Марджори Льюти - Ты полюбишь вновь

— Хорошо, Робин, — согласилась Мэнди.

Было ясно, что говорить больше не о чем.

Она осторожно положила трубку и молча стояла у столика. Вся тревога этой долгой недели словно превратилась в огромную зловещую тучу, которая целиком поглотила ее.

Глава 5

Мэнди сидела у окна в кафе «Медный чайник». Она ждала уже около получаса. Болтер лежала под столом, положив голову на лапы, и время от времени зорко посматривала на хозяйку, как будто боясь, что ее обожаемая спутница снова куда-нибудь исчезнет. Мэнди был виден гараж рядом с перекрестком. Робин должен был прийти с той стороны — если он вообще придет.

Она увидела его, когда он вышел из-за угла и широкими шагами направился к кафе, и, несмотря на все намерения быть спокойной, сердце Мэнди часто заколотилось у нее в груди. Робин был в светлых брюках и бледно-голубом свитере. Солнце золотило его светло-русые волосы.

Он весело помахал рукой, увидев Мэнди. Но когда он уселся за столик, ей показалось, что лицо у него измученное и напряженное.

— Привет, Мэнди. Извини, что опоздал. Здесь уютно, ты не находишь? И никого больше нет.

Когда официантка принесла им кофе и пирожные, Робин откинулся на стуле и по-мальчишески улыбнулся:

— Ну хорошо, признаюсь, я был не прав, в очередной раз. И молю о прощении на коленях. Дорогая, прости меня и не пытайся смотреть на меня так сурово. Тебе это не идет. Ну правда, правда, я хотел написать, честное слово.

Но Мэнди скрепя сердце не ответила на его очаровательную улыбку.

— Дело не только в этом, Робин. Почему ты уехал с фермы Эйлин, даже не предупредив меня? Я выглядела перед ней дурой… Я даже не знала, где ты, пока не вернулась из города.

Он застонал и взъерошил пальцами волосы:

— Какой я негодяй! Но как только ты уехала, киска, знаешь, атмосфера стала такой напряженной. Твоя рыжая подружка очень гостеприимная, и все такое, но я представить себе не мог, что она считает меня подонком и недостойным тебя. А тут как раз Рандты пригласили меня пожить у них и повозить Вирджинию по окрестностям, и я просто не мог не ухватиться за их предложение. И должен тебе сказать, Эйлин не очень-то расстроилась, когда узнала, что я уезжаю.

Мэнди почувствовала, что слегка краснеет.

— Ты придумываешь.

Но про себя она подумала, что в его словах есть доля истины. Вполне естественно — когда Робин почувствовал, что Эйлин его недолюбливает, он просто воспользовался возможностью уехать с фермы. И Мэнди снова засомневалась — а может, она несправедлива к нему?

Робин покачал головой, улыбнулся и слегка прищурился от яркого солнца, проникавшего сквозь большие окна кафе. Вся ее прежняя нежность к нему переполнила сердце Мэнди; ей отчаянно захотелось протянуть руку, дотронуться до рукава его свитера. Но нельзя… нет, сейчас нельзя.

— Но, Робин… ты же вернешься на ферму, раз я приехала?

Он виновато пожал плечами:

— Честно говоря, я бы с удовольствием. Ужас как надоело таскаться за Вирджинией по всем этим холмам и старинным ратушам. Но боюсь, в данный момент у меня нет выбора. Папаша Рандт более-менее пообещал мне роль побольше в его следующем фильме, если у меня хорошо получится моя первая роль. А после этого я уже смогу ставить свои условия. Но пока это дело не выгорит, я просто не могу себе позволить ссориться с Рандтами. Знаешь, так забавно: принято считать, что американцы гораздо непосредственнее и раскованнее в общении и знакомствах по сравнению с нами, а вот и нет. Боюсь, мои акции сильно упадут, если я сейчас возьму и уеду от них. Они, судя по всему, приняли меня в семью в качестве «гида» Вирджинии, как она это называет.

— Но… — Мэнди озадаченно нахмурилась. — Странно, что они себя так ведут. Они ведь, я надеюсь, знают… ну, про нас?

Он бросил на нее удивленный и оскорбленный взгляд:

— Мэнди, да за кого ты меня принимаешь? Ну конечно они в курсе. Поэтому они меня и пригласили к себе, когда узнали, что ты уехала в Лондон и я остался не у дел. Я им скажу, что ты вернулась, но сейчас не сможешь уделять мне много времени, потому что будешь занята с мальчиком-калекой, которого привезла из города. Ты ведь его привезла, да? Ты мне писала, что постараешься это устроить.

— Да, — ответила она. — Я привезла Пипа.

Она помолчала. В ней все восставало против отвратительных хитростей и уловок Робина. Словно прочитав ее мысли, он протянул через стол руку и сжал ее ладонь:

— Ну, девочка моя, не будь такой маленькой пуританкой. В наше время приходится шевелить мозгами, чтобы пробиться. Ты должна меня поддержать. Это ведь все ради нашего с тобой будущего. Ты же хочешь, чтобы у меня все получилось, правда?

Когда он так смотрел на нее, Мэнди казалось, что она его подводит.

— Да, конечно, я хочу, чтобы у тебя все получилось, дорогой. Но… все это так туманно. Дело в том, что у меня в запасе осталось не так много денег, а работу я бросила. Если бы ты более определенно посвятил меня в свои планы…

Робин перебил ее:

— Мэнди, Мэнди! Как ты любишь все планировать! В мире кино нельзя строить никаких планов. Просто ищешь, где можешь, и ждешь, когда тебе улыбнется удача. И потом, радость моя, — нежно напомнил он, — я ведь не просил тебя бросать работу у Марсденов, согласись? Допила кофе? Тогда пойдем пройдемся.

Они свернули с главной дороги и пошли по узкой тропинке. Высокие старые березы образовывали над ними шатер, где соседствовали свет и тень. Болтер тащилась за ними, тяжело дыша от жары. Внезапно Робин остановился и развернул Мэнди к себе:

— Ну что, ты все еще сердишься, дорогая? В такое чудесное утро?

Он обнял ее и притянул к себе, но впервые в жизни ей не хотелось отвечать на его поцелуи. Наконец Робин отпустил ее:

— Ну вот, ты все еще дуешься. Дорогуша, если ты меня любишь, ты должна мне доверять, а я уж постараюсь обеспечить наше с тобой будущее.

Его обычное дурашливое выражение вдруг исчезло. Он серьезно посмотрел Мэнди в глаза, так проникновенно, что все последние сомнения развеялись.

Она вздохнула:

— Я очень люблю тебя, Робин. И разумеется, я тебе верю.

— Вот и умница. Милая моя!

На этот раз Мэнди была уступчивее. Все будет хорошо, пусть не сразу. Ей надо набраться терпения. И не ожидать от Робина немедленных чудес.

Они сели рядом на поваленное дерево.

— Извини, Робин, — заговорила она. — Я не хотела тебя пилить. Нет, правда. Я знаю, у тебя сейчас такое неопределенное положение… Наверное, лучшее, что можно придумать, — мне найти новую работу, хотя бы на время, как ты думаешь?

— Не знаю, может быть, — неохотно отозвался Робин, крепко обнимая ее за талию. — Хотя мне так неловко тебя просить об этом. Впрочем, это ведь ненадолго. Как-нибудь на днях куплю тебе все, что ты захочешь. Что скажешь о норковом манто, крошка?