Бывший муж. А кто теперь кому не пара - Ева Стоун
В вечер того дня, когда я получила письмо, у меня поднялась температура. Некритично, но на следующий день пришлось остаться дома и взять больничный.
Буквально через полчаса после начала рабочего дня мне на телефон поступает звонок от бывшего мужа. Уверена, он думает, что я его избегаю.
Первый звонок я пропускаю, потому что на глаза накатываются слёзы — я не хочу, чтобы он понял, как сильно меня задевает его решение стать законным папой Алисы.
Когда он звонит второй раз, я силой воли подавляю расстроенные чувства и поднимаю трубку.
Не хочу, чтобы он даже догадывался о том, как на меня влияет… да всё! Всё, что с ним связано.
— Слушаю.
— Ева… — удивительно, но его голос звучит так, словно он волновался, а услышав мой голос, испытал облегчение. — Ты как?
— Звонишь, чтобы спросить, почему я не на работе? — говорю через заложенный нос.
— Конечно, нет. Я волнуюсь. По голосу слышно, что ты правда заболела…
— Вань, ты чего-то хотел? — перебиваю его. — Если да — то говори, если нет, то мне пора.
— Тебе нужно что-нибудь из лекарств? Или продуктов? Я могу завезти, это не проблема.
— Мне ничего не нужно, — сердце подпрыгивает к груди от одной только мысли, что он может приехать. — Спасибо, что позвонил.
— Ева…
Ваня хочет сказать мне что-то ещё, но я бросаю трубку. К сожалению, выключить звук и положить телефон под подушку я не могу — мало ли, мне позвонят из садика.
Я договорилась с тётей Дариной, что она заберёт Алису из садика после работы, а сама решаю отлежаться.
Правда, из сна меня выдёргивает стук в дверь. Я почему-то решаю, что проспала и несусь открывать. Действую на автомате.
Чувствую, что из-за высокой температуры ломит тело. Надо же было подцепить заразу…
— Привет! — открываю дверь, ожидая увидеть на пороге Алису и тётю, но вместо них взгляд натыкается на большую мужскую фигуру.
Ещё до того, как я понимаю, что передо мной бывший муж, меня окутывает его запах, который непонятно как пробился через заложенный нос, и сшибающая с ног энергия.
— Привет.
— Я тебя не ждала, — говорю прямо, но Демидов сам переступает через порог, словно так и нужно.
— Я знаю, — чуть недовольно отчеканивает он, но, видимо, делает скидку на то, что я болею, и препираться со мной смысла нет. — Купил тебе, — он поднимает в воздух два набитых доверху пакета, — да, всего купил. Чтобы тебе не нужно было идти в магазин. В аптеку я тоже заглянул, препараты с инструкциями тоже там.
С этими словами он ставит пакеты на пол и, чуть повременив, спрашивает:
— Алиса дома?
— Нет. В садике.
— Хм… — он отводит взгляд в сторону. — Жаль.
И сам выходит из квартиры, напоследок бросив мне:
— Поправляйся.
Я испытываю облегчение, ведь он ушел без разборок, но уже скоро понимаю, что самое большое потрясение у меня ещё впереди.
Глава 32.
Я не знаю, как и за какие деньги, но Демидову удаётся продвинуться с судом и экспертизой максимально быстро.
Быстро и, что немаловажно, без потерь для меня.
Как взрослый человек, я ожидала, что судья задаст мне пару неудобных, но логичных вопросов относительно моего поступка. Только ничего такого не произошло.
Почему?
Потому что мой бывший муж обо всем позаботился и смягчил удар. А ведь я ожидала, что все будет наоборот. Думала, что Демидов мне отомстит.
Еще я тешила себя иллюзией, что успею морально подготовиться к первой встрече Алисы с её родным папой.
Но не успела, потому что в моём случае это невозможное для выполнения условие.
В силу совсем ещё маленького возраста и здоровой, устойчивой психики Алиса хорошо отреагировала как на саму новость о том, что у неё появился папа, так и на тот факт, что они скоро встретятся.
Ночь перед первой встречей Вани и Алисы я не спала. Не сомкнула глаз ни на минуту, потому что крутила у себя в голове всё, что может пойти не так.
Ведь на встрече будет трое: я, Алиса и её папа.
Но, как обычно бывает в таких случаях, события разворачиваются самым неожиданным образом.
Они сразу же нашли контакт.
Причём если по Демидову было видно, что он к встрече подготовился, чтобы психологически для Алисы всё прошло легко, то она непосредственно и по-детски взяла его за руку и потянула на горку.
В ту первую встречу я находилась рядом с ними, слушала их разговоры, но не вмешивалась, занимая роль наблюдателя.
Примерно так же прошли и две следующие их встречи, причём с каждым новым днём я ловила себя на том, что чувствую себя иначе.
Сначала это ощущение казалось призрачным, и расшифровать его было трудно, но потом недостающие кусочки пазла будто встали на свои места.
Чувство вины, как мешок, наполненный камнями, лежало на моей спине все эти годы с момента, как я узнала о беременности. А теперь я отчетливо ощущаю, как оно меня покидает...
Алисе нравилось то, что у неё теперь есть папа.
Ваня, человек, который всегда мечтал о сыне, смотрел на нашу с ним дочь глазами, полными любви.
Разве у меня был иной выбор, кроме как радоваться за них?
В общем, я выдохнула — и это ещё мягко сказано.
Жизнь в одночасье стала ярче и обрела давно потерянные краски, потому что теперь я жила без страха за себя и дочь.
Но главный мой страх, в котором я не хотела себе признаваться, состоял в совершенно другом: я боялась, что даже если Ваня узнает про Алису, то не захочет с ней знаться просто потому, что она незапланированный ребенок.
Ведь это я приняла решение оставлять беременность, и он имел полное право от нее откреститься.
— Мне нужно больше ходить в спортзал, — присев со мной рядом на лавочку, говорит Ваня. — У Алисы всегда столько энергии?
— Да, — не могу сдержать улыбки. — С тех пор как она научилась бегать, то какое-то время передвигалась только так — бегом.
Возникает пауза, во время которой, и я это ощущаю чётко, Ваня жалеет о том, что не был рядом, когда она росла.
Я прикусываю язык и даю себе зарок в следующий раз следить за словами, чтобы
