Сесиль Макколей - Желанный

— А вот я так не думаю, — жестко заявил Кевин. — Я сам все проверю и сообщу тебе результат. Мать не будет, как мне кажется, сознательно вредить интересам сына.

Он сухо кивнул и вышел, закрыв за собой дверь. Элис осталась в недоумении. Что-то во всей этой ситуации было не так, но что именно — она понять не могла…

В очередной раз посмотрев на часы, Элис фыркнула от досады — надо же, опять Кевин опаздывает. В последние недели они виделись каждый вечер и почти каждый вечер он опаздывал.

Услышав доносившийся с улицы стук лошадиных копыт, девушка нахмурилась. Она уже собиралась выглянуть в окно, но в этот момент раздалась трель звонка. Элис схватила пальто, погасила свет и бросилась к двери.

— Наконец-то! — проворчала она, открывая. Когда она увидела Кевина, сердце ее на мгновение замерло. Он выглядел просто неотразимым, белоснежная рубашка подчеркивала золотистый оттенок загорелой кожи. В электрическом свете его волосы отливали лунным блеском серебра, и Элис испытала нестерпимое желание провести по этим упругим светлым прядям рукой.

— Какой радушный прием. — Кевин улыбнулся. Раздражение Элис ничуть не смущало его. Картинным жестом он протянул ей огромный букет белых цветов, вытащив его откуда-то из-за спины.

— Белый жасмин! — воскликнула пораженная Элис. — Где тебе удалось достать такую прелесть?

— Их доставили специальным рейсом с нашего острова. Разве это не романтично? — явно довольный произведенным впечатлением, сказал Кевин.

Элис почувствовала, как слезы наворачиваются ей на глаза, и бросилась в его объятия. Именно жасминный венок преподнесла ей островитянка Фаатази в день их встречи.

— Пойдем, там есть еще цветы, — взяв ее за руку, сказал Кевин, когда она оторвалась от него.

— А что делать с этими? — спросила она.

— С ними ничего не случится, — ответил он, еще крепче сжимая пальцы Элис, от чего сладостная дрожь пробежала по ее руке. Она положила букет на столик в прихожей, и, подчиняясь властному велению руки Кевина, покорно пошла за ним.

— Кевин! — воскликнула она в изумлении, увидев ожидавший их экипаж. Кучер соскочил со своего места, распахнул дверцу, опустил подножку и протянул Элис руку. Забираясь в экипаж, она улыбкой поблагодарила его. Кевин влез следом за ней.

— На тебе новое платье? — спросил он, окинув ее взглядом.

— Мне казалось, что на помолвку принято надевать что-то новое, — усмехнулась Элис.

— Мне кажется, оно совсем не в твоем стиле, — игриво усмехнулся Кевин, откровенно заглядываясь на обтянутые шелковыми чулками ноги Элис.

— Да, но оно мне очень понравилось, — призналась она. Действительно, раньше она бы ни за что не осмелилась надеть на себя подобный наряд. Маленькое платье из черного шелка не достигало колен и оставляло открытой спину. Она не стала делать прическу, позволив своим густым медно-рыжим волосам свободно ниспадать на плечи.

— Мне оно тоже нравится. Все будут изумлены красотой моей невесты. А когда они поймут, что она еще и умница, то будут просто сражены! — Рука Кевина скользнула по бедру Элис, но девушка даже не сделала попытки освободиться.

— Одно не исключает другого, — заметила она. — Женщина может быть одновременно и красивой, и умной.

— Весьма опасное сочетание, — прошептал Кевин. Его длинные пальцы медленно поползли вверх по бедру Элис, и по всему ее телу пробежала чувственная дрожь. Приятное тепло, зародившись где-то глубоко, внезапно растеклось по ее животу, губы пересохли, дыхание стало частым и прерывистым.

Элис подняла голову и призывно посмотрела на Кевина. Ей хотелось снова ощутить прикосновение его губ, их жар. Но сегодня он не проявил обычной настойчивости. Его губы коснулись ее рта совсем легко, почти неощутимо. И она решила взять инициативу на себя. Элис прижалась к груди Кевина, дотянулась губами до его лица, нашла его губы и впилась в них.

У девушки вырвался удивленный возглас, когда он с внезапной силой сжал ее лицо руками. Это лишь подстегнуло ее желание: она ответила на его ласку с таким рвением, которого сама не могла ожидать от себя. Она целовала Кевина все горячее и крепче, откидывала голову назад, подставляя его ласкам нежную, чувствительную кожу своей шеи. Впервые в жизни в ее теле пробуждалась ничем не омрачаемая страсть в ответ на страсть мужчины.

Тяжело дыша, они оторвались друг от друга. Глаза Кевина пылали откровенным желанием, он слегка подался назад и хриплым голосом прошептал:

— Я хочу заняться с тобой любовью.

От этих слов Элис вздрогнула. Она любила его, ее влекло к этому рослому, властному красавцу, но она опасалась, что в самый последний момент из самых тайных, темных углов подсознания на волю вновь вырвется страх того вечера. Кроме того, она не была уверена, что и он влюблен в нее. Внезапно Элис осенила догадка: она попробует заставить Кевина ревновать, кокетничая на его глазах с другими. Вот тогда она наконец поймет, серьезно ли он к ней относится или же все это для него только забава…

— Все будет в порядке. Сегодня ты почетный гость, — сказал Кевин, заметив, как внезапно оробела и смутилась Элис, когда экипаж остановился перед особняком семьи Брэдли.

— Я и понятия не имела… — начала она, изумленно оглядывая огромный каменный дом второй половины XVIII века. Массивные дубовые двери, распахнутые настежь, открывали взору прихожую, с выложенными изразцовой плиткой стенами. Под лепным потолком сверкала огромная хрустальная люстра. Из дверей доносились музыка и шум голосов.

— Я не могу, — пробурчала Элис, отступая назад и пытаясь вновь забраться в экипаж.

— Ты должна. — Кевин улыбнулся и потянул ее за собой вперед. Элис безвольно повисла на его руке. Он пошатнулся, но сумел удержать ее.

Элис прильнула к нему. Страстное желание заставило забыть ее обо всех страхах. Кевин неохотно опустил ее на землю, и она застыла на месте, пристально глядя ему в глаза.

Она чувствовала странное притяжение его взгляда. Элис вздрогнула, но постаралась взять себя в руки — ведь им нужно как можно убедительнее сыграть роль влюбленной пары. Но как только Кевин стиснул ей руку, она с радостью поняла, что ей притворяться не придется.

Внутри дом отличался не меньшим великолепием, чем снаружи. Отдав прислуге свое пальто, Элис поправила платье перед зеркалом. А потом ее представили такому огромному количеству людей, что ей не удалось запомнить из всей этой безликой массы практически никого.

— Эй! Похоже, вам не повредит, если вы что-нибудь выпьете.

Элис обернулась и с удивлением обнаружила, что рядом с ней стоит Летти. Она недоуменно посмотрела на бокал с жидкостью малособлазнительного вида.