Рэчел Стайгер - Демон соблазна

— Я тоже, — ответила Флорри, поняв это только сейчас.

Стоило ей увидеть Энтони, как в крови забушевал адреналин. Господи, как же она его любит... Она переключила внимание на поднос, который Гриффитс поставил на столик рядом с кроватью. Он разогрел пиццу и нарезал ее удобными для еды кусочками. А потом вышел в сад, нарвал поздних весенних цветов и поставил их в вазу. При взгляде на хрупкие лепестки у Флорри подступил комок к горлу и защипало в носу.

— Спасибо, — хрипло сказала она. Вместо ответа он обнял ладонями ее лицо, опустил голову и неторопливо поцеловал в губы. Затем обошел кровать, сбросил белый халат, ничуть не стесняясь своей наготы, залез под одеяло, сел и подложил подушку под спину. Собственно говоря, а чего ему стесняться? Флорри не могла отвести глаз от его сухого мускулистого торса. Энтони был прекрасен и величествен, как бронзовая скульптура.

Когда она протянула тарелку, Энтони взял кусок пиццы, сунул в рот, а затем положил ее голову к себе на плечо. Флорри откусила кусочек и улыбнулась, глядя в смуглое лицо. Длинные темные волосы Гриффитса серебрил лунный свет.

— Ты похож на разбойника с большой дороги. — Она провела пальцем по его щетинистой щеке.

— И со многими разбойниками ты была знакома? — поддразнил он, ущипнув ее за нос.

— Нет. — Она фыркнула и вытерла пальцы бумажной салфеткой. Почувствовав прикосновение его горячего тела и длинных, поросших волосами ног, Флорри слегка заерзала, и одеяло сползло с ее плеч.

— Не надо, — велел Энтони, когда она машинально попыталась поправить одеяло.

Флорри подчинилась как загипнотизированная. Гриффитс не сводил потемневших глаз с ее белоснежной груди, и ее кожу тут же закололи тысячи крошечных иголок.

Он протянул руку и спустил одеяло еще ниже, обнажив напрягшиеся розовые соски.

— Ты прекрасна, — хрипло пробормотал он. Флорри испустила судорожный вздох. От желания, читавшегося во взгляде Энтони, в висках застучала кровь. Он мучительно медленно склонился к губам Флорри и заставил опустить голову на подушку.

Когда она проснулась во второй раз, за окном брезжил рассвет. Спящий мужчина лежал рядом, властно положив руку на ее бедро. Флорри осторожно села и посмотрела на Энтони сверху вниз, лаская глазами знакомые черты.

Вот бы просыпаться так каждое утро, грустно подумала она. Опасная тема, уныло напомнила себе Флорри. Не в состоянии противиться искушению, она пригладила выбившийся темный вихор и улыбнулась, когда Энтони слегка пошевелился во сне. Затем она зевнула и посмотрела на свое запястье. Хотелось еще немного полежать рядом с ним, продлить краткое мгновение счастья, но уснуть снова означало бы совершить роковую ошибку. Что будет, если Арчи проснется, зайдет в спальню отца и увидит их вместе?

Флорри встала с кровати, молча собрала свою разбросанную одежду и быстро натянула ее. Энтони не шевелился, его дыхание было ровным и мерным. Она помедлила. Может, стоит разбудить его и сказать, что она уходит? Нет. Он сам догадается о причине ее тактичного отступления и испытает облегчение.

Поцеловав его в лоб, она шагнула к двери, но затем вернулась и вынула из вазы, стоявшей на пустом подносе, стебелек с мелкими голубыми цветками. На память? Нет, эту ночь она и так не забудет до конца жизни... Посмотрев на Энтони долгим взглядом, Флорри вышла из комнаты, на цыпочках прошла мимо спальни Арчи и спустилась по лестнице.

Тихо закрыв за собой входную дверь, она вдохнула прохладный утренний воздух, медленно выдохнула и обхватила себя руками, пытаясь согреться. Но дрожала она вовсе не от холода. Вот она, действительность... Выскальзывать из постели Энтони на рассвете и уходить, пока не проснулся его сын. Потому что ее присутствие здесь нежелательно. Оно только временное.

Она тихонько вздохнула. Энтони был ласковым, нежным и страстным, но при его доброте и опытности нетрудно заставить любую женщину почувствовать себя единственной на свете. Это ничего не значит. Она не попадется в ловушку и не станет морочить себе голову. Даже в разгар любви он не сказал ничего такого, что позволило бы ей заподозрить, будто их соединяет нечто большее, чем симпатия, физическая тяга и нужда друг в друге. И не намекнул, что хотел бы повторить опыт.

А она сама? Поддерживать ни к чему не обязывающую интрижку? Мечтать о любви Энтони, притворяясь, будто их отношения значат для нее так же мало, как и для него? А что будет, когда их связь неизбежно закончится? Она вздрогнула.

Господи, пожалуйста, вразуми меня и не дай сделать еще несколько шагов по этой гибельной дороге! Я уже и так слишком далеко зашла...

Флорри в третий раз подняла телефонную трубку и в третий раз опустила ее. На обратном пути из деревенского магазина она увидела на подъездной аллее машину и поняла, что Энтони с Арчи вернулись из больницы. Она закусила губу. Еще вчера ничто не помешало бы ей позвонить или зайти и спросить о здоровье Джерри.

Но сегодня все переменилось, потому что она провела ночь в постели Энтони... Флорри выбралась в коридор и через освещенную солнцем кухню прошла в сад. Может быть, Энтони звонил, когда она выходила?

— Привет, малыш! Что ты здесь делаешь? — улыбнулась она черному котенку, появившемуся из-за большого цветочного горшка. — Изучаешь территорию?

Не жалеть! Она опустилась в плетеное кресло. Очень легко представить себе, что она все еще нежится в объятиях Энтони, все еще наслаждается блаженным, ленивым теплом... Котенок вспрыгнул ей на колени и начал бодать головой в подбородок. Если бы прошедшая ночь не была такой чудесной, сегодня она не чувствовала бы такого опустошения.

Может быть, у него не нашлось времени позвонить. Может, ему надо поговорить с Арчи с глазу на глаз. И вообще у него хватает дел, виновато подумала Флорри. Сынишка в больнице. Она рассеянно погладила котенка. Тот громко замурлыкал и свернулся клубочком.

Из-за высокого забора донесся встревоженный детский голосок:

— Папа, я обшарил весь сад, но его нигде нет!

— Не беспокойся, старина. Он погуляет и вернется.

При звуке низкого бархатного голоса в кровь Флорри хлынул адреналин, по спине побежали мурашки. Казалось, она видит смуглое лицо Энтони, склонившегося к взволнованному мальчику.

— А вдруг он не найдет дороги домой?

Ответа Флорри уже не разобрала: голоса удалились.

Стряхнув оцепенение, Флорри взяла котенка на руки и подошла к забору. Почему она не сделала этого сразу?

— Арчи! — окликнула она. Ответа не последовало.

Должно быть, они ушли в дом. Флорри посмотрела на котенка, уныло вздохнула и пошла в обход коттеджа. Следовало бы вернуться домой и заняться уборкой, но почему Арчи должен страдать из-за того, что она боится увидеться с Энтони? Под ложечкой сосало, словно ей предстояло прыгнуть с трамплина, а сердце колотилось, как после марафонской дистанции.