Шери Уайтфезер - Магия притяжения

Джеймс поставил Кори на пол и нахлобучил ему на голову свою шляпу. Мальчик поднял на него глаза и улыбнулся.

— Ты знаешь?

— Что?

— Дайана устраивает для Эмили день рождения.

Там будут и шарики, и торт, и все остальное.

— День рождения? — Джеймс заглянул Эмили в глаза. — Когда у тебя день рождения?

— Двадцатого июня. В пятницу мне снимут швы, так что к тому времени я буду в полном порядке.

Даже, наверное, смогу приступить к работе.

— А у меня уже закончатся занятия в школе! — радостно сообщил Кори, поглядывая на взрослых из-под полей черной шляпы. — Поэтому мне придется помогать. Я буду делать украшения, да, Эмили?

— Можешь не сомневаться! — Она повернулась к Джеймсу. — В этом году меня радует день рождения.

Мне нужно многое отпраздновать. Не только свое рождение.

— Конечно, конечно. — Он изо всех сил старался скрыть свои чувства, чтобы Эмили не заметила его волнения. Разве можно рассказывать ей о Риде сейчас? Нет, он не должен портить ей день рождения.

Ему придется подождать. Подождать, когда закончится ее праздник. Он прерывисто вздохнул и решил, что ему следует позвонить Райдеру и объяснить, что осуществление плана откладывается на некоторое время.

— Какой подарок ты хочешь получить на день рождения?

— Тебя, — без колебаний ответила Эмили, и у него потеплело на сердце.

— Это глупо, — заявил Кори. Сестра рассказала ему о своем романе, но он не совсем понял некоторые детали. — Эмили, ты не можешь получить человека в подарок. Его же нельзя завернуть в бумагу!

Джеймс расхохотался.

— Ну и вид был бы у меня с бантиком на голове!

Эмили и Кори тоже рассмеялись. Как хотелось Джеймсу, чтобы такие моменты сохранились навсегда! Он молился о том, чтобы горькое разочарование не пришло им на смену.

— Можно мне выйти на улицу? — спросил Кори сестру.

— Можно, — разрешила Эмили, — но постарайся оставаться в тени.

— Ладно. Ты разрешишь мне поносить твою шляпу, Джеймс? Я хочу поиграть в ковбоя.

— Играй, парень! Ковбой не может быть без шляпы.

— Спасибо, — Кори поправил шляпу и пулей вылетел из комнаты, оставив наконец Эмили и Джеймса в покое.

— В пятницу я смогу отвезти тебя к врачу, — сказал Джеймс. — Благодаря Лили Мэй у меня гибкий график.

— Это здорово. — Эмили вгляделась в лицо своего возлюбленного, заметив крепко сжатые губы и морщинки вокруг глаз. — Ты все еще боишься, правда?

Он засунул руки в карманы. Эмили заметила, что Джеймс всегда делает это, когда волнуется.

— Все в порядке.

— Ты плохо спишь.

— У меня и раньше бывала бессонница.

— Я не знала об этом, — удивилась Эмили. Как же мало ей известно о нем! Им, вероятно, еще предстоит узнавать и узнавать друг друга. — Когда у тебя день рождения, Джеймс?

Ответ последовал не сразу. Опустив глаза, он переступил с ноги на ногу.

— Пятого ноября.

Эмили подошли ближе.

— Мне жаль, что для тебя это так трудно, — сказала она. — Что любовь вызывает у тебя страдание.

Для меня это как сон. Когда я проснулась сегодня утром, я поняла, что никогда в жизни не была такой счастливой!

— Правда? — Джеймс вынул руки из карманов.

Эмили протянула к нему руки, и он крепко обнял ее, чувствуя глухие удары своего сердца. Любит ли он ее, подумала Эмили, так же сильно, как она его?

Когда Джеймс прикасается к ней, у нее нет никаких сомнений. Но каждый раз, когда она заглядывает ему в глаза, ее охватывает страх, что она может потерять его.

— Скажи мне, какой подарок ты хотела бы получить? — снова спросил Джеймс.

Эмили вдохнула запах, которым пропиталась его одежда: она пахла лошадьми и сеном.

— Я уже сказала тебе.

Он погладил ее по голове.

— Странная ты девушка, Эмили. Скажи, что купить тебе.

— Мне все равно. — Ей достаточно того, что он стал частью ее жизни.

— Где будет вечеринка — здесь или в доме Дайаны?

— У Дайаны, — Эмили уткнулась лицом ему в грудь. — Ты можешь пригласить Лили Мэй, а я приглашу Харви. Вот будет здорово, когда мы увидим их вместе!

— Здорово? — Джеймс попятился. — Чтобы смотреть, как они пикируются?

— Нет, чтобы помирить их. Сыграть роль сватов, Эмили была невыносима мысль, что Лили Мэй и Харви страдают. — Ты сам сказал, что когда-то они любили друг друга.

— Но с тех пор, вероятно, прошло лет пятьдесят!

— Это не очень долгий срок, когда кто-то тоскует по любимому человеку, — Эмили взяла его за руки, Ведь мы можем помочь им.

— Лучше нам не лезть в их дела, — возразил Джеймс.

— Неужели ты испортишь мне удовольствие? Эмили выпустила его руки, но Джеймс притянул ее к себе.

— Ну, хорошо, хорошо. Я приглашу Лили Мэй.

Но я не буду принимать никакого участия в сватовстве.

— Нет, будешь!

— Нет, не буду!

— Но ведь это мой день рождения. Моя вечеринка, — мягко возразила Эмили. — Тебе придется слушаться меня.

Джеймс вздохнул, и она поняла, что победила. Но это временная победа. Все, что связано с Джеймсом, неопределенно. Он постоянно меняется — ее темнокрылый защитник с мятежной душой, мужчина, которого она любит, но еще не способна понять.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

— Объясни мне еще раз, почему мы здесь? спросил Джеймс, открывая дверь номера в мотеле.

— Мы здесь, потому что я хочу посмотреть, где ты спал в ту ночь, — в незабываемую ночь, когда они встретились, подумала Эмили.

— Женщины! — Он покачал головой и бросил пластиковую карточку-ключ на комод с зеркалом. Я везу тебя в Льюистон на прием к врачу, а заканчиваем мы путешествием по памятным местам. Повернувшись к Эмили, Джеймс улыбнулся. Она увидела в зеркале его затылок. — Ты намереваешься соблазнить меня, так ведь? Вот в чем все дело.

Эмили бегло оглядела кровать и заметила простое голубое одеяло.

— Может быть.

— Может быть?! Мы заплатили шестьдесят девять долларов за то, чтобы провести несколько часов в мотеле, а она говорит: «Может быть»!

Эмили понимала, что Джеймс поддразнивает ее, но она знала, что ему тоже очень хочется заняться любовью. Трогать, ласкать, целовать, раствориться в ослепительной вспышке наивысшего блаженства, извергнуть смятенные чувства в отчаянной разрядке. Беспокойство все еще терзало Джеймса. Несмотря на его улыбку, Эмили видела затаенную боль в его глазах.

— Скажи, что ты делал той ночью, когда ушел из моей комнаты.

— А что мне было делать? Я вернулся сюда, глухо сказал он и, нахмурившись, посмотрел на кровать. — Некоторое время я бесцельно ходил по комнате. Я…

— Что? — полюбопытствовала Эмили.