Элла Уорнер - Хозяин «Мечты»

Но Род потерял ее! Теперь она принадлежит ему, Джералду. И он не собирается ее никому отдавать.

– Сначала он мне просто не понравился. Ты же видел, он отнюдь не красавец. Моника обратила на него мое внимание на какой-то вечеринке, но он показался мне изрядным занудой, хотя и умным. И очень уж он задирал нос. А девицы вокруг него так и вились. Но я вовсе не собиралась соперничать с ними.

Именно это и задело самолюбие Рода, понял Джералд. Чтобы такая красавица – и вдруг проигнорировала его!

– Даже не знаю, с чего вдруг он начал за мной ухаживать.

Зато Джералд прекрасно знал: с того, что Бассету был брошен вызов. И он поставил себе цель: победить недоступную, завоевать ее.

– Он пылко и бурно за мной ухаживал, казалось, все силы положил на то, чтобы добиться моей благосклонности. Не скрою, мне было лестно, да и потом, его напор меня просто ошеломил. Знаешь, Род и в самом деле очень интересный человек. Неглупый, начитанный, остроумный. Вот только слишком самоуверенный. Но даже самоуверенность шла от ощущения своей силы, а не слабости.

Эстелла опустила голову. Густые ресницы скрыли от Джералда ее взгляд, и он не мог понять, властны ли над ней чары Рода так же, как прежде.

– Словом, я купилась. – Когда Эстелла снова подняла голову, в глазах ее стояла насмешка над самой собой. – На все сразу. На престижную марку автомобиля, на квартиру в лучшем районе города, на роскошные букеты тропических цветов, на возможность вращаться в высшем свете. Мне все это нравилось. И Род понравился. Я… я полюбила его. Так что, когда он сделал мне предложение, я думала: второй такой счастливицы на всем белом свете не сыщешь…

Тут голос ее внезапно оборвался.

– И еще я думала, что он тоже любит меня, – безжизненно продолжила Эстелла после паузы. – Даже не усомнилась в этом ни разу. Он говорил, что ему нравится, что я делаю карьеру, что я необыкновенная женщина и что он всю жизнь мечтал именно о такой жене – равной ему во всем. Он никогда не обижался на то, что я провожу с ним мало времени. Род и сам очень много работал. Я считала нас идеальной парой.

– Вы жили вместе? – спросил Джералд. Совместная жизнь быстро внесла бы нотку реальности во все эти высокие мечтания.

Эстелла покачала головой.

– Мы об этом и не думали. Но мы не очень-то долго и были вместе – месяцев девять… десять.

Точные сроки не играли для Джералда ровным счетом никакой роли.

– Так что же случилось за неделю до свадьбы? – осторожно спросил он.

Эстелла на миг зажмурилась от боли. Но решимость покончить с объяснением раз и навсегда превозмогла боль. Она упрямо вздернула подбородок. Однако голос ее звучал еще тусклее прежнего.

– Я сама придумала фасоны подвенечного платья и платьев для подружек невесты – Моники и двух моих сестер. В тот день, когда я заехала за готовыми платьями к портнихе, со мной были сестры. И я пригласила их к себе, чтобы устроить импровизированный девичник. По дороге мы купили торт, фрукты. Нам было очень весело…

Эстелла снова чуть помолчала. Потом тряхнула головой и заговорила вновь:

– Вот так, смеясь и болтая, мы появились в дверях гостиной…

Последние остатки румянца сбежали с ее щек при воспоминании о зрелище, представшем их взору. Джералд видел, какое колоссальное усилие воли потребовалось Эстелле, чтобы продолжить рассказ.

– Они лежали на ковре, посреди комнаты…

– Моника и Род.

Эстелла кивнула.

– Похоже, им так не терпелось, что даже до спальни они дойти не смогли. Моника была без блузки и с задранной юбкой, а у Рода… – она судорожно сглотнула, – у Рода брюки были спущены до колен…

– Что называется, пойманы с поличным, – пробормотал Джералд.

– Они даже отпираться не стали. Помню, Моника начала уверять, что это, мол, оказалось сильнее их. Что они без ума друг от друга и не могут бороться со своими чувствами. А Род обвинил во всем меня. По его словам, выходило, что я слишком много времени уделяю распроклятой работе… А я стояла в дверях гостиной как дура, с платьями в руках. И рядом стояли сестры. Ужасная вышла сцена… невыносимая. Я швырнула платья на пол и убежала.

– Род не пытался тебя остановить?

– Пытался, но, пока он оделся, я уже вскочила в машину. Род преградил мне путь. Думаю, я бы задавила его, если бы в последний миг он все-таки не отпрыгнул в сторону.

– А что потом?

– Никакого потом не было. Я не видела ни его, ни ее и не говорила с ними вплоть до сегодняшнего дня.

То есть, подумал Джералд, толком еще ничего не закончилось. Не поставлено финальной точки. Вот в чем опасность. Недаром Эстелла и по сей день никак не избавится от пережитой боли.

– Я отправилась к родителям, сообщила им, что никакой свадьбы не будет, собрала кое-какую одежду, которая у них была, и уехала куда глаза глядят. – На лице ее вновь появилось выражение угрюмой, отрешенной сосредоточенности, что так напугало Джералда утром. – На следующий день я обзвонила всех приглашенных на церемонию бракосочетания и объявила, что она не состоится, и заверила родных и близких, что со мной все в порядке. С работой проблем не возникло, потому что я собиралась в свадебное путешествие и заранее отказалась от всех заказов. Одним словом, я просто сбежала, предоставив Монике и Роду самим разбираться с последствиями.

Ну не так уж это было и просто. Предательство жениха и лучшей подруги обернулось для Эстеллы тяжелейшей душевной травмой. Потерять в одночасье любовь, дружбу, работу – неудивительно, что бедняжка до сих пор прийти в себя не может. Она выживала как могла – и не Джералду винить ее за это. Напротив, он восхищался тем, как Эстелла смогла понемногу снова отстроить свою жизнь на совершенно ином фундаменте и не сожалеть об утерянном.

Но она не сумела одного: встретиться лицом к лицу с призраками прошлого, раз и навсегда выгнать их и обрести, наконец, душевный покой. И чтобы помочь ей в этом, Джералду надо было знать, сколь властен еще Род Бассет над сердцем Эстеллы.

– Если бы Род попросил у тебя прощения, молил бы предоставить ему второй шанс, могла бы ты снова полюбить его?

– Нет! – В глазах ее вспыхнуло яростное отвращение.

– А тебе не кажется… что он мог попасть в расставленную Моникой ловушку? – осторожно поинтересовался Джералд.

– Я более чем уверена, что Моника и впрямь крайне искусно разыграла свои карты. Но ведь Род мог и не подыгрывать ей, – с горечью ответила Эстелла. – Он сам выбрал. Наверное, его еще возбуждал риск: как же, прямо у меня под носом, с моей же лучшей подругой! – Она отрицательно покачала головой. – Я никогда больше не смогу доверять никому из них.

– Так ты бы не приняла извинений?