Мелани Милберн - Тебе понравится

— Пока ты соблюдаешь все правила, как и я. А слежка продолжится до восстановления моего доверия к тебе.

— Этого не будет, потому что я не собираюсь и дальше участвовать в этом фарсе. Как только мальчики сдадут экзамены, я уйду и больше не вернусь.

— Ты никуда не уйдешь без моего разрешения.

— Посмотрим.

Патрицио опустил руки на плечи жены.

— Ты самая невыносимая женщина из всех, кого я знаю. Я приехал, чтобы наладить отношения, а ты сводишь все мои попытки на нет.

— Все напрасно, если нет любви, — возразила Кейра. — Разве ты не видишь?

— Ты призналась, что любишь меня. Возможно, со временем я снова полюблю тебя.

— Однако нет никаких гарантий, верно?

— Жизнь не дает гарантий, Кейра. Никто не способен предсказать будущее. Если бы месяц назад кто-нибудь мне сказал, что я буду стоять перед тобой сейчас, отчаянно желая заняться с тобой любовью, я бы рассмеялся этому человеку в лицо. Но вот я здесь. Борюсь с желанием сделать тебя своей прямо на полу.

— Ты серьезно?

Патрицио обнял жену и зарылся лицом в ее волосы.

— Я всю неделю только об этом и думал. Я так скучал по тебе, сокровище мое…

— Я тоже скучала. — Кейра сильнее прижалась к нему. — Я надеялась, что ты приедешь на выставку, но…

— Мне хотелось приехать, но возникли проблемы, которые требовали немедленного разрешения, — объяснил мужчина. — Однако я нанял человека, чтобы он купил все твои картины. Он мог бы сообщить тебе об этом.

— Так, значит, это все-таки ты…

— Ну разумеется, дорогая. Мне нужно декорировать очень много дорогих домов, разве не так?

— Очень мило с твоей стороны, особенно учитывая чувства ко мне…

— А ты знаешь что-нибудь о моих чувствах? — Патрицио взял жену за подбородок и заглянул в ее глаза.

— Не уверена, что хочу даже думать о них.

— А я хочу обнимать тебя. Вдыхать твой запах, пробовать тебя на вкус, ласкать тебя, целовать, быть с тобой одним целым. Я только и думал об этом всю командировку. Никто не дополняет меня лучше, чем ты.

Но ты не любишь меня, подумала Кейра и сдалась на милость его губ. А потом вспомнила слова Мариетты: любить его. Любить всем сердцем.

Это будет очень просто.

ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ

— Как прошел последний экзамен? — поинтересовалась Кейра у Джейми в конце следующей недели.

— Я рад, что все закончилось, — улыбнулся брат, играя соломинкой, вынутой из молочного коктейля.

— Как дела с Бруно?

— Он не цеплял меня последнее время. Узнав о ребенке, понял, что вы с Патрицио не разбежитесь.

— Хорошо, — вздохнула Кейра. — Но я до сих пор не могу понять, почему ты не сказал мне о вашем конфликте раньше.

— Ну… — Джейми виновато покраснел.

— Что происходит, Джейми?

— Я не должен говорить тебе.

— О чем?

— Мы с Бруно и впрямь поссорились, когда вы с Патрицио разошлись. Он наговорил гадостей про тебя, я про его дядю, но мы не враждовали так сильно, чтобы дело дошло до исключения.

— То есть вы все разыграли? — У Кейры отвисла челюсть.

— Ага.

— И кто это придумал? Ты или Бруно?

— Не мы. Я не должен говорить. Я обещал.

— Расскажи мне, Джейми, — взмолилась женщина. — Это Патрицио?

Джейми помотал головой.

— Мама?

Брат снова помотал головой.

— Папа?

— Нет. И перестань выведывать, все равно я не скажу.

Кейра барабанила пальцами по столу.

— Не могу представить, кто еще мог уговорить вас на такое. Мы с Патрицио были на грани развода…

— Кто-то, очевидно, очень не хотел, чтобы вы развелись. Кто-то подумал, что если вы сойдетесь при вынужденных обстоятельствах, то скоро поймете, что можете потерять.

— Но кто? И почему ты не можешь раскрыть мне его имя? Это очень важно, Джейми.

— Почему? Вы ведь вместе. Разве что-то еще имеет значение?

Кейра решила быть откровенной с братом. Экзамены позади. Кроме того, она до смерти устала притворяться счастливой.

— Джейми, — начала женщина, — послушай меня. Мы с Патрицио сошлись не по-настоящему. Ваша маленькая шалость не сработала.

— Но… ты же беременна!

— Да. Однако ребенок может оказаться не от Патрицио…

— Ты же не собираешься… — Джейми сглотнул. — Ну… избавиться от него.

— О, Джейми, я хочу этого ребенка больше всего на свете. Крошка ни в чем не виноват. Я бы очень хотела, чтобы Патрицио любил меня, но он не любит.

— Ты ошибаешься, Кейра. Он любит тебя, я уверен.

— Нет, Джейми. Он сам сказал мне. Патрицио никогда не простит мне измену.

— И что ты собираешься делать?

— Не знаю. Патрицио предложил не разводиться, но я не хочу жить с мужчиной, который не доверяет мне. Это разрушит мою жизнь.

— Как мамину?

— Ты все знаешь? — изумилась Кейра.

— Ага. Я случайно услышал, как они спорили об этом, когда приезжал на каникулы. Ты разводилась, и я не стал говорить тебе.

— Это многое объясняет. Папа всегда критиковал меня, пытаясь найти признаки того, что я не его дочь. Не желаю, чтобы моего ребенка ждала та же участь.

— Но его отцом может оказаться Патрицио, верно?

— Да. Мы сегодня идем на УЗИ, чтобы уточнить даты.

— А Гарту ты рассказала о беременности?

— Да.

— И что?

— Он утверждает, что ребенок не от него.

— Значит, тебе остается убедить в этом Патрицио.

— Но как? Единственный выход — переписать прошлое. А это невозможно.

Джейми не ответил. Кейра взглянула на брата и увидела, что мысленно он находится далеко от нее.

— Джейми? — Она тронула его руку.

— Прости, Кики. Что ты сказала?

— Не важно, — ответила женщина. — Пойдем. Мне пора домой. Патрицио пригласил свою сестру Джину и Бруно на обед. Я не хочу опоздать.

Кейра одевалась к обеду в своей комнате, когда почувствовала боль в животе. Она замерла, надеясь, что ей показалось. Живот успокоился, женщина закончила макияж и спустилась вниз.

— Ты в порядке, Кейра? — поинтересовался Патрицио, когда она присоединилась к нему.

— Да, конечно, — улыбнулась она. — Прости, что так долго. Потеряла счет времени, пока гуляла с Джейми.

— Как он?

— Очень рад, что экзамены позади.

— Бруно тоже.

Кейра нервно облизала губы.

— Патрицио… ты должен знать кое-что о вражде мальчишек…

— Да? И что же?

— Кто-то попросил их притвориться врагами, чтобы мы снова сошлись.

— Джейми сказал тебе, кто именно?

— Нет. Он обещал не разглашать имени.

— Кто это может быть, как считаешь?

— У меня нет идей. А у тебя?

Патрицио потер подбородок.