочет, сможет стать отличной актрисой. Я изучил твои фотографии на обложках журналов и понял, что ты неплохо вживаешься в самые разные образы и знаешь, как подать себя, чтобы произвести нужное впечатление. Вот только хватит ли у тебя мастерства притвориться мрачной и глупой?..

– Увидишь! – живо воскликнула она. – Я сыграю любую роль, какая потребуется для достижения цели! Любую!

– Тогда приступим…

Глава восьмая

Джон Бейкер провел пальцем по подоконнику и брезгливо посмотрел на лежавшую слоями пыль.

– Ты наняла настоящую неряху, – пробурчал он. – Выгони ее.

– Шутить вздумал? – кисло обронила его сестра. – Ты полагаешь, легко найти прислугу, которая выдержит твой мерзкий характер и бесконечные придирки? Мы дали в газету объявление о найме полтора месяца назад, и, когда прислуга наконец нашлась, ты рассчитываешь, что я…

– Ладно, не заводись.

– Она, конечно, не блистает талантами, но…

– Она вообще ничем не блистает.

– … но дай ей время, хорошо? Она проработала три дня, взвалила на себя весь дом и пока неплохо справляется. Ведь даже ты похвалил то блюдо со смешным иностранным названием, которое она приготовила.

Джон Бейкер презрительно фыркнул, не желая успокаиваться.

– Так что заткнись и прекрати ворчать, – приказала Мери Олмер. – Она просто подарок Божий.

– Еще бы, ведь теперь ты можешь валяться на диване и плевать в потолок, – насмешливо бросил он.

– Я заслужила отдых после стольких лет ухода за тобой! – сварливо заявила Мери. – Думаешь, весело обитать в одном доме с ворчливым брюзгой, перебиваясь на жалкие гроши?

– Сама виновата, – злобно огрызнулся он.

– Опять начинаешь…

– Опять? Да у меня из головы не выходит, что ты напала на золотую жилу и по глупости выпустила ее из рук!

– Какая еще золотая жила? – устало спросила Мери. – Я тысячу раз повторяла, во всем виноват тот жулик. Он использовал нас… хотя нам грех жаловаться: он регулярно высылает деньги.

– «Регулярно»… – передразнил Бейкер. – Раз в три месяца.

– По-твоему, это не регулярно?

– Ха! И ты еще называешь эту чертову подачку деньгами! Да мы могли бы в роскоши купаться, если бы… – он замолчал, поймав предостерегающий взгляд сестры.

– В чем дело, Лили? – резко обратилась Мери к появившейся в дверях женщине.

Невозможно было догадаться, сколько неосторожных слов успела услышать Лили Харпер и какие выводы она сделала. Порой в ее пустых глазах и застывшем лице невозможно было разглядеть и проблеска мысли.

– Чаю не желаете? – брякнула она, помолчав и будто не сразу сообразив, зачем явилась.

– Пожалуй, принеси, – кивнула Мери.

– И убери изо рта эту дрянь! – крикнул ей вдогонку Бейкер. – Когда, наконец, ты оставишь эту мерзкую привычку курить в моем доме!

– Извиняюсь, – прогнусавила Лили и поспешила загасить окурок, но, уходя, полезла в карман за новой сигаретой.

– Боже правый! – проворчал Бейкер. – Неужто нельзя было подобрать прислугу поприличней?

Мери была сыта по горло разговорами с братом и, не ответив, направилась в кухню, где Лили гремела посудой.

– Клянусь, в один прекрасный день я врежу этому полоумному брюзге! – с горечью воскликнула она.

– Вам бы не помешало выбраться отсюда и чуток проветриться, – рискнула посоветовать Лили.

– Как, скажи на милость? Этот калека не обойдется без сиделки.

– Я могу заменить вас.

В глазах Мери появилась надежда.

– Ты правда сможешь присмотреть за ним хоть один вечерок?

– Не сомневайтесь, – пожала плечами Лили.

По ее голосу нельзя было понять, рада ли она услужить хозяйке или делает это с неохотой, а выражение унылого лица нельзя было различить под копной неопрятных волос. Мери вообще имела смутное представление о лице Лили: оно было густо напудрено и безвкусно раскрашено толстым слоем теней и помады.

– Сегодня вечером, идет? – спросила Мери. – Ты присмотришь за ним, а я посижу подольше в баре.

– Идет.

Тотчас после ужина Мери и след простыл. Лили занялась мытьем посуды, затем, услышав условный тихий стук в кухонное окно, на цыпочках пробралась к черному ходу и приоткрыла дверь. В дом бесшумно проник мужчина.

– Удалось?.. – шепотом спросил он.

– Она держит бумаги в ящике стола в чулане, – зашептала Лили в ответ. – Только он заперт, а ключ она постоянно носит с собой.

– Не беспокойся. В полиции я научился многому – в том числе и взламывать замки не хуже самого Гадюки Джейка.

– Гадюки Джейка?

– Он был королем взломщиков – пока я не засадил его за решетку. Покажи дорогу в чулан.

Пока вошедший занимался ящиком с бумагами, Лили решила провернуть собственный план. Захватив из своей комнаты бутылку виски и стакан, она спустилась вниз, плеснула себе этой пахучей жидкости и чокнулась сама с собой за удачу. Минутой позже ее старания были вознаграждены.

– Лили, живо сюда! – завопил Бейкер.

Она заторопилась в комнату на первом этаже, где он смотрел телевизор, и, не выпуская из рук стакана и бутылки, предстала пред его злобными очами.

– Зачем стащила мое виски?

Она с глупым видом заглянула в стакан и не сразу ответила:

– Это моя бутылка, мистер Бейкер.

– Точно?

– Я… немного выпиваю, когда мне грустно, – со вздохом объяснила она.

– Когда ей грустно… – с издевкой передразнил Бейкер. – Да что ты испытала в жизни!