Эллен Сандерс - Окрыленные любовью

– Гейл, может быть, ты неправильно поняла его?

– Я все поняла правильно. Чего у Дэниела не отнять, так это умения говорить напрямик. Никаких метафор и загадок.

– Что ты думаешь делать? Заявишь в полицию? – осторожно поинтересовалась Мэрилин.

– Конечно нет! У меня нет доказательств. В полиции меня примут за сумасшедшую, если я заявлю, что ограбление – дело рук моего бой-френда – миллионера, владельца отеля в Нобхилле. Мне известна правда только со слов самого Дэниела. К тому же грязную работу наверняка выполнили другие люди, найти которых вряд ли теперь удастся. Если же случится чудо и полиция их все же отыщет… Они поклянутся на Библии, что знать не знают никакого Дэниела Уинклера.

– Ладно, оставим Дэниела. Мне даже говорить о нем теперь неприятно. Не ожидала от него подобной подлости.

– Я тоже, Мэрилин. С другой стороны, благородные рыцари и невинные овечки не становятся сверхудачливыми бизнесменами.

– В таком случае Алан Рейнолдс – тоже не ангел.

– Алан?.. – Гейл осеклась.

– Почему же он не пустил тебя в дом?

– Не знаю, – почти шепотом ответила Гейл.

– Он хоть как-то объяснил тебе свое поведение?

– Он сказал, что больше не верит мне.

– Может быть, он узнал, что ты была не свободна на момент знакомства с ним?

– Ах да, он видел нас с Дэниелом днем. Я заехала после работы в его отель, чтобы поговорить. Но у Дэниела как всегда не нашлось на меня времени, и мы договорились поговорить вечером дома. Видимо, Алан увидел нас, когда мы с Дэниелом прощались у входа в отель. Со стороны могло показаться, что мы влюбленная пара.

– И ты еще удивляешься, что Алан разозлился?! Любой мужчина почувствовал бы себя уязвленным и оскорбленным на его месте.

– Я ведь пришла к нему с чемоданами. Следовательно, сделала свой выбор. Захотела жить именно с ним. Только с ним!

– Мужчин не понять! – неожиданно заметила Мэрилин. – У меня было два мужа – и что? Ни одного из них я так и не изучила до конца.

– Я ждала от тебя помощи… а ты первая же опустила руки и сдалась! – не удержалась Гейл.

Мэрилин зевнула, едва успев прикрыть рот ладонью.

– Извини. Если честно, я сейчас усну. Может быть, продолжим разговор утром? Я уже туго соображаю.

– Иди спать, милая. А я еще немного посижу. – Гейл слегка улыбнулась подруге.

Мэрилин усмехнулась, указав взглядом на пустую бутылку. Подруги и не заметили, как выпили за беседой по несколько бокалов вина.

– Если у тебя с Аланом… Он полный идиот, что отпустил тебя, Гейл. Надеюсь, ты не вздумаешь простить его, если он одумается и приползет к тебе на коленях?!

– Ох, если бы это было так. – Гейл вздохнула. – Не знаю, как удержаться, чтобы снова не побежать завтра к нему. Благо, у меня море дел на этой неделе. Некогда будет думать об Алане. На страдание же времени не останется и подавно. Ты не будешь возражать, если я поживу у тебя пару дней?

– Что за вопрос?! Я буду только счастлива. А теперь спокойной ночи.

– Спокойной ночи, Мэрилин. Спасибо за все. Не знаю, что бы я без тебя делала.

– Сидела бы на своих чемоданах посреди улицы и рыдала.

– Снова поражена твоим оптимизмом, дорогая.

– Ну, пока ты витаешь в облаках, должен же кто-то твердо стоять на земле.

13

– Привет, Рейнолдс!

Алан поднял глаза и едва не рухнул со стула. Перед ним, в его личном кабинете, стоял и улыбался в тридцать два отбеленных по новейшей технологии зуба его заклятый враг Дэниел Уинклер.

– Какого черта?!

– Извини, что без приглашения и предупреждения. – Дэниел осмотрелся и кивнул. – Да-а-а, ты неплохо устроился. Мне нравится цвет панелей на потолке. Надо будет заказать себе нечто в этом же роде.

– Зачем ты явился?! – рявкнул Алан.

Последние несколько дней настроение у него и так было хуже некуда, а тут еще визит человека, которого он желал видеть в самую последнюю очередь. Да и то в гробу. Уинклер не только переманил его клиентов, но и увел любимую женщину!

Дэниел, не дождавшись приглашения присесть, бухнулся в ближайшее к Алану кресло и закинул ногу на ногу.

– Ну, как твои дела? «Фэрмонт» пока не разорился?

– Не дождешься, подонок!

– У-у-у-у, какие мы грозные и злые!

Дэниел усмехнулся, и Алан еле сдержался, чтобы не вскочить со своего места и не врезать посетителю.

– Пришел позлорадствовать, мерзавец?

– Эй, Рейнолдс, я тебя не оскорблял. Я, между прочим, могу подать на тебя в суд. Мне не очень-то нравится, когда меня называют мерзавцем.

– Пора бы уже привыкнуть, – парировал Алан.

– Ты мог бы поздравить меня. Неужели так сложно порадоваться за коллегу по цеху?

Откуда ты узнал о месье Шантийи? – задал Алан вопрос, мучивший его уже целую неделю.

Дэниел усмехнулся и откинулся на спинку кресла с видом триумфатора.

– Мне рассказал один добрый человек.

– Кто?! – взревел Алан. – Гейл?

– Гейл? Что ты? Разве эта глупышка способна добыть такую ценную информацию? Все ее таланты исчерпываются постелью. Разве ты не оценил ее по достоинству, а? – Дэниел озорно подмигнул Рейнолдсу.

Алан сжал кулаки, но все же сдержался.

– Имя!

– Ты мне не поверишь, – с самодовольной усмешкой заметил Дэниел.

– Ты ведь пришел ради того, что бы удивить меня, не так ли?

– Алан, ты даже не представляешь, насколько ты доверчив. Тебя смог бы обвести вокруг пальца пятилетний ребенок, а ты бы умилялся и хлопал в ладоши от радости.

– Уинклер, избавь меня от своих измышлений. Кто рассказал тебе о самоубийстве Шантийи?

– Ну, это еще очень большой вопрос: самоубийство ли это было. Вдруг кто-то из персонала «Фэрмонта» приложил руку к этому делу? Надо нашептать дружкам из полицейского участка. Пусть разберутся в этом деле.

– Заткнись!

Дэниел оскалился в улыбке.

– Брр, ты сегодня нервный. Может быть, тебе стоит обратиться к врачу?

Если ты сию же минуту не скажешь, кого из моих людей подкупил, то доктор понадобится тебе, – пригрозил Алан. – Причем очень хороший травматолог.

Дэниел расплылся в улыбке.

– Алан, ты просто очаровашка. Я обожаю выводить тебя из себя. Такое чувство, что у тебя сейчас дым повалит из ноздрей и ушей. Впрочем, я бы не стал долго печалиться, если бы ты взорвался от собственного бешенства и возмущения.

– Сукин сын!

– Если ты сейчас прикончишь меня, то никогда не узнаешь, кто из твоих верных сотрудников оказался с червоточинкой, – быстро предупредил Дэниел нависшего над ним Алана.

– Ладно. – Алан снова сел за письменный стол.

– Билл Макферс.

Повисла напряженная пауза.

Алан лишился дара речи. Это невозможно. Немыслимо. Билл – его правая рука, верный помощник и советчик. Человек, которому он безоговорочно доверял, делился всеми радостями и невзгодами в течение десяти лет…