Лилиан Пик - На пороге любви

Эллис прочел все до конца.

— Надеюсь, вы не собираетесь использовать это? — сказал он с нарочитым спокойствием.

Клеон ощетинилась:

— А почему бы и нет?

Он швырнул листок:

— Это не подлежит обсуждению. Совершенно не годится. Вы это, надеюсь, понимаете?

— Может быть, это и не годится для публикации в таком виде, но я рассчитывала на будущее в расчете на те перемены, которые ожидают журнал.

— Вы слишком торопитесь, Клеон. — Все тот же железный контроль над собой, но в его голосе послышалась предупреждающая нота. — Меня нельзя принудить к какому-либо действию, в правильности которого я не уверен. Не думайте, что мне не известно о тактике изматывания, которую вы изобрели в отношении меня.

Клеон потупила взгляд, почувствовав поражение:

— Я все-таки не понимаю, что тут плохого, если изменится содержание статей. Это будет происходить постепенно, так что никто даже и не заметит…

— Послушайте, барышня. — Эллис стальными пальцами взял ее за подбородок и резко поднял вверх. — В недалеком будущем нам все же придется раскрыть карты. Вы мне наговорили таких вещей, которых я бы не стерпел ни от кого из моих подчиненных. Пока, Бог знает почему, я оставил это без последствий. Но я предупреждаю вас, что, если вы проигнорируете мои предупреждения и используете эту статью, вы будете уволены. — Его глаза, безжалостные и холодные, не отпускали ее. — Это не первый раз, когда я угрожаю вам увольнением, но, клянусь Богом, на этот раз это серьезно! Вам понятно?

— Да, — прошептала Клеон.

— Хорошо. Разорвите эту статью, и у нас не будет больше проблем. — Он смягчился и поцеловал ее в полуоткрытые губы. — До свидания, Клеон. Счастливо отдохнуть. — Эллис улыбнулся и ушел.

Справившись с дыханием, Клеон взяла свою статью и со вздохом сунула ее в ящик стола.

На следующий день утром Клеон на автобусе доехала до коттеджа бабушки Эллиса. Ее приветствовали две протянутые руки, и она наклонилась, чтобы ласково поцеловать морщинистую мягкую щеку.

— Мое дорогое дитя, — сказала миссис Ферс, — как славно видеть вас. Присаживайтесь сюда, — она подтолкнула скамеечку для ног, — и расскажите мне о себе. Как мой внук? Часто ли вы его видите? Нравится ли вам ваша работа?

Клеон отвечала на вопросы по порядку:

— Я вижу его очень часто. Даже обедала с ним в городе раз или два — это были, конечно, деловые свидания, — поспешила добавить она.

— А вы видели его квартиру?

— Да, Эллис… Я имею в виду, мистер Ферс, — старая леди, кажется, не заметила ее промаха, — приводил меня туда как-то вечером, после нашего совместного выхода.

— Не правда ли, она прекрасна, моя дорогая? Мебель, шторы…

— Да, она прекрасна, — ответила Клеон равнодушным тоном.

— А как насчет моего сына? Вы уже встречались с ним?

— Да, я виделась с ним дважды. — Она бросила быстрый взгляд на миссис Ферс. — Его не так просто понять, верно? — Миссис Ферс покачала головой. — А во второй раз, когда я приходила в его дом, я примеряла платье по его просьбе. Тогда он разговаривал со мной…

— Дорогая, если мой сын говорил с вами, то вам на самом деле оказана честь. Обычно он не замечает никого вне сферы своей деятельности, не говоря уже о том, чтобы разговаривать с ними. — Кивком головы она указала на ящик в другом конце комнаты. — Если вы будете так любезны открыть его и достать кое-что, завернутое в ткань…

Клеон нашла сверток и протянула его миссис Ферс.

— Помните, Клеон, я обещала вам кружева? Ну вот, это они. — Она подняла три изумительных кружевных предмета. — Я подумала, что вы могли бы использовать их как рукава — посмотрите, они сделаны точно по пройме. А этот может послужить воротничком или вставкой для блузки или платья.

— Миссис Ферс, это чудесно! — Клеон снова поцеловала ее гладкую, сладко пахнувшую щеку. — Как мне благодарить вас?

— Не нужно благодарности, дорогая. Я делала их с удовольствием. А сейчас уберите кружева и не забудьте их, когда будете уходить.

Клеон заварила чай, они сидели, пили его и разговаривали. Когда она уходила, миссис Ферс сказала:

— Не передадите ли вы кое-что моему внуку? Скажите ему, что я посылаю ему свое благословение и что я все еще жду, и не будет ли он так любезен поторопиться, потому что мои дни уходят. Он поймет, что я имею в виду.

Клеон рассмеялась, вспоминая, что старая леди намекает на правнуков, которых так страстно желала. С некоторой грустью она подумала: «Не похоже, чтобы ее надежды сбылись в ближайшем будущем».

Клеон возвращалась хорошо знакомым путем — полями и через лес, напрасно стараясь ощутить заново старое чувство свободы и полноты ощущений. Она даже прилегла под тем же самым деревом, ее деревом, глядя в небо сквозь ветви и сочную зеленую листву. Под конец ей пришлось закрыть глаза, потому что все, что она могла видеть, куда бы ни смотрела, было лицо Эллиса Ферса, злое и жесткое, без улыбки, каким оно выглядело после того, как он прочел ее статью.

Теперь он стал ее жизнью, и Клеон не могла убежать от этого. Он был всем, чего она хотела, и был так же недостижим, как солнце в небе.

Клеон зашла в редакцию повидать старых друзей. Но даже они выглядели как-то по-другому. Здесь был Майк и двое репортеров. Мистер Райли сердечно пожал ей руку и подробно расспросил о работе. Он пожелал ей удачи, пророча большое будущее.

Майк оглядел ее и сказал:

— Это не настоящая Клеон, не та, которую мы знали. Ты изменилась. Настоящая Клеон обычно приходила после интервью с застрявшими в волосах от лежания под деревом и разглядывания неба листьями. — Он посмотрел на ее ноги. — Держу пари, сейчас они выглядят чище. Никто не пачкает их, гуляя босиком!

Клеон чувствовала, что готова расплакаться, и в этот момент была готова отдать все за счастье и покой, которые знала прежде.

Вторую половину дня Клеон провела с Айвором. Он сказал, что скучал по ней, однако его поцелуй был, как обычно, сдержанным. Когда она попыталась ответить на него, то вспомнила о том, другом, который так сильно взбудоражил ее.

На следующий день они встретились еще раз и обсудили вопрос о своих сбережениях. В основном говорила Клеон, рассказывая о своей работе. Под конец она стала так тяготиться этим свиданием, что почти с облегчением рассталась с Айвором у своей двери.

Первым делом в понедельник Клеон позвонила по внутреннему телефону Эллису. Она должна была передать ему привет от его бабушки.

Ответила его секретарша.

— Здравствуйте, Кэрол, — сказала Клеон, — можно попросить мистера Ферса?

— К сожалению, мисс Эстон, его нет. Он за границей.