Кэтрин Полански - Ветер в твоих крыльях

Развестись с ней. Снова обрести свободу, которая была у него до того, как он встретил Шеррил Милборроу. Забрать Адриана и быть вместе с ним. Больше не будет скандалов из-за пустяка, больше не будет молчания, которое нервировало его больше всего. Макс не станет учить Адриана молчать, если что-то случилось. Лучше выяснить все сразу. И навсегда.

— Господи, — прошептала Шеррил и уткнулась лицом в ладони; Макс отстраненно смотрел на ее макушку. — За что мне все это? Меня бросает муж, он отнимает у меня сына, какой-то маньяк грозится меня убить, а пресса пишет унизительные статьи…

— Как забавно, что ты ставишь все эти события на одну полку.

— Я ничего и никуда не ставлю, Максим.

— Не называй меня так! — взъярился он. — Мне надоело!

Шеррил подняла заплаканные глаза, окинула мужа взглядом с головы до ног и встала. Ее губы насмешливо искривились.

— А как мне тебя называть? Макс? Этой собачьей кличкой? Этим коротеньким именем для плебеев? Ты ведь мог так многого достичь, Максимилиан Эвершед, человек из хорошей семьи. Не то что я, мне-то пришлось все зарабатывать своим горбом.

— Ты знаешь, что мне тоже.

— Ты врешь. Я всегда подозревала, что ты врешь. Можешь рассказывать свои сказки кому-нибудь другому. На тебя же целый штат трудится, они сочиняют тебе хвалебные оды и продают за большие деньги, и пресса тебя любит. Конечно, все любят доллары. И хорошеньких девушек. Скажи, с кем спит твоя Валери, чтобы все тебя так любили?

Он еле удержался, чтобы не дать Шеррил пощечину. Отец часто раздавал затрещины — ему самому, его матери, брату, — и Макс однажды поклялся, что ни за что, никогда не поднимет руку на слабого. Даже если об этом никто не будет знать.

— Не смей говорить так о Валери.

— А что ты мне сделаешь? — Она тряхнула блестящими волосами — водопад антрацита. — Ты ведь и так лишаешь меня всего, что мне дорого.

— Если тебе дорог Адриан, за столько лет ты могла бы потрудиться это хоть немного продемонстрировать.

— Отлично! Я плохая жена, я плохая мать, и актриса я тоже плохая — вышвырни меня из своей жизни и забудь, словно страшный сон!

— Мы ведь были с тобой счастливы, — негромко произнес Макс. — Что же случилось?

— Не знаю. — Шеррил отвела взгляд. — С кем-то ты был счастлив, но, видимо, не со мной.

— Тогда нет смысла продолжать.

Он сунул руки в карманы брюк и направился к двери. На пороге остановился.

— Ты понимаешь, что Адриана тебе не получить. Тебе он и не нужен, Шеррил. Давай договоримся. Информация в прессе значит для тебя намного больше, чем сын, и я меняю Адриана на информацию в прессе. Мы подадим наш развод так, как это будет удобно тебе. Хочешь — будь покинутой и несчастной женой, у которой изверг-муж отобрал единственного сына. Хочешь — гордой победительницей, которая ушла, чтобы не терпеть издевательства. Мне все равно, как выглядеть. Филипп постарается и найдет тебе выгодный контракт, даст твоему агенту возможность организовать ряд интервью. Сыграй свою роль, как тебе угодно, а что останется между нами, никому знать не следует. — Шеррил молчала. Макс кивнул на валявшийся на кровати листок. — Что же касается этих угроз, обещаю тебе, что не начну дела о разводе, пока не выяснится, кто этот шутник. Филипп займется им завтра же утром, я скажу ему, чтобы позвонил Синтии. У нас есть связи в полиции, думаю, его быстро найдут. И… мне жаль, Шеррил. Действительно жаль.

Он вышел.

13

Они перезванивались несколько раз на дню, и однажды Валери видела Макса в офисе Филиппа — он кивнул и быстро прошел мимо, явно куда-то торопясь. Он ни слова не сказал о том, как прошел разговор с женой; но, судя по тому, что Валери в дом не звали, Шеррил удалось-таки настоять на своем.

Неприятный расклад. Может быть, и следует уволиться.

Филипп совершенно точно знал больше, чем говорил, и опасливо поглядывал на Валери, видимо ожидая, когда она начнет его расспрашивать, — но она не расспрашивала. Ливенсу придется изворачиваться, а ставить немолодого человека в неловкое положение Валери не могла. Макс велел ей ждать — она и ждала, хотя с каждым днем раздражение и злость на судьбу — и на Шеррил Милборроу — становились все серьезнее.

Валери очень скучала по Максу, по его постоянному присутствию, наигранной рассеянности, смешным разговорам ни о чем. А теперь, после Мальдив, еще и по его запаху, вкусу его кожи, его поцелуям и страсти — по всему, чего ей досталось так мало и неизвестно, достанется ли еще.

И как там Адриан? Валери не решалась звонить прямиком в квартиру Эвершеда, опасаясь, что трубку поднимет Шеррил. Жена могла устроить Максу очередной скандал, а Валери оказалась бы виноватой. Ах, если бы только знать, что там происходит!

На четвертый день после возвращения в Нью-Йорк Валери позвонил Питер Сайфер, режиссер фильма «Стальной ангел», в котором Макс снимался летом. Студия, готовившая фильм, принадлежала медиамагнату и приятелю Эвершеда — Тони Мэтьюсу, и потому работать там было сплошным удовольствием. Услышав голос Питера в трубке, Валери улыбнулась.

— Приветствую, мисс Мэдисон. Готовы ли вы к озвучке?

— Да, Питер, однако, если мне не врет календарь, до нее осталось полторы недели.

— Все верно, моя хорошая, только у меня маленькая просьба. Можно ли выкроить пару часов в напряженном расписании господина Эвершеда и подъехать переснять один крупный план? В связи с той историей на студии у нас пострадала одна бобина с пленкой, и нет крупного — а он позарез нужен.

Во время съемок. «Стального ангела» один член команды, подкупленный конкурентами, сознательно вредил группе, а перфекционист Питер, конечно, теперь не мог обойтись имеющимся материалом.

— Пит, я тебя очень люблю, но вылететь сейчас в Лос-Анджелес мы не сможем. — Валери пролистала расписание. — И стоит ли это делать ради одного крупного плана? Полторы недели это не подождет?

— Не подождет, цветок моей души, не подождет. Но вам совершенно не нужно никуда лететь. Я сам в Нью-Йорке, а здесь, слава богам, достаточно студий, где имеется синий экран.

— Тогда, думаю, без проблем. Как насчет послезавтра?

— Отлично. Записывай адрес.

Валери заполнила имеющееся «окно» в расписании Макса, положила трубку и вздохнула. Хочется или не хочется Эвершеду им придется увидеться.

Макс при встрече вел себя спокойно: поцеловал Валери в щеку, усадил рядом с собой в машину и — вот чудо из чудес! — взял ее руку в свои ладони. Джейкоб внимательно смотрел на дорогу и делал вид, что он глухой.

— Как ты? — поинтересовалась Валери, вкладывая в этот дурацкий вопрос множество других, не менее дурацких.