Лесли Мэримонт - Горячий парень

Она повернулась к нему с улыбкой.

– Да. И, так и быть, скажу тебе еще кое-что. Сначала я не хотела этого говорить ну ладно. Я согласилась вступить в вашу сомнительную Компанию только потому, что ужала, что там будешь ты.

Бен посмотрел на нее с изумлением и недоверием.

– За что такая честь? – спросил он наконец.

Дани замялась. Щеки ее окрасились легким румянцем.

– Ну я подумала, раз в этом участвует такой хороший врач, значит, животным у него будет хорошо. И, наверное, друзья его должны быть приличными людьми.

– Друзья и оказались приличными. В отличие от меня, – сказал он ехидно.

– Не иронизируй. Ты тоже, как выяснилось, не так уж плох.

– Да что ты говоришь? Лучше Стейплтона?

– Прошу тебя! – взмолилась Дани. – Забудь ты о нем. Ну что мне сделать, чтобы ты забыл?

– Вот сейчас приедем домой, и я тебе скажу, – пообещал Бен.

– Кажется, я повела себя неосмотрительно, – усмехнулась она.

Вот кончится месяц, думал Бен яростно, и делайте, что хотите, со своим Стейплтоном. А пока я здесь хозяин. И ты – моя.

Войдя в квартиру, он пропустил Дани вперед. Через несколько минут после того, как она скрылась в спальне, он решительно зашел следом. Дани стояла полуобнаженная. При виде Бена она ойкнула, потом вздохнула и неожиданно протянула ему навстречу руки.

Бен торопливо обнял ее за талию, прижался к ней всем телом, вдыхая прохладный аромат духов.

– Признайся, он успел тебя поцеловать? – требовательно прошептал он вдруг, отодвигаясь, чтобы видеть ее лицо.

– Кто? – Дани вздрогнула, словно приходя в себя. – Да нет же, нет. – Она потянулась губами к его губам.

Если даже успел, мне все равно, подумал Бен, целуя Дани в теплые губы и чувствуя, как погружается в восхитительное забытье, полное истомы и в то же время жгучей страсти.

Дани крепко сжимала его плечи, изгибаясь всем телом, запрокинув голову и тяжело дыша. Он покрывал страстными поцелуями ее шею, плечи, грудь. Потом подхватил на руки и понес к кровати.

Ее страстность, ее желание брать и отдавать, наслаждаться и дарить наслаждение каждый раз поражали его с новой силой. Бен понимал, что уже не сможет жить без этого. Любовь с Дани любовь к Дани стала неотъемлемой частью его жизни, частью его самою.

Она моя, думал Бен. Я не могу отдать ее. Я ее не отдам. Никому.

Глава 13

– Знаешь, я долго думал и понял, что никому тебя больше не отдам, – сообщил Бен, подливая в рюмку Дани тягучий яичный ликер.

Они сидели в том самом ресторанчике, куда Бен собирался отвести Дани еще неделю назад. Собственно говоря, он и сегодня вечером предпочел бы остаться дома, но надо же было иногда что-то есть. Ну ничего, сейчас Дани прикончит мороженое, и можно будет вернуться в спальню.

– Ты теперь моя, – сказал Бен твердо. Целиком и полностью.

Дани бросила на него насмешливый взгляд.

– Горячий восточный парень!

Бен вспыхнул.

– При чем здесь это?

– При том, что восточные мужчины, как правило, смотрят на женщину, с которой спят, как на свою собственность, и бешено ревнуют ее к каждому встречному.

Бен обиженно промолчал. Возразить было нечего. Он, действительно, хотел, чтобы она принадлежала только ему и больше никому, и бешено ревновал ее к любому проходящему мимо мужчине. После того, что происходило между ним и Дани, когда они оставались наедине, иначе и быть не могло. Должна же Дани в конце концов понять, что он не такой, как все, что ей нужен только он. Если бы еще узнать о ней побольше. Скорее бы получить отчет из агентства. А пока можно снова попробовать выяснить что-нибудь из разговора.

– У тебя и раньше бывали восточные парни? – спросил он как бы невзначай.

Дани обреченно вздохнула.

– Вернулись к любимой теме, да, Бен?

– Но ты первая об этом заговорила. Не понимаю, чем эта тема хуже других. Ну был у тебя восточный парень, ну и что? Просто расскажи о нем немного.

Дани отодвинула вазочку с мороженым. Взгляд ее стал далеким и чужим.

– Его звали Жилем, – сказала она наконец. – Он был фотографом и работал в том же модельном агентстве, что и я. Мы жили тогда в Париже. Его мать была марокканкой. Он был такой же красавец, как и ты. – Дани бросила на Бена недобрый взгляд. – И так же хорош в постели. И подлец, каких мало.

Бен думал, что сейчас она добавит: «как и ты», но Дани промолчала. Она смотрела куда-то в сторону, и лицо ее стало жестким и холодным. У Бена сжалось сердце от жалости. И от гнева. Что же такого сделал этот подлец, что теперь Дани ненавидит всех восточных мужчин? Как он смел обидеть Дани! Убить его за это мало.

– Что же он натворил? – осторожно поинтересовался Бен.

– Неважно. Скажем, повел себя, как последний эгоист.

– Ну я-то не последний, – робко пошутил Бен. – В крайнем случае, предпоследний.

– Это смотря как посмотреть.

– Я всегда стараюсь доставить тебе удовольствие.

– Это правда. Но я говорю сейчас не о постели. Я говорю о том, что некоторые люди не способны сочувствовать иди сопереживать другим людям. Они понимают только себя. Чужую боль они не чувствуют. Чужие страдания для них не существуют. Все. Хватит об этом. И не забудь, – через месяц между нами все будет кончено.

– А если через месяц ты сама не захочешь расстаться со мной?

Дани посмотрела на Бена с какой-то странной усмешкой. Что тут смешного, подумал он сердито.

– Я давно уже не встречаюсь ни с кем, скажем так, на постоянной основе. Во всяком случае, мои романы не затягиваются. И ты, Бен, и станешь исключением. Даже не надейся на это.

– Потому что я восточный мужчина?

– Потому что мне это не нужно.

Кажется, пришло время выложить единственную козырную карту, которая у него имелась.

– Тогда зачем же ты попросила меня на тебе жениться?

Дани чуть не поперхнулась мороженым. Она смотрела на Бена чуть ли не с ужасом, пока он выуживал из кармана пиджака помятый листок.

– Вот, пожалуйста.

Бен выложил бумажку на стол, и Дани дрожащей рукой поднесла ее к глазам.

– Потрясающая находчивость, – пробормотала она в конце концов и, смяв листок, бросила его в пепельницу.

На лине се были написаны гнев и смятение, и что-то еще Бен не мог понять, что именно.

– Ну? – произнес он, чуть ли не ерзая от нетерпения. – Может, объяснишь, что это значит?

– Нет, – процедила Дани сквозь зубы. – Ты нарушил наш уговор, Бен. Ты не должен был знать, что я загадала.

– Но я узнал. И, хоть убей, не могу понять, зачем тебе это нужно. Ты ведь меня не больно-то любишь. Так зачем тебе это понадобилось? Ты хотела поиздеваться надо мной? Или тебя интересуют мои деньги?

– Я просто хотела переплюнуть тебя, – раздраженно ответила Дани. – Я догадывалась, что ты думаешь о сексе, и запросила еще больше. Но почти сразу же пожалела об этом. К счастью, выиграл ты.