Беда опера Тихого, или Женюсь на тебе, рыжая - Ульяна Николаевна Романова

— Зачем? Вместо букета? — заржал Леха. — Как скажешь, тыковка, я их тебе еще ленточкой могу перевязать.

— Нет, теорию про трупные пятна уж очень интересно проверить, а у Вари практика в морге только на последних курсах будет. Я не могу столько ждать.

— Я свожу тебя на первое свидание в морг, — хрюкнул Леха, — договорились?

— На первое свидание? — ошалела я.

Мы выбрались на улицу, а я встала как вкопанная на крыльце, неверяще глядя на Леху.

— Ты мне уже жена названая, сама назвалась, я тебя за язык не тянул, — Леха обернулся и послал мне свою лучшую улыбку.

А у меня колени от нее подогнулись и бабочки в голове «Макарену» запели.

— Пойдем, — Леха шкодливо мне подмигнул и протянул руку.

Я робко вложила в нее ладонь и пошла за ним, забыв, что мы только что обсуждали, про мифическую романтику в отделении морга и про то, что кузнечик мне недавно угрожал.

Рядом с ним, казалось, что проблемы исчезли. Испарился страх, а вместо него появилось что-то другое. Воздушное, легкое и радостное.

Мы сели в его машину, Алексей надел темные очки и повез меня домой, по дороге набирая номер Вари. Хорошо поставленным командирским голосом велел ей идти домой вместе с Касом и повторил свое распоряжение сидеть со мной дома и никуда не выходить. И никому не открывать.

Послушал, что ему ответила сестра, вздохнул и ответил:

— Юльку можно. Приказ тот же: никуда не выходить, пока я не вернусь. До связи.

Он нервно отбросил мобильный на панель и уведомил меня:

— Кудряшка Шкода с вами. Если соберетесь разделять кентавров, соседей или просто мимо проходящих мужиков, — уберите потом за собой, ладно?

— Ладно, — важно согласилась я.

Леха уважительно кивнул и снова взял в руки мобильный. Ловко управляя машиной одной рукой, он то и дело кому-то звонил и что-то говорил.

Я не слушала. Я просто любовалась им сквозь розовый туман в голове и яркие вспышки перед глазами.

Возможно, я снова покраснела, но было уже плевать. Мне просто нравилось на него смотреть.

Когда Алексей не ехидничал и просто работал, он становился другим. Серьезным, собранным и невероятно притягательным. В него хотелось окунуться и не выныривать. В его спокойный, мужественный голос, в ироничный взгляд карих глаз, в очаровательную улыбку и смех.

Я не заметила, как мы доехали до его дома. Казалось, что прошла всего пара секунд, и вот опер Леха уже паркуется возле подъезда, разворачивается корпусом ко мне, снимает темные очки и так смотрит…

У меня дыхание сперло, а слова застряли в горле.

Глаза Алексея победно сверкнули, он спрятал улыбку и мягко попросил:

— Беги, тыковка. Светом мигни, когда поднимешься.

Я неопределенно кивнула и с трудом вышла из машины, горя желанием поехать с ним. От меня в битье морд, конечно, толку мало, но я могла поддержать, например, песней. Или кричалкой.

Пока поднималась по лестнице, явственно представила себя в костюме чирлидерши с двумя помпонами в руках, которая поет что-то по типу «зима-холода, кто-то выпал из окна, чьи-то зубы выбились, это было зашибись». При этом пританцовывая в такт. А Алексей в этот момент героически чистит физиономии всем врагам, у которых были одинаковые лица, очень похожие на кузнечика.

В моих фантазиях на опере Лехе был еще костюм Супермена и спрей от насекомых, но это детали. Поднялась на третий этаж, мотнула головой, удаляя непрошеные виде́ния, и робко постучала.

Меня встретила собранная Варя, обеспокоенная Юлька и счастливый Кас, который танцевал вокруг меня шаманский танец и тихонько повизгивал.

— Что случилось? — Варя закусила губу и забрала у меня из рук сумочку.

— Мне угрожали, — честно призналась я.

— Пойдем на кухню, расскажешь, — потребовала Варя, а Юлька согласно кивнула.

Следующие полчаса мы пили чай, а я рассказала подругам все, что случилось в отделе. Девчонки злились, негодовали и требовали немедленной выдачи кузнечика им лично на опыты.

Наслав на голову насекомого все возможные кары и проклятия, мы дружно решили, что помочь Алексею ничем не можем, повлиять на ситуацию не в наших силах, и сосредоточились на насущном.

Юлька сгоняла в прихожую и принесла огромную сумку с тканями, нитками, иголками и стразами.

— Подарок для соседа, — пояснила она с коварной улыбкой.

— Я сейчас ужин быстро сделаю и помогу, — вызвалась Варя.

— Давай я ужин приготовлю? — предложила я и снова покраснела.

Как Сеньор Помидор становлюсь, честное слово.

— Серафима ненавидит шить, — спасла меня Юлька и подмигнула, поняв, что я пока не готова обсуждать свой внезапно возникший порыв позаботиться о пище телесной для опера Лехи.

— По рукам, — согласилась Варя.

Они с Юлькой устроились в гостиной на диване, подвинули поближе стол и раскрыли Юлькину сумку.

Я же отправилась кашеварить.

Спустя полтора часа ужин был готов, сюрприз для соседа сшит, от опера Лехи не было ни одного сообщения, и мы, заскучав, решили из остатков ткани сшить что-то для Каскадера, который все это время силой мысли помогал нам всем. Особенно мне на кухне.

— Леха нас убьет, но будет весело, — оптимистично решила Варя, прикидывая к груди Каса ткань.

В этот раз к делу припахали и меня тоже, и процесс пошел веселее. Несмотря на фоновую тревогу за Лешу, мы насмеялись от души и закончили дело только поздно вечером.

А когда часы почти пробили полночь и моя рука уже потянулась за мобильным, чтобы оперу позвонить…

Сначала раздался стук в дверь, потом мужские голоса, а потом звук повторился, но такой, словно кого-то о дверь били. Возможно, головой.

Кас залаял, первым устремляясь в прихожую, а мы с подругами осторожно последовали за ним.

Глава 23

Серафима

Мы с подругами испуганно переглядывались, а Каскадер встал у двери, прислушался и снова зарычал. Мы партизанским отрядом на цыпочках прошли к двери. Варя посмотрела в глазок, вздохнула и открыла.

На лестничной клетке стоял очень злой опер Леха, сжимающий кулаки, Римир, который очень недобро смотрел на всех, выражая взглядом все, что он думал о жизни и… Сосед Дамир с букетом полевых цветов. Весьма потрепанным.

Все трое выглядели целыми и непобитыми, но обстановка буквально искрила опасностью.

— Вар… — Леха не договорил.

Слово оборвалось на полузвуке, когда к нему из-за наших спин вышел гордый Кас в розовом плаще и с розовыми накладками на ушки. Плащ немного съехал набок, волочась по земле, зато накладки сели как влитые.

Римир заржал первый, затем хмыкнул сосед, а вот оперу Лехе было невесело.

— Юлек, у тебя талант, — польстил мой брат.

Юлька