Рэчел Стайгер - Демон соблазна

Энтони медленно обернулся, посмотрел на нее с другого конца полуосвещенной комнаты и протянул руку.

Флорри судорожно вздохнула. Теперь возврата не будет. Он давал ей последнюю возможность передумать, хотел, чтобы она пошла с ним по доброй воле, без всякого принуждения. Кровь ударила ей в голову. Никаких уз. Никакой прочной связи. И никаких сожалений.

Как сомнамбула, она пошла к нему и взяла за руку. Он долго смотрел на нее сверху вниз, дыша так же судорожно, как и она, а затем поцеловал в губы и без усилий взял на руки.

— Папа... — раздался сонный голосок, едва они поднялись на второй этаж и миновали приоткрытую дверь.

Энтони напрягся и прикрыл глаза. Когда они открылись снова, Флорри увидела в них затаенный смех и едва не расхохоталась сама. Сорвалось!

Бережно поставив ее на ковер, Энтони беспомощно развел руками и пошел в детскую. Флорри, спрятавшаяся в тени, слышала его низкий успокаивающий голос и сонные ответы мальчика. Она улыбалась, но сердце ее сжималось. Арчи может быть спокоен. Его папа дома.

Я люблю его. Флорри едва не упала и оперлась о стену. Сила собственного чувства заставила ее затаить дыхание. Я люблю его.

Она оттолкнулась от стены и на подкашивающихся ногах пошла по коридору, заглядывая в каждую открытую дверь с обеих сторон, пока не добралась до последней.

Нашарив на стене выключатель, она включила люстру. Мягкий медовый свет озарил огромную кровать. Флорри медленно двинулась по ковру, не сводя глаз с лежавшей в центре кровати подушки.

— Флорри... — Она обернулась и порывисто вздохнула, увидев идущего к ней Энтони. Сердце разрывалось от желания любить его и быть любимой.

Он молча взял ее на руки, и через секунду Флорри ответила ему с той же неистовой страстью, которую Энтони вложил в свой поцелуй. Когда он опустил ее на кровать, Флорри не могла ни думать, ни дышать. Затем он вытянулся рядом, привлек ее к себе и начал умело раздевать.

Флорри не сделала попытки сопротивляться, когда он стянул с нее свитер, и затрепетала от наслаждения, ощутив прикосновение его рук к обнаженной жаркой коже. Эти руки чувственно погладили ее бедра, а затем мучительно медленно легли на грудь.

Когда на смену рукам пришли губы, она протяжно вздохнула и запустила пальцы в его пышные волосы. Дразнящий язык прикоснулся к ее набухшим, ноющим соскам, а потом их втянул в себя влажный теплый рот. Флорри, у которой кружилась голова, неловко расстегнула на нем рубашку и на мгновение застыла как пьяная, когда ее ладони легли на мускулистую мужскую спину.

Его губы двигались по шелковистому животу, приближаясь к поясу джинсов. Услышав треск молнии, Флорри обвила руками шею Энтони, приподняла бедра, помогая снять джинсы со своих длинных гладких ног, и ахнула, когда его пальцы скользнули в кружевные трусики.

— Энтони, — умоляюще простонала она. Ожидание становилось невыносимым.

Тут он быстро сбросил с себя одежду, и у Флорри пересохло во рту. Она не могла отвести глаз от его широких плеч, плоского живота и сильных бедер. Сначала осторожно, а потом все более уверенно она начала изучать его жилистое тело, ласкать его, вдыхать мужской запах, стремясь доставить ему такое же наслаждение, которое он дарил ей.

— Флорри, что ты со мной делаешь? — хрипло простонал Энтони, когда ее губы прильнули к его горячей коже. — Я не хотел торопиться, но больше не могу ждать!

С приглушенным стоном он лег на нее, оперся на локти и отыскал губами рот. Она инстинктивно рванулась навстречу, обвила руками шею и раскрылась навстречу его телу.

Тело Энтони. Слившееся с ее телом. То властное, то дразнящее. Дарящее радость. Увлекающее ее к пику наслаждения. Наслаждения столь острого и полного, что она простонала его имя, а потом рухнула в пропасть и забыла обо всем на свете...

Справившись с одышкой, Флорри медленно открыла глаза и нежно погладила темноволосую голову, прижавшуюся к ее груди. Охваченная сладкой, блаженной усталостью, она улыбалась, глядя на него и наслаждаясь тяжестью его тела.

Ни разу за свою короткую супружескую жизнь она не испытывала такого полного блаженства.

Энтони пошевелился, соскользнул с нее и лег рядом.

— Эй, привет, — негромко сказал он, приподнялся, оперся на локоть, заглянул ей в лицо и бережно убрал влажный завиток с ее лба.

— Привет, — блаженно улыбаясь, ответила счастливая Флорри.

Энтони нежно поцеловал ее в губы, лег на спину и положил голову Флорри к себе на плечо. Убаюканная теплом, Флорри уютно прильнула к нему и погладила упрямый подбородок, находившийся на уровне ее глаз.

Я люблю тебя, беззвучно повторяла Флорри, потеряв всякое представление о реальности. Ничто не свете не имеет значения. Только лежать рядом с Энтони, прикасаться к нему, слушать его ритмичное дыхание. Насытиться им и навсегда оставить в себе его частичку.

— О чем ты думаешь? — негромко спросил Энтони, приподнимая голову и улыбаясь ей.

Она ответила улыбкой и слегка покачала головой.

— Не жалеешь? — не отставал он.

— Нет, — тихо ответила Флорри. Разве можно о чем-то жалеть, лежа в объятиях любимого и испытывая ни с чем не сравнимое чувство полноты и покоя? — Это было чудесно, — просто сказала она, запрокинув голову.

Ничего чудеснее в ее жизни не было. Флорри улыбнулась, заметив в его глазах гордость собой.

— Верно, — согласился он.

Поняв, что сумела доставить Энтони не меньшее счастье, она вплела пальцы в его волосы, наклонилась и крепко поцеловала в губы.

Он лениво улыбнулся, прикоснулся к ее лицу, провел пальцем по раздвинувшимся губам, а затем неторопливо притянул к себе. Опытные руки сладострастно блуждали по ее телу, глаза смотрели в глаза, наблюдая за выражением разрумянившегося лица. Наконец

Флорри порывисто задышала, закрыла глаза и крепко прижалась к нему.

Флорри сладострастно потянулась, подняла веки и блаженно улыбнулась, увидев потолок, освещенный лучами луны.

Секунду она лежала неподвижно, наслаждаясь абсолютным покоем, затем медленно повернула голову и ощутила горькое разочарование. Рядом было пусто. Из смежной ванной не доносилось никаких звуков. Она недоверчиво уставилась на подушку и вздрогнула, когда облаченная в халат фигура открыла дверь плечом, потому что руки были заняты подносом.

— Завтрак, — объявил Энтони, с молчаливой грацией двигаясь по ковру.

— В три часа ночи? — Флорри улыбнулась, набросила одеяло на голые плечи и села.

— Я умираю с голоду, — признался он.

— Я тоже, — ответила Флорри, поняв это только сейчас.

Стоило ей увидеть Энтони, как в крови забушевал адреналин. Господи, как же она его любит... Она переключила внимание на поднос, который Гриффитс поставил на столик рядом с кроватью. Он разогрел пиццу и нарезал ее удобными для еды кусочками. А потом вышел в сад, нарвал поздних весенних цветов и поставил их в вазу. При взгляде на хрупкие лепестки у Флорри подступил комок к горлу и защипало в носу.