Карен Смит - Сад фантазий

Нэш обнял ее и поцеловал в кончик носа успокаивая.

— Хочешь заехать в гараж или отвезти тебя сразу домой?

— Домой. В гараж я потом позвоню.

Нэш посмотрел на часы.

— Через час у меня встреча. К пяти я должен освободиться. Хватит тебе времени пообщаться с родителями?

— Вполне.

— Очень хочется с ними познакомиться. Ты уверена, что нам непременно надо идти на блошиный рынок? Не лучше ли посидеть где-нибудь в ресторанчике?

Некоторая неуверенность во взгляде выдавала его. Нэш, сильный и самоуверенный Нэш Уинчестер, хочет произвести на ее родителей хорошее впечатление! Надо его успокоить; ее папа с мамой — нормальные люди, без всяких претензий, они примут его хорошо. Хотя бы потому, что он нравится их дочери.

Видишь ли, у мамы хобби ходить по блошиным рынкам. А папе интересно, чем там кормят. Они даже возят с собой холодильник, чтобы закупать продукты местного производства.

Нэш заметно расслабился.

— Значит, они умеют извлекать удовольствие даже из самых обычных вещей. Доставлять себе маленькие радости. — Нэш провел пальцем по ее щеке. — И ты у них этому научилась…

Ни на крыльце, ни около дома родителей не оказалось.

— Что-то опаздывают. Наверное, папа увидел что-нибудь интересное, и они застряли.

Нэш отстегнул ремень безопасности и повернулся к Бет.

— Я рад, что ты позвонила мне, а не вызвала такси.

Бет рассмеялась.

— Просто ты надежнее.

— Я серьезно, Бет. Мне действительно приятно знать, что ты полагаешься на меня и обращаешься ко мне за помощью.

— Честно говоря, я уже давно привыкла все делать сама. — Она сжала его руку. — И мне очень приятно, что теперь есть человек, на которого я могу рассчитывать в трудную минуту. По-моему, это здорово и правильно. С тобой я всегда остаюсь самой собой. Ты не пытаешься меня изменить, как-то давить на меня. Уважаешь мою свободу и мою личность.

Нэш молча поцеловал Бет, потом откинулся на спинку сиденья и погладил ее руку.

— Надеюсь, родители скоро появятся. Я приеду, как только освобожусь. Кстати, может быть, есть какие-то темы, которые лучше не затрагивать в разговоре?

— Чепуха! Будь просто самим собой. И не принимай папу слишком всерьез. Он обожает всякие шутки.

Бет вышла на кухню за чаем и остановилась в задумчивости. Происходит что-то странное. Прошел час, как приехали родители, и ни одной шутки, даже улыбки. Отец сидит как в воду опущенный. Неспроста это. Ой, неспроста. Бет вернулась в гостиную, и отец, нервно приглаживая свою редеющую шевелюру, встревоженно посмотрел на жену.

— Ладно, хватит, — сказала Бет, ставя поднос на журнальный столик. — Объясняйте, что происходит?

Мэри ободряюще кивнула мужу, и Клиффорд Террел, сложив руки на животе, робко, как бы извиняясь, улыбнулся дочери.

— Пожалуйста, сядь, дорогая. Нам надо кое-что обсудить.

— Похоже, разговор будет не из приятных, — заметила Бет, располагаясь в кресле-качалке.

Взгляд отца исполнился сочувствия.

— Да нет, все нормально. Просто информация к размышлению.

— Давай сразу к делу, Клифф, — перебила его жена. — Не надо ходить вокруг да около.

Бет почему-то начала волноваться.

— Нам звонил Джон.

— Джон?! Звонил вам?

— Да, он хотел…

— Да как он посмел!

— Пожалуйста, дай мне закончить. Он хотел поговорить со мной.

— Но ты, разумеется, не стал его слушать, — проговорила Бет ледяным тоном. — Он и так неплохо попортил нам жизнь.

Клифф смотрел на дочь со смущенной, едва ли не заискивающей улыбкой.

— Когда-то, Кати, я любил и уважал Джона Уинстона. Иначе я никогда не привел бы его домой и не познакомил бы с тобой.

— Что-то не понимаю…

— После того, что случилось, я начал думать, что не так хорошо разбираюсь в людях, как мне всегда казалось. И вот захотелось проверить еще раз, а вдруг я все-таки в нем не ошибся?

Бет пересела поближе на подлокотник дивана. Как бы ни бесила ее эта история, все же отца можно понять. Ему всегда было свойственно сомневаться, а совершив такую ошибку…

— Папа, ты замечательно разбираешься в людях. Но тогда мы оба не поняли, что Джон нас использует, вот и все.

Мэри покачала головой.

— Не надо быть такой циничной. Мало ли что бывает в жизни.

Бет задумчиво посмотрела на мать. Каштановые волосы, даже не тронутые сединой, по-юношески свежее, почти без морщин лицо. Она ни капельки не постарела. Наверное, из-за характера. Мама всегда была оптимисткой. И всегда думала о людях только хорошее.

— Это не цинизм. Просто я научилась быть осторожной.

Клифф погладил дочь по руке.

— Джон — неплохой человек, дорогая. Просто он был в отчаянном положении. Ему опостылел брак, вся его жизнь. Не один год он думал о разводе, но не хватало мужества послать все к чертям и начать по новой. Приняв его в нашем доме, мы, хотя и непреднамеренно, дали ему передышку — возможность укрыться от того, что со всех сторон на него давило. Чем больше времени он проводил в нашем доме, тем подозрительнее становилась его жена. Эта вздорная женщина вбила себе в голову, что муж ей изменяет. Он совсем не собирался… Так уж получилось.

Возможно, и не собирался. Однако извозил ее в грязи по самые уши. Бет вспомнила, как началось их знакомство. Они тогда сразу подружились. Джон действительно был замечательным другом. Она рассказывала ему обо всем, даже о том, как встретит мужчину, которого полюбит. О своих профессиональных делах, о планах на жизнь. И он делился с нею своими самыми сокровенными переживаниями.

— Да, он хотел избавиться от жены, но почему я стала причиной развода? Каково было мне, об этом он подумал?

— Ты могла бы выступить с публичным опровержением, — заметил Клифф. — Я тебе тогда говорил.

— Все равно мне бы никто не поверил. И потом, я же видела, как он несчастлив.

Теперь вспомнились их прогулки на лошадях по окрестным лугам, вечера в баре у папы — счастливое и беззаботное время. Время, когда она считала Джона своим другом.

Она невольно поморщилась.

— Ты же сам меня учил, папа, что надо быть верным в дружбе. В то время я думала, что мне лучше промолчать. Что так будет лучше для всех.

— И ты была права, — тихо проговорила мама. — Ты сделала все, чтобы поддержать близкого человека.

Да, так ее воспитали. Надо быть верным, надежным другом, надо сочувствовать людям и помогать им в беде. Ну ладно. Что было, то было. А теперь? Чего родители хотят от нее?

— Больше года вы с Джоном общались. Думаю, не ошибусь, что ты была его лучшим другом, — продолжала мама. Голос звучал, как всегда, тихо и очень спокойно. — Он позвонил, потому что беспокоится и хочет поговорить с тобой.