Лоис Дайер - Ты — мой ангел

Что ж, если с ним она будет чувствовать себя в безопасности, он возьмет ее с собой. Но он вовсе не обязан быть от этого в восторге!

— Вот на чем порешим, — обратился Джейк к своим коллегам. — Я глаз с нее не буду спускать, пока угроза не минует. Надеюсь, я правильно представляю себе характер Чавеса. Люди вроде него в грош не ставят провинциалов, считая, что вне больших городов просто не может найтись для них подходящего противника. Он уверен, что справиться с нами будет легче легкого, а потому возьмет с собой разве что пару своих приспешников — то есть тех, кто привык делать свое грязное дело на городских улицах. Я вовсе не намерен недооценивать Чавеса. Если у него хватит ума взять с собой хоть одного человека, который знаком с лошадьми, горными тропами и тому подобным, то для нас все серьезно осложнится. Хочу сказать, что в этом случае Энжел не будет в безопасности даже в горах.

— Понятно, — кивнул Дел. — А ты уже дал знать Кьоу?

— Давно. Позвонил ему еще с борта самолета.

— Тогда у меня вопросов больше нет, — заключил шериф и поднялся из-за стола. Любезно распрощавшись с Энжел, он направился было к двери, но остановился, обернулся и вперил свирепый взгляд в Джейка. — И не забывай держать меня в курсе! Возьми все необходимое, только не молчи, ясно? Повторяю, это твоя игра, но я вовсе не желаю заработать себе язву желудка, изводясь от беспокойства, пока Кьоу будет разыгрывать там последнего из могикан!

— Есть, сэр, будет исполнено, сэр! — отчеканил Джейк, но когда шериф исчез за дверью, широко улыбнулся.

— Мне тоже пора, — сказал Дел, вставая. — Остаток дня проведу, распространяя слухи.

Все трое спустились на первый этаж, где Джейк получил со склада переносные переговорные устройства. К моменту, когда Энжел открыла дверцу машины, у нее подкашивались ноги. Она с облегчением опустилась на удобное сиденье.

— Сколько у нас еще времени? — спросила девушка, когда машина выехала со стоянки.

— Примерно полчаса. Если можешь, поспи немного.

Энжел немедленно погрузилась в сон. Через некоторое время она ощутила, что ее мягко, но энергично расталкивают.

— Пора просыпаться!

Энжел неохотно открыла глаза. Машина стояла на обочине с заглушенным мотором. Справа и слева от дороги высился густой хвойный лес.

— Где мы? — спросила девушка.

— Где-то посредине старой дороги. По ней еще дилижансы ездили в былые времена. — Джейк помог ей выбраться наружу. — Дальше поедем верхом.

Энжел испустила тяжелый вздох, потом непроизвольно зевнула. Опираясь на руку Джейка, она обогнула пикап и округлила глаза при виде незнакомца, державшего под уздцы двух вьючных лошадей, двух верховых и прекрасного гнедого жеребца. Это был настоящий индеец: плечистый, меднолицый, с длинными иссиня-черными волосами. Одет он был, правда, на вполне цивилизованный манер, но джинсы, казалось, вот-вот расползутся по швам на невероятно мускулистых ногах. Стальные шпоры внушительно поблескивали на коротких, усаженных клепками сапожках, мыски тоже украшал металл.

— Кто это? — прошептала Энжел, не в силах отвести взгляда от этого воплощения мужественности.

— Мой двоюродный брат, — пояснил Джейк лаконично.

Ему очень не понравилось восхищение во взгляде девушки.

— Как ты думаешь, он позволит мне набросать свой портрет? — спросила Энжел, у которой руки прямо-таки чесались взяться за карандаш.

— Мы не так долго будем находиться в его компании, чтобы хватило времени сделать набросок, — отрезал Джейк. — Ты поедешь на покладистой кобыле, она идет ровно и меньше тебя утомит.

Злясь на себя за неожиданную вспышку ревности, он увлек Энжел вперед, помог ей подняться в седло и начал приспосабливать стремена на нужную длину.

— Ник, ее зовут Энжел, — бросил он через плечо, потом неохотно поднял голову. — Энжел, это Ник Кьоу.

Ник повторил имя девушки с вежливым бесстрастием, коротко кивнув. Она, в свою очередь, с жадным интересом изучала его непроницаемое лицо, находя в чертах определенное сходство с Джейком — очевидно, фамильное. У Ника были те же угловатые высокие скулы, та же линия подбородка и изгиб рта, зато глаза так черны, что зрачок и радужка не имели видимой границы.

— Привстань, — обратился Джейк к Энжел и, не задумываясь, взялся за ее бедро, чтобы подтолкнуть вверх.

При этом он ощутил тепло желанного женского тела, скрытого джинсовой тканью, и отреагировал на это чисто по-мужски. Пришлось сделать над собой громадное усилие, чтобы подавить несвоевременное возбуждение. Вернувшись к стременам, он с излишней тщательностью проверил и перепроверил их длину.

— Ну вот, теперь порядок. Можешь сесть.

Избегая смотреть на Энжел, он направился к пикапу и вынул два туристических рюкзака, в которых было сложено все необходимое для пары недель в горах. Поместив их в большие седельные сумки на одной из лошадей, Джейк проверил, правильно ли распределен вес, и затянул между ними веревку. Так же старательно он проконтролировал груз на второй лошади. Наконец Джейк вскочил в седло и повернулся к брату:

— Поезжай вперед и забирай с собой вьючных лошадей. Если мы не доберемся до охотничьего домика раньше, чем ты уедешь, возьми с собой переносную рацию из моего рюкзака.

Ник кивнул, ловко уселся в седло и подхватил повод передней вьючной лошади в левую руку.

— Я устрою наблюдательный пункт повыше, чтобы не бросаться в глаза, — сказал он. — Ты знаешь сожженный молнией тамариск на южном склоне Леоны. Если захочешь меня найти без помощи рации, условный знак — три совиных крика.

— Понятно.

— Шериф в курсе, что я не позволю никому проскользнуть мимо?

— Не просто в курсе, но даже обещал перекрыть тропу на тот случай, если забредут туристы.

— В таком случае я буду знать, что по ней может проходить только нехороший человек, — с мрачным юмором заметил Ник.

Он отвернулся и тронул свою лошадь шагом. Вьючные лошади послушно двинулись следом, и вскоре вся цепочка исчезла в лесу.

— А далеко этот твой охотничий домик? — спросила Энжел.

— До него три с половиной часа пути.

Джейк с удовлетворением отметил, что девушка непринужденно держится в седле. Джинсы туго натянулись и еще больше обтянули ее округлые ягодицы, но он приказал себе не обращать на это внимания. Как и на то, что грудь обрисовывалась под легкой белой блузкой каждый раз, когда Энжел оглядывалась на него.

— Ты не должна молчать, если захочешь передохнуть, — заметил Джейк. — Лучше сразу дай мне знать, и мы устроим передышку. Я вовсе не хочу, чтобы ты потеряла сознание от усталости и свалилась с седла.