Мэхелия Айзекс - Вторая весна

— А-а, понимаю! — саркастически заметила Ребекка. — Ты не хотел, чтобы Нелли увидела вас вдвоем. Потому что у нее могло сложиться такое же впечатление, как и у меня.

— Ошибаешься, — сердито заверил Дэниел.

— Зачем же еще тебе нужно было предупреждать свою… приятельницу?

— Это мое дело. — Он поудобнее сел на кровати. — Почему тебя это так волнует? К тому, что произошло между нами, эта женщина не имеет никакого отношения.

— Ты прав, — сухо согласилась Ребекка. — Твоя жизнь принадлежит тебе. Только я должна сказать, что твое лицемерие не знает границ.

— Мое лицемерие?! — уставился на нее Дэниел. — Впрочем, ты лучше меня можешь судить о хорошо знакомых тебе вещах, — мстительно добавил он. — Скажи-ка, Джимми Валентайн оправдывает свою репутацию? Он действительно такой неутомимый жеребец, каким пытается себя выставить?

Ребекка отвернулась от Дэна, но их взгляды все равно встретились в зеркале.

— Неужели тебя это волнует? — с деланным спокойствием поинтересовалась она. — Я не поверю, что после стольких лет ты все еще ревнуешь.

Не успела она и договорить, как Дэниел сорвался с кровати, в два шага пересек спальню и встал за спинкой стула. Он стиснул плечи Ребекки обеими руками, и она застыла, ошеломленная внезапностью его действий.

— А если и ревную, что с того!

Ребекка на секунду растерялась, понимая, что попала в ловушку.

— У тебя ничего не выйдет, — сказала она наконец, снова поймав в зеркале взгляд Дэниела. — Я знаю, что тебе всего лишь хочется посмеяться надо мной. Но я не поддамся на твои уловки!

— Правда? И какие же уловки я использую? — Дэн чуть поднял руки, и кончики его пальцев заскользили по нежной женской шее. — Такие? — шепнул он, наклоняясь и щекоча языком мочку ее уха. — Или такие? — Он взял пухленькую мочку зубами и довольно чувствительно прикусил.

— Прекрати! — Ребекка попыталась подняться, но крепкие руки удержали ее на месте.

— Подожди. Я еще не закончил.

Его пальцы скользнули вверх по шее и стали поглаживать чувствительное место за ушами. Конечно, можно было воспротивиться всему этому, но ей стало любопытно — как далеко он намерен зайти. В конце концов, я не принимаю в этом участия, успокаивала она себя, а лишь терплю. Если ему и захотелось поиграть, то она всегда сможет использовать это себе во благо.

Если сможет…

— От тебя так приятно и заманчиво пахнет, — заметил Дэниел. — Я и забыл! Вероятно, я уже много чего забыл. А духи помню — твои любимые.

Ребекка почувствовала, как заколотилось ее сердце. О боже!

— Не нужно, — попросила она, умоляюще глядя в зеркало на Дэниела.

Но тот, конечно, не выполнил ее просьбу.

— У тебя участился пульс, — прошептал он, отворачивая ворот ее рубашки и обнажая часть плеча. — Интересно почему? Только не лги, как раньше.

Она вспыхнула.

— Я никогда не лгала тебе!

— Это тоже неправда, но сейчас мы не будем касаться этой темы, — невозмутимо произнес Дэниел, расстегивая две верхние пуговицы ее рубашки. — Вот так лучше, правда? Ты такая горячая — у тебя, случайно, не поднялась температура?

Ребекка снова попыталась встать, но и на этот раз была удержана.

— Расслабься, — ворковал бархатным голосом Дэн. — Нам некуда спешить. — Он придвинул ногой второй стул и сел напротив Ребекки, зажав ее колени своими. — Ну скажи, почему бы нам не заняться любовью? Обещаю, что на этот раз я не обману тебя.

— Дэн…

— Да… — Он продолжал расстегивать пуговицы ее рубашки. — Повторяй мое имя… Я не возражаю…

Ребекка прерывисто втянула воздух.

— Зачем ты это делаешь?! — воскликнула она, в ту же секунду осознав, что в ее голосе звучит предательская чувственность. Лучше бы уж молчала… И не позволяла входить в свою спальню…

— Разве тебе не нравится? — Дэн скользнул сладострастным взглядом по кружевам бюстгальтера. — Мне, например, очень нравится…

С губ Ребекки сорвался новый вздох.

— А что, если Нелли начнет нас искать и зайдет сюда?

— Не зайдет, — уверенно ответил Дэниел. — Я сказал ей, что хочу поговорить с тобой наедине.

— Она редко делает то, о чем ее просят.

— Ей необходимо кое-чего добиться от меня, — пояснил он. — Нелли все еще надеется, что ей удастся заставить меня передумать.

— Насчет участия в фильме Сандерса?

— Конечно. Смотри, насколько твоя кожа светлее моей…

— Дэн!

— Да, это я, — согласился он, поглаживая подушечкой большого пальца выступающий из-под кружев бюстгальтера сосок. — О-о, тебя никогда нельзя было назвать фригидной женщиной! И это замечательно.

Ребекка стиснула зубы, стараясь сохранить спокойствие. К ее удивлению, Дэниел вел себя так, словно никогда раньше не видел ее обнаженной. Ему и прежде приходилось раздевать ее, так почему же он делает это будто впервые?

— Бекки, я уверен, что тебе нравятся мои ласки. — Он продолжал играть возбудившимися и натянувшими кружева сосками. — Посмотри сама. Какая же ты чувственная!

Ребекка демонстративно отвернулась и уставилась в зеркало. Она увидела свои потемневшие глаза и чуть приоткрывшиеся губы. Собственное отражение очень сильно подействовало на нее и подстегнуло жаркие волны желания.

Дэниел пальцем повернул лицо Ребекки к себе.

— Посмотри лучше в окно. Все еще идет снег, — тихо произнес он. — Но так даже уютнее, правда? — Тем временем его рука уже расстегивала пуговицу на джинсах Ребекки. Затем настала очередь молнии… — Ах, Бекки, я чувствую, что должен овладеть тобой. — Он втянул воздух через стиснутые зубы.

Ребекку словно пронзило электрическим током.

— Нет… — Ей хотелось произнести это решительно, но прозвучало неуверенно. — Не прикасайся ко мне…

В следующее мгновение она вскочила на ноги и то ли со всхлипом, то ли со стоном рванулась в сторону, пытаясь высвободиться из ласкающих ее рук. Но все это завершилось лишь тем, что она оказалась на ковре, запутавшись в съехавших ниже колен джинсах.

Дэниел тотчас распростерся рядом. Взяв лицо Ребекки в ладони, он обеспокоенно всматривался в ее глаза.

— Ты не ушиблась? — быстро спросил он. — Прости, ради бога. Я не хотел навредить тебе.

— Ах, какой скромник! Ничего не хотел? — с иронией спросила Ребекка, стараясь казаться спокойной, но на самом деле готовая расплакаться от обиды.

— Нет, — хрипло прошептал Дэниел, касаясь губами ее губ. — Бекки, ну не глупи. Ты же знаешь, чего я хочу!

Она собралась было оттолкнуть его, но не успела. Дэниел прильнул к ее губам, и сопротивление было сломлено. У Ребекки больше не осталось ни сил, ни желания противиться, и она отозвалась на поцелуй, за которым последовали новые — еще более горячие и страстные. Она закрыла глаза. А рука Дэниела тем временем стискивала ее грудь. Потом ладонь переместилась на живот и двинулась ниже.