Марта Шилдз - Поверить в счастье

— Не думай о деньгах, милая Эна. На наш век хватит. И мне нравится тратить их на тебя. — Он усмехнулся. — Разве ты не поцелуешь меня в знак благодарности?

Ровена печально на него взглянула и попыталась встать.

Джейк ее не отпустил.

— Эй, в чем дело?

— Ты уже пытался соблазнить меня драгоценностями, и у тебя не вышло. Я говорила, что мне не нужны твои деньги. Я не хочу быть похожей на принцессу…

— Тебе не нравится янтарь?

— Ты так ничего и не понял! Ожерелье и серьги очень красивые. Но мне не нравится, для чего ты их даришь.

— Для чего же?

— Ты пытаешься купить мою любовь.

Джейк застыл, пораженный се проницательностью. Вот уже во второй раз Ровена заглядывала ему прямо в душу и находила там такие черты его характера, о которых он даже не подозревал.

Да, он пытается купить ее любовь. Не зная, как иначе достичь своей цели, он вернулся к тому, чего требовала от него Аннетта.

— Я хотел сделать тебе приятное. — Ради себя самого. Впрочем, его оправдание было поверхностным и шатким. — Я увидел их и решил, что они подходят к цвету твоих глаз.

Казалось, его ответ разочаровал Ровену еще сильнее, чем подарок.

Вот дурак. Знал ведь, что Ровена совершенно не похожа на его бывшую жену. С чего он взял, будто это поможет? Но… что тогда поможет?

— Чего же ты хочешь, Эна?

Ее прекрасные глаза затуманились.

— На самом деле ты пытаешься узнать, как добиться моей любви.

Джейк не уставал удивляться ее проницательности.

Он участвовал в огромном количестве деловых переговоров и никогда даже взглядом не выдавал своих намерений. Именно способность скрывать свои мысли помогла ему добиться успеха. Но эта маленькая женщина сумела заглянуть под внешнюю оболочку и увидеть скрывавшегося внутри человека — скрывавшегося так глубоко, что даже сам Джейк почти его не знал.

— Да. Так что ты ответишь?

Ровена, нахмурившись, долго смотрела на бархатный футляр. А затем робко сказала:

— Будь откровенным со мной, расскажи о своих надеждах и страхах, о планах на будущее. О том, каким станет Сэмми, когда вырастет. — Она повернулась к нему лицом. — Мне нужен только ты, Джейк. Только ты.

А потом она поцеловала его. И ее поцелуй был похожим на нее — нежным и страстным одновременно.

Джейк ответил ей со всем своим пылом, хотя она и напугала его до полусмерти.

Он нашел то, что искал, — женщину, которой не нужны ни титулы, ни деньги. Женщину, которая видит мужчину насквозь и (Джейк надеялся на это) любит его таким, какой он есть. Но она хочет чего-то взамен. Того, что он вряд ли способен ей дать, — самого себя.

Когда они прервались, чтобы отдышаться, Джейк убрал с ее щеки прядь темно-рыжих волос.

— Хочешь, я завтра отвезу вас с Сэмми на прогулку? Знаешь какое-нибудь подходящее местечко для пикника?

— А как же твоя нога?

— Если мне не придется тащиться пешком километров двадцать, то с ногой ничего страшного не случится.

— Тогда поедем, — со вздохом согласилась Ровена. — В северной части острова есть старая крепость. Можно исследовать руины и перекусить на вересковой пустоши.

Джейк поцеловал ее снова.

— Это свидание, миссис Стэнбери.

— И попробуй только передумать, мистер Стэнбери. — Она улыбнулась. — А еще лучше, я все расскажу Сэмми, как только он проснется. Тогда уж ты точно не передумаешь.

— Не бойся, я не собираюсь отступать.

Джейк взял еще одно одеяло и потянул Ровену за руку.

— Давай посидим на краю обрыва.

— Но Сэмми спит.

— Мы будем от него в тридцати метрах. Мы же ему спать мешаем своими разговорами.

— Ладно. — Она нагнулась и тщательнее укутала мальчика пледом.

А когда выпрямилась, Джейк протянул ей свою ладонь. Ровена улыбнулась, и они рука об руку направились к обрыву.

Швы на ноге Джейка болели при ходьбе, но он не обращал на боль внимания. Идти по мягкой траве было легче. В ней, невероятно густой и зеленой, то и дело встречались стебли вереска чуть ли не по колено высотой и уже готовые к цветению.

Справа на склоне на краю утеса поднимались руины Метликской крепости. Часть камней, из которых она была сложена, под действием разрушительных сил ветра и волн осыпалась в морс.

— Я плохо знаю Эдембург, но вижу, что это очень красивая страна. Тут чувствуешь себя словно в сказке.

— Ничего хорошего в этом нет.

— Почему?

— Потому что продолжаешь верить в сказки, даже став взрослым.

Джейк на секунду отвлекся, чтобы расстелить одеяло в нескольких метрах от обрыва. Вереск начинал расти от самой кромки.

Он опустился на одеяло, устроившись так, чтобы видеть море, крепость и раскидистый дуб, под которым спал Сэмми. Ровена села перед ним, прижавшись спиной к его груди. Он обхватил ее руками.

Ее волосы пахли океанской свежестью и солнечным светом, и Джейк с жадностью вдыхал их аромат.

Море было неспокойным, хотя ветер, согретый лучами апрельского солнца, вовсе не казался холодным. Вдали виднелось грузовое судно, идущее из Гамбурга. Дальше только клубились облака.

— А чем плохо верить в сказки? — спросил Джейк.

Ровена вздохнула.

— Я выросла на сказках. Мама обожала их рассказывать, а я любила слушать. Я мечтала стать принцессой, когда вырасту. Мой принц приедет за мной на роскошном черном жеребце и отвезет в Метликскую крепость, чтобы жить в ней долго и счастливо. В отремонтированную, конечно.

— Мне казалось, в сказках у принцев белые лошади.

— Обычно да, но я предпочитаю черных.

— Значит, ты мечтала не о принце, а о черном рыцаре. Похоже, тебе нравятся «плохие мальчики». Не удивительно, что ты вышла за меня замуж. Я же адвокат.

Девушка хмыкнула.

— А черный жеребец у тебя есть?

— Дома у меня черный «БМВ». Сойдет?

— Думаю, должно подойти.

Джейк чмокнул ее в макушку.

— Так когда же начала рушиться твоя вера в сказки? Когда ты стала встречаться с парнями?

— Нет. Когда встретила принца Генриха Лёвенданского.

Ровена рассказала о своей первой любви и о том, как Генрих разбил ей сердце, потребовав, чтобы она в доказательство ее преданности переспала с ним. А затем оболгал ее в отместку за отказ.

Рассказывая, девушка чувствовала себя все уютнее в объятиях Джейка, а он, напротив, распалялся все сильнее с каждым се словом. К концу рассказа он готов был придушить этого мерзавца собственными руками. Теперь ясно, почему Ровена такого плохого мнения о принцах.

— Вот, значит, откуда взялась твоя репутация, — заметил он.

— Да. В такой маленькой стране ничего не забывается.