Хелен Кинг - Только поверь!

Как оказалось, мы сбились с курса и заехали совсем не в ту сторону, куда собирались, поэтому нас долго искали не там, где мы находились, пока не догадались расширить территорию поисков. Спасатели накормили, напоили нас и оказали первую медицинскую помощь.

При таких обстоятельствах, конечно, не могло быть и речи о продолжении экспедиции, и сегодня утром мы прилетели в Лондон. Вот и все…

Майкл закончил свой рассказ, который произвел на потрясенных слушателей такое впечатление, что они не могли вымолвить ни слова.

Первым пришел в себя Стивен.

— Дружище, тебе нужно как следует отдохнуть после этой передряги. Отправляйся-ка ты домой, отсыпайся, отъедайся, одним словом — восстанавливай силы.

— А как же Мэри?

— Майкл, мне уже гораздо лучше. Завтра я буду совсем здорова. А тебе, Стивен прав, нужно хорошенько отдохнуть.

— Если честно, — признался Майкл, — не знаю, как я еще держусь. Мне кажется, когда доберусь до постели, рухну в нее и просплю двое суток — не меньше.

— Майкл, ты бы позвонил миссис Робинс, — предложила Мэри. — Она наверняка тоже очень переживала за тебя. Газеты, радио и телевидение такую шумиху подняли вокруг вашего исчезновения!

— Да, ты права. Можно я позвоню от тебя?

— Конечно. И передай ей от меня привет.

Майкл отошел к телефону, а Стивен подсел поближе к Мэри и сказал:

— Я вижу, что состояние у тебя стало значительно лучше.

— Спасибо, Стив! Это все благодаря тебе и твоим лекарствам.

— Пустяки! Вот радость — действительно великое лекарство.

Стивен велел Мэри еще раз измерить температуру — она была еще повышенной, дал ей четкие инструкции, как и когда принимать лекарства, какие процедуры делать. А потом, глядя на нее чуть виновато, спросил:

— Как ты думаешь, ты справишься со всем этим сама?

— Безусловно, — уверенно ответила Мэри.

— Тогда я, пожалуй, поеду и попытаюсь купить билет на самолет. Я тебе позвоню еще. Если будет хуже, я останусь.

— Нет необходимости, — в глазах у Мэри запрыгали озорные искорки. — Ты же не один врач на свете. Если будет нужно, я вызову другого врача — такого же молодого и симпатичного.

— Тогда я тебе устрою сцену ревности не хуже, чем Майкл, — в тон ей пообещал Стивен.

— В связи с чем здесь вспоминают мое имя? — спросил подошедший к ним Майкл.

— В связи с тем, друг, — ответил Стивен, — что нам с тобой пора удаляться: тебе к своей постели, мне — к своей жене. — Что, в сущности, тоже — к постели, про себя договорил он.

— Мэри, я позвоню тебе, как только проснусь, — пообещал Майкл и поцеловал ее. А потом шепотом добавил ей на ухо: — Но если хочешь, я останусь.

— Я очень хочу, — так же тихо ответила ему Мэри, — но, думаю, что не стоит этого делать. И тебе, и мне нужно набраться сил, а когда мы вместе, — она лукаво улыбнулась, — мы только тратим их. — И вполне серьезно добавила: — Ты и так потерял много сил в последние дни — вон как похудел! Не хватало еще, чтобы ты заразился от меня! — Она опять перешла на шутливый тон: — Так что давай скорее восстанавливай форму!

— И ты выздоравливай побыстрее!

— Спасибо! Ты тоже будь здоров!

Вслед за Майклом и Стивен пожал Мэри руку, а потом, хитро посмотрев на друга, быстро наклонился и поцеловал ее, сказав при этом: — Надеюсь, Отелло не задушит нас за этот дружеский поцелуй.

Майкл, улыбаясь, только махнул рукой.

Мэри, открыто глядя Стивену в глаза, абсолютно искренно и с большим чувством проговорила:

— Спасибо тебе за все, Стивен. Я тебя недооценивала. Ты — истинный друг и Майклу, и мне. И я хочу, чтобы Майкл это слышал.

13

Вопреки собственным прогнозам, Майкл проспал не двое суток, а двенадцать часов. В понедельник он позвонил Мэри справиться о ее здоровье. Она сказала, что чувствует себя почти хорошо, но еще день-другой пробудет дома.

На следующий день Майкл оказался в Лондоне. Завершив свои дела, он приехал проведать Мэри. Она выглядела значительно лучше, хотя была еще очень бледна и время от времени покашливала.

Поцеловав ее, он вручил ей букет алых роз. По комнате разлился дивный аромат, и сразу стало ярко и празднично. Майкл был очень внимателен и предупредителен. Зная, что Мэри не выходит пока из дому, он накупил массу всяких продуктов и под ее руководством укладывал их в холодильник, не разрешая ей самой морозить руки.

Так же под ее бдительным наблюдением и при непосредственном участии он приготовил не слишком традиционный английский обед, но они съели его с удовольствием. Зато десерт, который миссис Робинс передала с Майклом специально для Мэри, был выше всяких похвал. Майкл не знал названия этого кулинарного шедевра, но уверял, что миссис Робинс никогда прежде не баловала его подобным блюдом и сделала его специально для Мэри.

Потом они, обнявшись, сидели на диване и наперебой рассказывали друг другу, что думали, что чувствовали в разлуке. Майклу было стыдно вспоминать свою вспышку глупой ревности, но он все же нашел в себе силы посмеяться вместе с Мэри над своей непростительной оплошностью.

В ту ночь он остался у нее. После долгой разлуки, пережитых волнений его обуревало страстное желание. Но, помня, что она еще не совсем здорова, он умерил свой пыл и обращался с ней нежно, мягко и бережно. И это придавало их близости какой-то новый оттенок и возбуждало обоих еще больше.

Мэри вспомнила слова Стивена о самом лучшем способе лечения с помощью тепла человеческого тела и с удивлением должна была признать, что он был прав — плотный контакт их с Майклом тел помог ей, дышать стало легче, и кашель почти совсем прошел.

Утром за завтраком Мэри, задумчиво глядя в окно, проговорила:

— Лето кончается. Может быть, последние теплые дни стоят. Скоро осень, дожди, туманы… — Она повернулась к Майклу и предложила: — Давай съездим в выходные куда-нибудь на природу!

Майкл огорченно посмотрел на Мэри.

— Боюсь, не получится. Видишь ли, я давно получил приглашение на съезд археологов в Риме. Я послал заявку на участие в нем и тезисы своего доклада. Но, когда представилась возможность поехать в экспедицию на Аравийский полуостров, я решил пожертвовать съездом. А теперь, поскольку я свободен, я хотел бы поехать в Рим. У меня уже и билеты заказаны. К сожалению, я уже пропустил открытие съезда и первые дни его работы, но еще успею поучаствовать в работе секций, сделать доклад, пообщаться с коллегами из разных стран, познакомиться с новинками археологической литературы. Я планировал вернуться в воскресенье, но итальянские коллеги просили меня выступить у них в археологическом обществе в понедельник. Так что, скорее всего, я вернусь во вторник. Но ты не расстраивайся, мы обязательно съездим за город на следующей неделе.