Робин Эллиотт - Фонтан желаний

Через некоторое время они уже были в квартире Стила. Он зажег в гостиной свет, поставил чемодан на пол и повернулся к Меган, закрывая за собой дверь. Потом, не давая Меган отойти, уперся ладонями в стену, по обе стороны от нее, словно взяв ее в плен.

— Ну здравствуй, любимая, — тихо сказал он и, улыбнувшись, коснулся ее губ.

Меган стояла неподвижно, опустив руки. Стил начал покрывать легкими поцелуями ее лицо и стройную шею. Их тела не соприкасались, и от предвкушения близости у Меган задрожали колени. Язык Стила затрепетал у ее губ и раздвинул их, проникая вглубь. Жар, исходивший от его мощного тела, окутывал Меган теплым облаком, усиливая ее возбуждение, и сна тихо застонала от наслаждения.

Руки Стила придвинулись ближе, и наконец его длинные пальцы вплелись в ее шелковистые волосы, потом начали гладить ее щеки, шею, плечи и замерли на груди. Меган медленно подняла тяжелые, словно налившиеся свинцом руки и обвила шею Стила, запустив пальцы в его черные, как смоль, волосы.

И только теперь он наконец крепко обнял ее, прерывисто вздохнул и снова припал к ее губам. В тишине комнаты слышалось только их неровное дыхание. Меган прижалась к Стилу, всем телом ощущая его возбуждение.

— О Стил… — выдохнула она, почти теряя сознание в его объятьях.

— Моя жажда неутолима, — хрипло прошептал он. — Я люблю тебя, Меган. Я так хочу тебя.

— Да, Стил, да… — отозвалась она. Стил потянул ее за собой в спальню.

Ими овладела неистовая, лихорадочная страсть. Огонь желания вспыхнул в них, грозя испепелить дотла. Одежда в беспорядке полетела на ковер, и, не говоря больше ни слова, они бросились друг к другу и слились воедино. Их тела двигались в слаженном, нарастающем ритме, словно исполняя древний и прекрасный танец любви, стремительно приближаясь к пику экстаза, окрашенного радужными красками наслаждения. Стук двух сердец, бьющихся в унисон, аккомпанементом сопровождал это восхождение к сияющим вершинам, а имена звучали как молитва.

— Стил!

— Да, Меган, да!

Не размыкая объятий, они медленно возвращались в реальность; разгоряченные тела холодил ночной воздух, вливавшийся в раскрытое окно, дыхание стало ровнее и спокойнее. Стил лег рядом с Меган и поцеловал ее в лоб. Через несколько мгновений оба спали. Рука Меган покоилась на груди Стила, сжимая серебряного ястреба.

Ранним утром следующего дня они покинули город, над которым нависла тяжелая пелена смога, и Стил взял курс на побережье. Они остановились позавтракать в придорожном кафе и отправились дальше. Временами они заговаривали о чем-нибудь, умолкали и снова говорили. Меган откинулась на спинку сиденья и закрыла глаза.

— Хочешь спать? — спросил Стил.

— Нет, просто мне очень хорошо. Я даже не думала, что могу быть так счастлива, Стил. Ты сделал мою жизнь такой прекрасной.

— Я рад, — сказал он.

А могу сделать очень несчастной, подумал он, нахмурившись. Нет, он не будет об этом думать. Не сейчас, чтобы не омрачать тягостными мыслями эти несколько часов счастья. Он жив, рядом с ним Меган — все остальное неважно.

Стил свернул с главной магистрали на боковое шоссе, обсаженное высокими деревьями. С тех пор как они выехали из Лос-Анджелеса, прошло три часа. Вскоре он выехал на узкую немощеную дорогу и остановился у небольшого домика.

— Добро пожаловать в мое жилище, — сказал Стил, заглушив мотор.

— О, какая прелесть! — воскликнула Меган, выходя из машины. — Настоящая бревенчатая хижина! Слышишь, птицы поют? Здесь, наверное, водятся белки и зайцы. А олени тут есть? Ой, труба на крыше! Мы разведем огонь в очаге? Скорее, Стил, я хочу посмотреть, что там внутри.

Стил довольно усмехнулся и покачал головой, следуя за Меган к двери. Она радуется, как ребенок. Щеки разрумянились, глаза блестят. В детстве у нее было мало радостей, и он сделает все, чтобы дать ей то, чего лишила ее жизнь. Он наполнит ее дни радостным смехом, а ночи — счастьем физической близости. Пусть она бросает свои монетки в фонтан, а он сделает все, что в человеческих силах, чтобы ее желания исполнились, потому что любит ее больше всего на свете.

— Стил, — прошептала Меган, когда он открыл ключом дверь и распахнул ее. — Как здесь хорошо!

Она медленно прошла внутрь, оглядывая непритязательное убранство комнаты, очаг, сложенный из камня, с тяжелой деревянной каминной доской и плетеный коврик на полу. Мебель в раннем американском стиле придавала комнате уютный домашний вид. В углу стояла большая старомодная кровать с медной спинкой, накрытая лоскутным стеганым одеялом. В небольшой кухне, находившейся в дальнем конце комнаты, виднелся стол и несколько стульев. К кухне примыкала ванная. В доме было тепло и светло, и Меган радостно улыбнулась, устремляясь в объятия Стила.

— Здесь замечательно, — сказала она, глядя на него сияющими глазами. — Так уютно и хорошо. Спасибо, что привез меня сюда.

— Я никогда не привозил сюда женщин, Меган. Я приезжал один, иногда с Кейси, если нам нужно было расслабиться, но больше здесь никого не было. Мне ни с кем не хотелось делить этот дом.

— Я польщена и чувствую себя совершенно особенной.

— Так оно и есть, — сказал он, приникая к ее губам долгим поцелуем. — Между прочим, — добавил он, отпуская ее, — я проголодался.

— Могу себе представить, — засмеялась Меган. — Пойду исследую кухню.

— Я принесу чемоданы. Перекусим и пойдем погуляем по лесу. О'кей?

— О'кей.

Прогулка удалась на славу. Держась за руки, они бродили по лесу, собирали сосновые шишки и иногда останавливались, чтобы поцеловаться. Завидев белку или зайца, Меган смеялась от восторга, а Стил с добродушной улыбкой наблюдал за ней. Они были одни в целом мире. Меган и Стил. Вместе.

Стало смеркаться, воздух наполнился вечерней прохладой. Вернувшись в дом, Стил развел в очаге огонь. Сев поближе к огню, они с аппетитом ели бутерброды с ветчиной, запивая их дымящимся томатным супом. Вскоре совсем стемнело. Меган уютно устроилась рядом со Стилом на диване. Дрова в очаге потрескивали, озаряя комнату теплым сиянием.

— Какой чудесный день, — тихо сказала Меган.

— Да. Я так рад, что ты здесь, со мной, Меган. Мне всегда было здесь хорошо одному, но сегодня я счастлив, как никогда прежде. Мне нравится слышать твой смех в этом доме. Ты заслуживаешь счастья. Я только надеюсь, что я…

— Ты мое счастье, Стил, наша любовь. Я очень, очень тебя люблю.

— Но что, если… Нет, не буду портить тебе настроение. Сегодня важно только то, что мы вместе, и ничто больше не существует.

— И прекрасно.

Они долго и нежно любили друг друга в большой старомодной кровати, а когда в очаге погас последний уголек, заснули глубоким, спокойным сном.