Дебби Мэкомбер - Мой герой

Паркер молчал; темные глаза устремлены на нее, выражение лица серьезно.

– Вы правы. Я допустил бестактность, и мне нет прощения.

– Прощение есть, – сухо возразила Бейли.

Как это она не сообразила раньше? Ведь Паркер настоящий мужчина, сильный, гордый… Досадуя на себя, она медленно покачала головой.

– Мне есть прощение? Разве? – недоумевал Паркер.

– Да. Я должна была понять это раньше. У настоящих героев часто возникают трудности, когда им приходится признаваться в своей уязвимости. Очевидно, эта… женщина, которую вы любили, нанесла вам удар, ранила вашу гордость. Поверьте, это нечто, о чем мне известно по личному опыту. Вам не надо ничего объяснять.

Она встала, намереваясь уйти, в глубине души сознавая, что судила о Паркере слишком строго.

– Постойте, Бейли, вы правы, – возразил он. – Вы поделились тем, что таилось в глубинах вашего сердца, и я должен был поступить так же. По отношению к вам я был непростительно несправедлив.

– Возможно, но такой поступок соответствует вашему образу.

После этих слов она бы попрощалась и вышла из кабинета, если бы не боль, внезапно появившаяся в его глазах.

– Я расскажу вам. Так будет честнее. Садитесь.

Внимательно глядя на него, Бейли опустилась на стул.

Паркер улыбнулся, но не той обаятельной улыбкой, которая обычно играла у него на губах. Теперь его лицо искажала болезненная гримаса.

– Ее звали Мария. Я познакомился с ней, путешествуя по Испании, около пятнадцати лет назад. Мы оба были молоды и без памяти влюблены друг в друга. Я собирался жениться на ней, привезти в Штаты, но ее семья… короче говоря, ее родители не хотели, чтобы их дочь вышла замуж за иностранца. Вековые традиции стояли между нами, и, когда Марии была предоставлена возможность выбора между родственниками и мною, она предпочла остаться в Мадриде. – Он замолчал, пожав плечами. – Теперь я понимаю, что она поступила правильно, но тогда мне было очень больно. Несколькими месяцами позже я узнал, что Мария вышла замуж за человека, более приемлемого для ее родных, чем американский студент.

– Мне очень жаль.

Паркер потряс головой, прогоняя горькие воспоминания.

– Для сожалений нет никаких оснований. Хотя я очень сильно любил ее, наша связь долго бы не продлилась. Мария не смогла бы стать счастливой в нашей стране.

– Она любила вас.

– Да, – согласился он. – Любила со всей силой, на которую была способна, но в конечном счете долг и семья оказались для нее важнее любви.

Бейли не знала, что сказать. Сердце разрывалось от боли за Паркера, потерявшего свою возлюбленную, и в то же время она не могла не восхищаться отважной девушкой, которая смогла принести в жертву и любовь, и будущее ради того, что считала правильным.

– Но сильнее всего ранило известие о том, что она вышла замуж за другого так скоро после нашей разлуки, – добавил Паркер.

– Пол и Том тоже женились… во всяком случае, так мне кажется.

На минуту в кабинете воцарилась тишина. Наконец Паркер спросил:

– Что же, так и будем сидеть тут весь день и плакаться друг другу в жилетку? Может, все-таки разрешите пригласить вас на ленч?

Бейли улыбнулась.

– Вам невозможно отказать. – Утром она чувствовала себя несчастной, но теперь настроение несколько улучшилось. Она поднялась, не переставая улыбаться. – Прожитые годы научили меня одной простой истине: никакие невзгоды не должны влиять на аппетит.

Паркер заразительно рассмеялся.

– У меня для вас небольшой сюрприз. – Он сунул руку в карман пиджака. – Хотел оставить это на более позднее время, но теперь, кажется, подходящий момент.

Он протянул ей два билета. Бейли в недоумении смотрела на них.

– Концерт поп-музыки, – пояснил Паркер. – В нем принимает участие и рок-группа шестидесятых. По-моему, не хватает только присутствия Дженис и Майкла.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

Только после того, как они покончили с ленчем, Бейли поняла, насколько ей хорошо с Паркером. Они сидели друг напротив друга и мило болтали, как старые приятели.

Никогда раньше Бейли не испытывала в его обществе такой раскованности и никогда не была столь откровенна. Что-то с ней явно происходило; страх, настороженность и предубеждение постепенно уступали место искреннему удовольствию от общения. И надежде.

Когда они вышли на улицу и неторопливым шагом пошли по Юнион-Сквер, бросая на ходу хлебные крошки голубям, Бейли и вовсе ощутила полное душевное спокойствие.

Утренний туман рассеялся, и солнце вовсю светило с безоблачного неба. На площади толпилась разношерстная публика: туристы, старики, вышедшие подышать свежим воздухом, и служащие, которые предпочли в такой чудесный день перекусить на открытом воздухе. Бейли нравилась эта площадь. И до чего же хорошо гулять здесь с Паркером!

Бейли отметила, что и Паркер расслабился. Он охотно рассказывал о себе, чего раньше никогда не делал. Таким образом она узнала, что в семье он был старшим из трех братьев – и единственным, кто до сих пор оставался холостым.

– Я любимица семьи, – в свою очередь сообщила Бейли. – Избалованная и испорченная. К сожалению, меня слишком оберегали от неприятных столкновений с внешним миром. Родители изо всех сил пытались отговорить меня от переезда в Калифорнию. – Она замолчала.

– Что заставило вас покинуть Орегон?

Бейли с ужасом ждала, что сердце вот-вот сожмется от старой боли, как это всегда бывало при воспоминании о Томе, но ничего подобного, как ни странно, не произошло.

– Том, – призналась она, глядя вниз на отчаянно дерущихся из-за остатков хлебных крошек голубей.

Паркер заложил руки за спину и негромко поинтересовался:

– Он был женихом номер два?

Безумная мысль вдруг осенила Бейли: не спрятал ли он руки специально, чтобы ненароком не коснуться ее?

– Я познакомилась с Томом через пару лет после… Пола. Он был младшим партнером в юридической фирме, где я работала консультантом. Мы встречались достаточно нерегулярно в течение нескольких месяцев, и ни он, ни я не видели в этих свиданиях ничего серьезного. Потом получилось так, что нам поручили работу в одном общем проекте, а это привело к тому, что пришлось много времени проводить в обществе друг друга. И уже через три месяца мы оказались помолвленными.

Паркер положил руку ей на плечо, как бы желая поддержать. Бейли подняла к нему лицо и улыбнулась в знак признательности.

– Если честно, теперь эти воспоминания уже не причиняют такой боли, как раньше.

И действительно, время залечивает раны, или, как она предпочитала говорить, время помогает распознать лгунов и подлецов.

– Не знаю точно, когда он повстречался с Сандрой, – продолжала она. – Насколько мне известно, они могли быть влюблены друг в друга еще с детства. Да это в принципе и не важно. Важно то, что осталось несколько недель до нашей свадьбы; приглашения были готовы, и их надо было только забрать из типографии. И вот тогда-то Том сообщил, что у него есть другая женщина.