Флора Поллинг - Принцесса снежного замка

— Думаю, ты выдумала не только это, но также и про ездовых собак, которые якобы ворвались в заведение Лайзы и Тима и утащили мою одежду.

— Ошибаешься, этого я не выдумывала. Я просто открыла собакам дверь!

Дейв стиснул зубы.

— Ладно. Выкладывай. Почему я вызываю у тебя неприязнь?

— Из-за твоего дурацкого телесериала.

— Но что в нем такого?

— Он… разрушит наш мир.

— И поэтому ты считаешь меня своим врагом?

— Мой враг — большой бизнес.

— Но меня ты отождествляешь с ним, верно?

По промелькнувшему в глазах Терри выражению он понял, что так и есть.

Дейв обвел взглядом заснеженную полянку.

— Значит, ты приходила сюда, когда тебе было плохо, да?

— Не твое дело, — буркнула Терри.

Она как будто хотела что-то добавить, но вдруг наклонила голову и уставилась себе под ноги.

Удивленный подобной реакцией, Дейв пристальнее вгляделся в лицо Терри и неожиданно увидел на ее глазах влажный блеск.

— Прости, — тихо произнес он, испытывая сильное смущение.

Меньше всего на свете ему хотелось обидеть Терри.

Та шмыгнула носом и быстро вытерла глаза рукой в варежке.

— Поехали домой, — сказал Дейв. — Продолжим разговор там.

Она покачала головой.

— Нет.

Повисла новая пауза. В наступившей тишине снова раздался волчий вой. Дейв напряженно думал о чем-то.

— Послушай, — наконец произнес он, — ведь тебе нравились спектакли, которые шли в театре твоего отца?

Несколько мгновений Терри смотрела на него, потом кивнула.

— А теперь представь себе, что я делаю примерно то же самое, что и твой отец, только в итоге получается не спектакль, а фильм. Вряд ли из-за этого ты должна считать меня своим врагом.

По лицу Терри пробежала судорога. Заметив это, Дейв не решился говорить что-либо еще, чтобы нечаянно не нанести ей еще одну травму.

Затем вдруг все переменилось — так стремительно, что он даже не успел сообразить, что происходит.

Терри шагнула вперед, бездумно, почти по наитию. В тот же миг Дейв раскрыл перед ней объятия. А еще через мгновение Терри прильнула к нему и он почувствовал, как ее грудь вздымается от безмолвных рыданий.

Ошеломленный, Дейв просто обнял Терри, ничего не говоря. Ему и прежде приходилось утешать плачущих женщин, но сейчас было совсем другое. Она не относилась к категории капризных и истеричных дамочек, но в каком-то смысле была гораздо более ранима, чем они. Для нее потеря контроля над собой перед другим человеком была равнозначна проявлению доверия к нему.

Расплакавшись перед Дейвом, Терри тем самым доверилась ему.

Он прикоснулся губами к ее виску, неожиданно испытав прилив сразу нескольких желаний — защитить, приласкать, уберечь от неведомой беды.

Тем временем она начала успокаиваться — в немалой степени под воздействием нежных поглаживаний Дейва по ее спине, его легких поцелуев и ласковых слов.

Постепенно Терри согрелась, ее охватило ощущение какого-то особенного уюта… а вскоре возник и чувственный трепет.

Она подняла лицо, вбирая волнующие мужские запахи Дейва — за короткий период времени они успели стать такими знакомыми! — и прикоснулась губами к его подбородку. Волоски отрастающей бороды укололи ее…

Именно в это пронзительно приятное мгновение враг превратился для Терри в любовника. А затем, словно желая закрепить перемену в отношениях, она сама отыскала губы Дейва и прильнула к ним в поцелуе.

Спустя некоторое время, не размыкая объятий, Дейв потянул ее к снегоходу.

— Пора ехать.

— Постой, я не могу…

Терри взяла лицо Дейва в ладони и вновь прильнула к его губам, сразу проникнув в рот языком — как будто имела на это все права и вдобавок хотела дополнительно утвердиться в них.

Поцелуй сопровождался судорожными объятиями и стонами удовольствия. Но Дейв все же попытался хотя бы краем сознания ухватиться за окружающую реальность и вернуть контроль над ситуацией, ибо отчетливо ощутил в себе импульсы острого желания, грозившего окончательно затмить остатки здравого смысла. Ведь следующим шагом должно было стать раздевание. Но обнажаться на морозе — верх безрассудства. Поэтому, сделав над собой усилие, Дейв прервал поцелуй и задыхаясь отстранился.

— Все, уезжаем!

— Куда?

— К берегам теплого моря… то есть я хотел сказать к Дейзи.

— Почему?

— Здесь… э-э… слишком холодно. Ох… солнышко, — простонал Дейв, — мы обморозимся. — Ему с трудом удалось выговорить эти слова, потому что ласки Терри становились все настойчивей и интимней.

Куснув его за мочку уха, Терри лихорадочно шепнула:

— Нет, если поторопимся.

Эта фраза решила все.

В крови Дейва бушевало столько адреналина, что он готов был пробежать за минуту целую милю. Но зачем куда-то бежать, если рядом находится теплый вибрирующий снегоход?

— Идем! — решительно произнес Дейв.

Он даже не заметил, усадил ли сам Терри на снегоход или она оседлала машину самостоятельно. Главное, что в итоге они оказались сидящими лицом к лицу. Дейв скользнул руками под парку Терри, подобрался к двум упругим выпуклостям и принялся упоенно ласкать их, сжимая и поглаживая.

Вскоре он заметил, что она, слегка наклонившись вперед, ритмично ерзает на находящемся между ее ног кожаном сиденье.

— Ох, малышка… я так хочу…

Дейв не договорил, потому что Терри решительно поднялась и потянула вниз ползунок молнии на джинсах.

— Сумасшедшая! — воскликнул Дейв, наблюдая, как она приспускает джинсы.

Прямо перед его глазами мелькнула обнаженная светлая кожа и треугольник темных волосков. Быстро натянув на обнаженные ягодицы Терри ее же парку, он хрипло произнес:

— Иди сюда, солнышко. — Дейв притянул ее поближе.

Чуть откинувшись на сиденье, он расстегнул молнию на своих джинсах.

— Садись ко мне на бедра.

Терри посмотрела вниз, и ее глаза потемнели от прилива желания. Она быстро высвободила из джинсов одну ногу, приподнялась, уперевшись руками в сиденье, и, поддерживаемая Дейвом за ягодицы, осторожно начала опускаться…

Он зажмурился от наслаждения и издал протяжный сдавленный стон.

— О… Терри…

Охваченный нестерпимым желанием, Дейв подался вверх, поглубже внедряясь в нее, и она хрипло вскрикнула от наслаждения.

— Малышка, помогай мне! — выдавил он.

Ее не пришлось просить дважды. Упершись ступнями в широкие подножки снегохода, Терри принялась ритмично двигаться.

— Да, солнышко, так! Нажми крепче!

Возбуждение Дейва достигло болезненной точки. Не в силах больше сдерживаться, он начал двигаться сам.