Ронда Гарднер - В надежде на чудо

– У меня проблема, Лоренс. Анджела согласна забрать Шейлу на день к себе, и мы с Трейси остаемся одни. Я совершенно не представляю, куда ее повести, как развлечь.

– А куда ты ее водил, когда вы были молоды и влюблены друг в друга?

– Знаете, даже не помню. Куда попало. От парков аттракционов до ресторанчиков. Мы танцевали, гуляли, смотрели телевизор… Нам просто нравилось быть вместе, а что при этом делать, было не так уж важно.

– Может, вам и сейчас поступить таким же образом? Побыть вместе?

– Этого я бы хотел больше всего, но, боюсь, что с тех пор многое изменилось. Все стало куда сложнее.

– Ты мало понимаешь в женщинах, не так ли?

Дэниел хотел ответить, что это правда, ведь он потерял единственную близкую ему женщину семь лет назад и до сих пор не обрел ее доверия. Однако он не собирался обсуждать свои личные дела, просто хотел получить совет. Поэтому промолчал.

Поняв, что ответа не дождется, Лоренс сказал:

– Делай то, что придет в голову, забудь на один день все свои проблемы и помоги Трейси сделать то же самое. Вы оба все время думаете о прошлом, вместо того чтобы взглянуть на настоящее. Наконец-то вы оба оказались там, где более всего хотели оказаться: вы вместе, вы молоды и свободны. Наслаждайтесь обществом друг друга. Повези Трейси на море, сходите с ней в парк, в ресторан, погуляйте по холмам. Ешьте мороженое, пейте коктейли.

Дэниел улыбнулся. Один день без оглядки на прошлое!

– Звучит здорово.

– Мне даже самому захотелось чего-нибудь подобного, – усмехнулся Лоренс.

– Спасибо за добрый совет.

– Всегда пожалуйста! Главное – не потрать день впустую. Это твой шанс.

Но и без намеков Лоренса Дэниел собирался использовать все возможности представившегося ему случая.

– Что ты для меня приготовил? – заинтересованно спросила Трейси, когда Дэниел выехал на городскую площадь.

– Сюрприз, – усмехнулся он. – Ты же любишь сюрпризы.

– Нет, не люблю, – запротестовала она. – Предпочитаю знать, на что мне рассчитывать.

– Нет, ты любишь сюрпризы. Только пока об этом не знаешь. Молчи и наслаждайся происходящим. Как давно тебе приходилось сидеть и ничего не делать, радуясь жизни?

– Я все время радуюсь жизни, Дэн, – возразила она. – Ведь у меня есть Шейла.

И это была почти правда. До недавнего времени ее радовало, как спокойно и тихо все устроилось у них с дочерью. Но явился Дэниел и разбил ее уютный мирок на куски.

– Хорошо, скажем иначе. Как давно ты отдыхала и расслаблялась?

– Расслабиться в твоем присутствии – хитрая задача, – честно ответила Трейси.

Дэниел тяжело вздохнул. Эта женщина рождена, чтобы путать его планы!

– Трейси, неужели тебе обязательно все усложнять?

– Боюсь, что да, – хмыкнула Трейси. Вопреки воле ее тянуло рассмеяться. – Когда мы были моложе, я, наоборот, стремилась все упрощать. А теперь избрала другую тактику. Мне кажется, она более выгодна.

– Ты сходишь с ума.

Я схожу с ума по тебе, подумала Трейси, но вслух конечно же этого не сказала. Она смотрела в окно машины, за которым мелькали знакомые улочки города. И на ее душу мало-помалу снисходил удивительный внутренний покой.

Несмотря на годы разлуки, близость Дэниела действовала на нее по-прежнему – с ним она чувствовала себя бесконечно счастливой. Только с ним, и ни с кем другим! Может быть, поэтому она и не подпускала никого к себе близко…

– На следующей неделе приезжают из Франции мои родители, – нарушил молчание Дэниел.

Вот тебе и удивительный внутренний покой!

Трейси моментально насторожилась.

– О… – протянула она, не зная, что еще сказать.

Дэниел даже не повернул головы в ее сторону.

– Я собираюсь им позвонить и рассказать о Шейле. Ведь она их внучка, им должно быть интересно.

О Шейле… А не о ней, Трейси.

Трейси, конечно, подозревала, что Дэниел общается с ней только ради дочери. Но все-таки когда он так прямо и откровенно это высказал, ей стало больно.

– Хорошо, – отозвалась она, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

– Может быть, стоит свозить Шейлу к ним в гости в Стерлинг. Или пригласить их сюда на недельку. Как думаешь?

Трейси хотелось заорать: «Нет!» Она не хотела подпускать родителей Дэниела к своей дочери ни на шаг. Она знала, что отец не сказал и никогда не скажет Дэниелу ни слова об истинной причине ее отъезда. Это было не в его интересах, а Марк Эйвери всегда соблюдал свои интересы в первую очередь. Но более всего Трейси боялась, что родители Дэниела снова ворвутся в их только что начавшее организовываться личное пространство и все испортят. В мире опять появятся великолепный Дэниел и ни на что не годная «бедняжка, дочка Мелоуна».

Но, разумеется, говорить об этом было бесполезно.

– Делай как знаешь, – безжизненно произнесла она.

Дэниел наконец-то взглянул на нее, услышав в голосе встревожившие его нотки.

– Нет, правда, – продолжила Трейси, пытаясь улыбнуться. – Шейла их внучка, они имеют право узнать о ней. И самой девочке будет приятно.

Машина тем временем выехала из города и покатила по живописной дороге меж холмов.

– Наверное, мне не стоило заговаривать об этом сегодня, в наш день отдыха, – осторожно произнес Дэниел.

– Да нет. Рано или поздно все равно нам пришлось бы это обсудить.

– Рано или поздно – другое дело. А сегодня у нас не будет больше серьезных разговоров. Мы будем веселиться, и точка! Пожалуй, стоит начать с…

И Дэниел свернул направо, следуя указателю «Бар, ресторан, бильярд».

– Хочешь поиграть? – спросила Трейси, моментально загораясь.

– Ну да. Тряхнем стариной. Помнишь еще, как загонять шар в лузу?

– Еще как помню!… – Трейси кивнула, более всего желая повеселиться вместе с Дэниелом и забыть обо всех проблемах – хотя бы на денек.

И никаких серьезных разговоров!

– Я имею в виду, что мне всегда нравилось играть с тобой на бильярде, потому что я всегда побеждала, – с невинной улыбкой продолжала она.

– По-моему, память тебе изменяет. Должно быть, старость не радость, да, дорогая? Я отлично помню, что никто не продувал мне всухую, кроме тебя.

– Может, заключим пари?

– И каковы будут ставки?

– Проигравший покупает победителю мороженое.

– Идет. Хотя я предпочел бы бутылку пива, но мороженое тоже съем с удовольствием. Ведь выигрыш достанется мне.

Трейси не помнила за семь лет ни одного дня, когда ей приходилось столько смеяться.

Верный слову Дэниел ни разу не упомянул о своих родителях, зато беспрестанно шутил, рассказывал забавные истории, подтрунивал над ней. И в итоге позволил выиграть у него партию.

Она без зазрения совести наслаждалась своим любимым ванильным мороженым – оказывается, Дэниел не забыл, какое она предпочитает, – предварительно заявив: