Элеонора Кроуфорд - Любовная западня

— Ничего более приятного в жизни с тех пор не встречал, — непринужденно произнес Дэн. — Я мигом взялся за ум.

— А что вы такого страшного совершили?

— Со мной не было сладу. Я не приходил домой по ночам и терпеть не мог, когда кто-нибудь принимался учить меня жить. И вот как-то раз я… э-э… взял у матери машину, хотя водительского удостоверения еще не было, стащил одну из ее кредитных карточек и смотался в Вирджиния-бич, где целую неделю прохлаждался в компании студентов. Дело было во время весенних каникул. Пил, курил, гулял напропалую и разбил машину на стоянке, врезавшись в фонарный столб.

Она с недоумением посмотрела на него.

— Что это на вас нашло?

— Сам не знаю. Все давалось мне легко, и это меня испортило. Никаких проблем, куча денег, никаких целей в жизни. Я умирал со скуки и искал возможности встряхнуться где угодно, но только не там, где следовало.

Можно себе представить, подумала она.

— Но теперь-то вам не скучно, — докончила Флора вслух.

— Мне ни разу не было скучно с тех пор, как мне сказали, что отныне для того, чтобы зарабатывать на хлеб, надо самому что-то делать. В частности, чтобы добыть пищу, надо ловить рыбу и ходить на охоту. Иначе остается только голодать.

— Теперь я понимаю, что побудило вас к действию.

— Там использовались кое-какие новые методики, которые, несомненно, на меня подействовали.

Наклонив голову, Флора испытующе взглянула ему в глаза.

— И вот теперь вы — гостиничный магнат. Наверное, вашего папочку теперь распирает от гордости за сына.

— Он никогда не ждал от меня ничего другого, независимо от того, попаду я в лагерь выживания или нет.

Доев, Дэн поставил пустую тарелку на землю.

— Значит, когда Мишель говорила, что у вас было незаурядное детство, она хотела рассказать про этот лагерь?

— Конечно.

— А долго вы там были?

— Я провел там около двух лет. Когда исполнилось семнадцать, меня выпустили и сразу приняли в Гарвард.

— В Гарвард?

— Никто никогда не считал меня глупым, — насмешливо сказал он. — А вот сумасбродным — да.

Именно так отзывается о нем миссис Дрейке. Флора молча посмотрела на костер.

Поводов для раздумья более чем достаточно. Все перепуталось у нее в голове, и этот откровенный рассказ Дэна окончательно перечеркнул ранее составленное о нем и его жизни представление.

Улыбаясь, Дэн налил ей в кружку немного вина.

— У вас смущенный вид. Выпейте еще.

Она не была уверена, что именно это нужно ей в данный момент, но молча согласилась и стала медленно потягивать вино. Медленно Флора доела то, что оставалось на тарелке, пытаясь составить наконец мнение о сидящем напротив человеке. Быстро темнело, и, взяв грязную посуду, Флора пошла к речке, чтобы вымыть ее.

Когда она вернулась, Дэн заварил кофе. Было еще не так много времени, но, казалось, что ночь медленно опускалась на землю. То и дело раздавался резкий стрекот цикад. Неба за густыми кронами деревьев почти не было видно, и все звезды на нем будто попрятались.

— А какой курорт вы хотите тут построить? — спросила Флора, беря из его рук кружку с кофе.

Дэн увлеченно начал рассказывать, что несколько лет назад решил, что «Монтана груп» надо осваивать новую область туризма. Предполагалось построить несколько небольших, первоклассных курортов в самых отдаленных и экзотических уголках мира, привлекающих внимание ищущих приключения богачей, которым привычная размеренная жизнь безумно надоела. По мнению Дэна, они не пожалеют никаких денег ради того, чтобы воочию увидеть и испытать на собственном опыте, что такое жизнь в настоящем, «не испорченном удобствами» мире.

— Местные органы власти все больше отдают себе отчет в том, какую ценность представляют собственные природные ресурсы, в необходимости их рационального использования, и…

— Я знаю. Им нужны деньги для защиты от браконьеров, от компаний, занимающихся подсе-чно-огневым земледелием и заготовкой пиломатериалов, от массового туризма, который оборачивается губительными последствиями.

— Массовый туризм начинал приводить к изменению самой сути всего живого и даже к уничтожению того, ради чего люди, собственно, и отправляются в путь. В конечном счете от этого теряют все.

— Правильно.

Он подбросил хворост в костер. Из-за дыма насекомые держались на почтительном расстоянии. Из кроны дерева неподалеку разносилось пронзительное кваканье древесной лягушки.

Они пили вино и рассуждали о том, что Сент-Барлоу — идеальное место для небольшого лагеря на лоне природы. Можно было построить несколько непритязательных коттеджей, а в самом лесу обойтись палатками. Здесь великолепные условия для любителей пеших прогулок, скалолазания, подводного плавания и рыбной ловли. Правительство острова могло бы взимать высокую пошлину за пребывание на острове, а доходы пошли бы на укрепление местной экономики и на охрану окружающей среды.

Хорошо было сидеть около костра, вслушиваться в таинственные шорохи, раздававшиеся вокруг. Несмотря на то, что было еще не поздно, Флора чувствовала, как на нее наваливается такая усталость, что ей с трудом удается поддерживать разговор. Пожелав Дэну спокойной ночи, она забралась в палатку и мгновенно уснула.

Проснувшись утром от птичьего щебета, расстегнув молнию на палатке и высунувшись наружу, она увидела слабый свет, проникающий сквозь густую листву. Дэн был уже на ногах, над костром висел котелок, в котором булькала вода.

— Доброе утро, — поздоровался он. — Кофе хотите?

— Да, пожалуйста. Я сейчас.

На завтрак у них были плоды дикорастущей гуаявы, сладкий хлеб, испеченный из мякоти кокосовых орехов, и кофе. Спросив ее о планах на день и выяснив, что Флора хочет повнимательнее осмотреть лес, Дэн повел ее выше, в горы, поросшие буйным тропическим лесом, где воздух был душным и влажным, а растительность — насыщенно-зеленой. Повсюду виднелись гигантские папоротники, изящные орхидеи и лианы, размерами напоминавшие толстенные канаты, свисающие с деревьев, высохшие стволы деревьев покрывали яркие лишайники и грибковые наросты. Здесь был настоящий рай для нее, и Флора отсняла несколько пленок, чувствуя по ходу работы неподдельную радость, заслонившую все прочие ощущения. Ее смущало только, что Дэн был все время где-то рядом.

Если Флора опасалась, что Дэн станет ее обольщать, то она просчиталась. Все последующие дни Дэн являл собой воплощение вежливости и предупредительности. Он ни разу не дотронулся до нее и не заигрывал с ней, но, несмотря на это, их отношения были несколько натянутыми. Ей было очень неловко находиться вместе с ним в маленьком коттедже, и это весьма удручало Флору.