Энджи Фримен - Длиною в жизнь

— Итак, ты убежала лишь потому, что тебя возмутил мой смех?

— Да, — тихо ответила она. — Наверное, тебя очень развеселила одна из дурацких историй Ребеки.

— Разумеется. Когда-то тебя эти истории тоже веселили.

— Но теперь я больше не могу слушать ничего подобного, — огрызнулась Трейси, избегая его взгляда.

— Я уже давно не видел тебя смеющейся, — мягко подтвердил Кевин, за что тут же удостоился ненавидящего взгляда.

— Я просто не в состоянии смеяться! Ты можешь этого не понимать, но так оно и есть на самом деле.

Какое-то время Кевин молчал, а потом тихо спросил:

— Трейси, если я могу смеяться, должен ли я чувствовать себя виноватым?

— Ты?! — Она взглянула ему прямо в глаза и вдруг увидела в них искреннюю печаль. Или ей только показалось?

— Да, я. Ты ведешь себя очень неразумно…

— Неразумно? — Она холодно усмехнулась. — Так вот, оказывается, что тебя заботит! Ну, тогда скажи мне: а что разумного в том, что с нами случилось? Какой смысл ты видишь во всем произошедшем? Отвечай, и, может, после этого я тоже смогу вести себя разумно!

Кевин тяжело вздохнул.

— Трейси, бесполезно задаваться вопросами, на которых нет и не может быть ответов. Мы не можем и не должны целиком предаваться прошлому, иначе оно просто сожрет нашу жизнь без остатка. Нам следует продолжать жить, пойми это!

Неожиданная горячность, с которой он произнес эту фразу, потрясла Трейси, и кровь бросилась ей в лицо.

— Да, с этой точки зрения ты поступаешь правильно, — в ярости закричала она, — и я даже не могу представить, что ты хоть изредка вспоминаешь о нашей дочери! — Трейси стремительно вскочила, и раненую ногу обожгла боль. — Так давай ходить на вечеринки и веселиться от души! Ради того, чтобы, как ты выражаешься, прошлое не сожрало нас без остатка, все средства хороши!

Она ушла в свою комнату, бросилась ничком на кровать и лежала с закрытыми глазами до тех пор, пока усталость не взяла свое. А утром упаковала чемоданы, оставила Кевину записку и навсегда покинула Боуэн.

И вот теперь, нежно глядя на спавшего рядом Кевина, Трейси отчетливо поняла, что принятое два года назад решение оставить его оказалось самой большой ошибкой в ее жизни.

12

Утром Трейси снова достала из ящика альбом с фотографиями, и вновь у нее затряслись руки и учащенно забилось сердце.

Через какое-то время, так и не решившись раскрыть альбом, она спрятала его, решив: мне нужно время, чтобы сделать это, надо подождать еще немного…

Однако времени уже не оставалось. Взглянув на календарь, Трейси с ужасом поняла, что через три дня начнутся занятия в школе. Боже, всего три дня!

Как она могла позволить событиям зайти столь далеко и даже не задумалась о последствиях? За сотни миль отсюда, в Кэрнсе, у нее имелась вполне налаженная жизнь. Да, Трейси почти забыла о ней, вытеснив на задворки своего сознания, однако от этого жизнь не стала менее реальной.

Она работала учительницей, у нее была небольшая, но очень уютная квартирка и несколько подруг, с которыми она ходила по магазинам, в кино или в кафе.

На первый взгляд Трейси совсем неплохо устроилась, но на самом деле ее жизнь была пустой и холодной. Трейси даже не рассказывала подругам о том, что была замужем и развелась после смерти ребенка. В последние два года она постоянно избегала размышлений о собственной жизни — гораздо проще жить только настоящим днем, ходить на работу и заполнять свободное время всевозможными делами.

Именно сейчас настало время задуматься о своем дальнейшем существовании и вспомнить все прежние обязательства. Надо заплатить за квартиру и позвонить подругам, которые, не зная, где она находится, могли начать беспокоиться.

А она жила здесь, в Джилонге, на правах жены Кевина и притворялась, что у нее нет никакой другой жизни. Но так дольше не могло продолжаться — что-то должно случиться. Кроме того, необходимо принять какое-то решение.

Три дня. Через три дня распахнутся школьные двери и в классы хлынет толпа детей. Она должна находиться там, чтобы приступить к выполнению своих обязанностей. Этого от нее ждали, эти обязанности наложила на нее та, другая жизнь, о которой ничего не знал Кевин.

Трейси глубоко вздохнула. Ей необходимо решить, чего же она все-таки хочет. Впрочем, что решать, когда теперь она уже знает наверняка. Она хочет вернуться к мужу.

Трейси встала и беспокойно прошлась по кухне, пытаясь собраться с мыслями. Наконец ей это удалось, и она даже смогла облечь их в четкую фразу: «Мне следует уволиться с работы и отказаться от квартиры».

Ее сердце забилось с удвоенной частотой. Отказываться от всего: от работы, от стабильной зарплаты, от друзей, от независимости — чистейшее безумие!

И тут Трейси вспомнила слова Кевина: «Обещай, что никогда меня не бросишь».

Теперь она знала, что должна делать.

Спустя два часа, позвонив в Кэрнс, Трейси уволилась с работы, расторгла договор об аренде квартиры и договорилась, чтобы ее мебель и личные вещи перевезли на склад для временного хранения.

Поддавшись угрызениям совести, Трейси позвонила Элис — соседке и ближайшей приятельнице. Та немедленно разразилась упреками, едва услышав ее голос.

— Трейси, ну где же ты пропадаешь?! Я уже хотела заявить в полицию о твоем исчезновении! Где ты сейчас находишься?

Она объяснила, где находится, и рассказала о том, что сделала за это утро.

— Ты с ума сошла?! О чем ты только думаешь! И почему не посоветовалась со мной? Ты могла бы сдать свою квартиру в субаренду. И почему ты уволилась с работы? Неужели тебе не дали бы отпуск за твой счет?

— Элис, я больше не вернусь в Кэрнс.

Я остаюсь здесь, радостно подумала Трейси, с Кевином. Ее охватил приступ эйфории, и все вокруг показалось прекрасным и совершенным.

Трейси опасалась, что эйфория сменится глубоким унынием, однако ничего подобного не произошло.

Она пообедала, купила цветы, чтобы украсить комнаты, и переоделась в короткое платье, в котором выглядела очень соблазнительно. Именно это ей и сказал Кевин, когда вернулся домой.

— Ты выглядишь просто потрясающе! Мы куда-то идем?

— Нет, — Трейси обняла его за шею, — мне просто захотелось устроить нечто вроде праздника.

— И что же мы будем праздновать?

— То, что мы вместе, — прошептала она, быстро целуя его в губы.

13

— Я выдохлась, — призналась Трейси, усаживаясь на большой валун.

В это воскресенье они с Кевином отправились в лес, чтобы скрыться подальше от людей, машин и телефонов. Им удалось найти идиллическое местечко — возле ручейка, который весело журчал по гальке, пробиваясь откуда-то из глубины скал. Трейси замерла от восторга, глядя, как кристально чистая вода блестит в лучах яркого солнца.