Карен Смит - Сияние ангела

— У тебя потрясающие родители. И Джолин очень дружелюбна. С Ларри мне не довелось долго пообщаться.

Хантер на миг прикрыл глаза, потом посмотрел на Слэйда.

— Я всегда чувствовал себя приемышем. И всегда мучился одиночеством. Это трудно объяснить.

— Я знаю, что такое одиночество, оно никогда не покидает меня. Но теперь, когда я увидел тебя, — теперь все по-другому.

Хантер кивнул.

— Мама с отцом рассказали тебе, что случилось много лет назад? Почему нас разлучили?

Слэйд покачал головой.

У Хантера был задумчивый вид.

— Настанет черед и для этого. Они сами должны тебе все рассказать. Сколько ты сможешь пробыть здесь?

— На этот раз недолго. Но потом я вернусь.

Сначала ему надо удостовериться, что Эмили сможет управиться без него.

Счета за пребывание в больнице пришли на другой же день после отъезда Слэйда, и Эмили поняла, что попала в трудное положение. Счета оказались последней каплей. Она достала визитную карточку агента по недвижимости и позвонила ему. Он охотно побеседовал с ней, и она в тот же день съездила в город, чтобы с ним встретиться.

Глупо было бы надеяться, что она сможет управляться с ранчо, имея на руках двоих детей. Они переберутся в Биллингс, и она устроится на работу клерком или машинисткой. Может, пройдет обучение на компьютерных курсах. Она сделает все, чтобы обеспечить детей.

Когда раздался телефонный звонок, у нее подпрыгнуло сердце. Со дня отъезда Слэйда она вздрагивала при каждом звонке, уговаривая себя, что это не может быть он. Ведь он не собирался возвращаться.

— Эмили? — спросил низкий баритон, который она тотчас узнала.

— Привет, Слэйд.

Она старалась говорить ровным тоном. Это ведь всего лишь незнакомец, которого она наняла выполнить кое-какую работу по хозяйству.

— Как дела? — спросил он обеспокоенным тоном.

Ни к чему ей его заботливость.

— Прекрасно.

— Марку понравились соревнования?

— Он не пошел.

Эмили долго уговаривала сына, обещая позвать Рода О'Нейла, но Марк оставался непреклонен: раз нельзя пойти со Слэйдом, то он вообще не пойдет.

— Он все еще злится на меня?

— Я пыталась объяснить ему, но Марк жутко расстроен. Как дела у Хантера?

— С ним все будет в порядке.

В голосе Слэйда чувствовалось облегчение и что-то еще, похожее на ликование. Видно, он нашел родственную душу.

— Замечательно.

— Эмили!

— Что?

— Перестань разговаривать со мной так, будто я — это не я, а ты — это не ты. Я скоро вернусь.

— Ты возвращаешься?

— Я же говорил, что вернусь.

Раз он возвращается, ему надо кое-что сообщить.

— Я выставила ранчо на продажу, а сама перебираюсь в Биллингс.

— Что?! Когда это произошло?..

— Больница прислала счета, и я просмотрела налоговые квитанции за прошлый год. Я не могу остаться здесь, Слэйд, просто не могу. Мне надо устроить жизнь Марка и Аманды, а не цепляться за прошлое.

Они долго молчали.

— Завтра я приеду, и мы все обсудим, — проговорил, наконец, Слэйд.

— Нечего обсуждать.

— Еще как есть. Не предпринимай ничего, о чем будешь потом сожалеть. Пока я не приеду. Понятно?

Она уже совершила нечто, о чем сожалеет, — она безумно влюбилась в Слэйда.

Когда на горизонте замаячил дом, Слэйд сильней нажал на газ. Он скучал по Эмили и ранчо больше, чем мог предположить.

Разговор с Хантером и его родителями о том, что произошло более тридцати лет назад, казалось, отошел в прошлое. Хантер жутко переживал, что Морганы оставили Слэйда в приюте. Но, как сказал брату Слэйд, рискованно переходить по сожженным мостам. Они нашли друг друга, и остальное теперь неважно.

Поставив машину, Слэйд подхватил вещевой мешок и поспешил в дом. Он распахнул дверь в кухню и почувствовал такой прилив любви от представшей его взору картины, что остановился как вкопанный. Марк сидел за столом, выполняя домашнее задание, а на кухне, как всегда, витали потрясающие запахи. Эмили помешивала что-то на плите, и Слэйду больше всего на свете захотелось подойти к ней, обнять и целовать, целовать, целовать. Но он только стоял и любовался ее улыбкой.

Эмили обрадовалась, увидев его.

— Как прошел полет?

Он бросил мешок на пол и снял куртку.

— Просто замечательно. Привет, Марк, как дела?

Марк отложил карандаш и пробормотал:

— Я пойду в свою комнату.

Эмили нахмурилась.

— Слэйд поздоровался с тобой, Марк, веди себя вежливо.

Мальчик взглянул на мать. Потом на Слэйда.

— Привет, Слэйд, — произнес он. — Теперь мне можно идти?

— Может, сначала поговорим? — спокойно предложил Слэйд. — Мне сказали, ты не пошел на соревнования. — Он взял стул и сел напротив Марка. — Мне очень жаль, что я не смог пойти с тобой, но ты напрасно не позволил маме позвать Рода.

— Род не… — Мальчик на миг запнулся. — Род не похож на папу. Со всеми пришли папы.

Слэйд прокашлялся.

— Ты позволишь мне загладить вину? — серьезно спросил он.

— Как? — спросил Марк с любопытством.

— Дай подумать до завтра, идет?

Мальчик на миг задумался, а потом согласно кивнул.

Из гостиной послышалось попискивание проснувшейся Аманды. Марк вскочил со стула и побежал к сестренке.

— Скажу ей, что ты скоро придешь.

Эмили выключила духовку и собиралась пройти мимо Слэйда, но он поймал ее за руку.

— Позволь дать тебе денег, чтобы сохранить ранчо.

— Ты не представляешь, во что это обойдется.

— А ты не представляешь, сколько я скопил. Я работаю с восемнадцати лет и почти ничего не тратил.

Она долго молчала.

— А почему ты предлагаешь эти деньги мне? — наконец спросила она.

— Потому что мне они не нужны, а тебе нужны.

Он готов был поклясться, что ответ разочаровал ее, но не мог понять, почему.

— Я не могу принять от тебя деньги, Слэйд. Я должна сама обеспечить жизнь Марка и Аманды.

— Не хочешь принимать в дар, бери в долг.

Она яростно замотала головой.

— Я потому и иду на это, что хочу выбраться из долгов. Только не подумай, что я не чувствую к тебе благодарности, поверь, это не так.

Слэйд все не выпускал руку Эмили.

— Тебе и вправду хочется продать «Две отметины»?

— Нет, мне вовсе не хочется продавать, но выхода нет. Я уже говорила с агентом по недвижимости. Завтра еду в город подписывать бумаги, в понедельник ранчо выставят на продажу.

— Почему ты не хочешь принять от меня помощь?

Ему хотелось обнять ее, осыпать поцелуями, утолить накопившуюся тоску по ней.

— Я и так злоупотребила твоей помощью, Слэйд. Нам обоим пора заняться своими делами.