Натали Старк - Поцелуй в облаках

Нет, пусть он лучше пока молчит и думает, что я ни о чем не догадываюсь, решила она.

Наконец наступило воскресенье. Берт пригласил Джессику в «Фанданго», ресторан, который славился комфортом и изысканной кухней.

— К сожалению, мне придется уехать, — сказал Берт, когда ужин подходил к концу.

— Когда? — Джессика поставила на стол бокал.

— Послезавтра, — со вздохом произнес Берт.

— Твой отпуск закончился?

— Вообще-то это был не совсем отпуск, скорее самовольная отлучка.

— Ого! — удивилась Джессика. — Ничего себе отлучка. Целых две недели, если я не ошибаюсь.

— Немного больше, — уточнил Берт. — Мои сотрудники просто требуют моего возвращения.

— Понятно, — кивнула Джессика. — Они тобой недовольны. А как ты им объяснил свое исчезновение? Или ты ничего не объясняешь?

— Я сказал, что у меня очень важное дело личного характера.

— Вот как? — Тон Джессики был довольно холодным.

— Если меня кто-нибудь спросит, зачем мне понадобились эти две недели, и я захочу откровенно ответить, то мне придется сказать, что я провел это время, пытаясь занять хоть какое-нибудь место в сердце одной необыкновенной девушки.

— А если тебя спросят, удалось ли тебе это?

Берт пожал плечами.

— Для меня этот будет трудный вопрос. С одной стороны, она уже не смотрит на меня волком, но с другой — я не знаю, что и думать.

— И все же к какому выводу ты пришел, используя свой аналитический ум? — Джессика снова чувствовала какую-то отстраненность и желание быть дерзкой, как это было в начале их знакомства.

— Точно я знаю только одно — то, что я в тебя влюблен. — Он помолчал. — Только в этом у меня нет никаких сомнений.

От этих слов Джессика вдруг ощутила легкое головокружение. Очень странная реакция, подумала она.

— Я не буду тебя спрашивать, как ты ко мне относишься, — произнес Берт, глядя в глаза Джессике. — Потому что мне кажется, что тебе не хочется отвечать на этот вопрос.

— Да, — кивнула она. — Я сейчас ничего не скажу. Совсем ничего. Сама не знаю почему.

— Ну и не надо, — улыбнулся Берт.

— Давай вообще сменим тему, — предложила Джессика.

Берт привез Джессику к ее дому и вышел из машины, чтобы открыть ей дверцу. Она выбралась из автомобиля и по привычке хотела скользнуть в калитку и только потом попрощаться с Бертом, но он неожиданно взял ее за руку и удержал. Джессика обернулась к нему, увидела его пылающий взгляд, почувствовала, что плавится под этим взглядом, как мороженое на солнце, и не смогла вырвать свою руку и уйти.

Они стояли так близко друг к другу, что она слышала как громко и неровно бьется его сердце. Или это ее сердце так стучит? Берт держал ее за руки, и от его рук к рукам Джессики шел электрический ток самого высокого напряжения. Он уткнулся лицом в ее волосы, и она почувствовала его горячее дыхание. Его руки скользнули вверх по ее рукам, он обнял ее за плечи и притянул еще ближе к себе. Джессика запрокинула голову, чтобы увидеть его глаза. Ей показалось, что из серых они стали темно-синими и в них появился мерцающий огонь. По ее телу пробежала легкая дрожь, с которой ей не удалось справиться, и она отвела взгляд. Руки Берта поднялись еще выше, он обхватил руками ее лицо и прикоснулся губами к ее губам. Потом он осыпал поцелуями ее глаза, лоб и волосы, а Джессика, растерявшаяся от нахлынувших на нее сильных и сладостных ощущений, закрыла глаза и забыла обо всем на свете. А когда его губы снова прижались к ее губам, земля полностью ушла из-под ее ног. Она была в невесомости, в чудесной, восхитительной невесомости, где не было ничего и никого, только они с Бертом…

Когда Берт на мгновение ослабил объятия и оторвался от ее губ, Джессика сразу выскользнула и скрылась за спасительной калиткой. То, что она сейчас испытывала, было таким сильным, таким необъятным и пугающим… Ей необходимо было прийти в себя.

Она обернулась и взглянула на Берта. В полумраке его глаза сверкали, как будто в них был запрятан собственный источник света.

— Спокойной ночи, — хрипло произнес он.

— Спокойной ночи, — отозвалась Джессика и вошла в дом.

Оказавшись в своей комнате, она рухнула на кровать и, как ей показалось, заново пережила тот захватывающий водоворот ощущений, который только что совершенно неожиданно на нее обрушил Берт. Джессику снова, как и тогда, возле воздушного шара, удивил контраст между обычным невозмутимым спокойствием Берта и теми ощущениями, которые вызывали в ней его прикосновения и поцелуи. Это был огонь, страсть, огромное, всепоглощающее желание, перед которым Невозможно было устоять…

Зазвонил телефон, и Джессика увидела, что это Грег. Она сразу вспомнила, что за всю эту неделю ни разу не встречалась со своими друзьями, даже с Луизой общалась только по телефону, и почувствовала что-то вроде угрызения совести. Ну что ж, начиная с завтрашнего дня, когда Берт уедет, у нее будет время наверстать упущенное.

— Джесс, ты еще не знаешь? — произнес срывающийся голос Грега. — Про Криса…

— Что случилось? — Джессика сразу почувствовала неладное. Ее сердце сжалось от дурного предчувствия.

— Крис разбился на мотоцикле.

— О боже! Он живой? — Она замерла в ожидании ответа, задохнувшись от внезапной нехватки воздуха.

— Да, живой. Больше я ничего не знаю. Кажется, он врезался в столб… или задел его. Я сейчас еду в больницу. Ты как?

— Я тоже. Конечно. Уже еду.

— Ты в порядке? Может, за тобой заехать? Не хватало нам еще одной аварии.

— Спасибо, но я сама доберусь.

Джессика выбежала из дома, запрыгнула в свою машину и помчалась по направлению к больнице.

Господи, помоги ему выжить! — молилась она про себя. Раны заживут, переломы срастутся. Главное, чтобы он выжил. Если он действительно врезался в столб на той скорости, с которой он обычно гоняет, то даже страшно подумать о последствиях. Нет, наверняка Грег что-то перепутал. И как такое могло случиться с Крисом?! У него же отличная реакция и за рулем он не первый год, правда мотоцикл водит недавно, но ведь разницы большой нет.

Через некоторое время Джессика заметила, что следом за ней едет какая-то машина. Причем она сигналит и подает знаки фарами. Разглядев водителя, она поняла, что это Берт. Они же договаривались сегодня вечером прогуляться.

У Джессики было такое ощущение, что это было очень давно, в какой-то другой жизни, когда у нее не было никаких забот, кроме того чтобы весело проводить время и морочить головы парням. А сейчас Крис лежит на больничной койке и, возможно, умирает, а она ничего не может сделать. И никто ничего не может сделать.