Энн Вулф - Домик для двоих

— Готова признать, что вы не маньяк, — хмыкнула Мышка. — А вот насчет извращенца я бы еще поспорила. Вы что же, за всеми так следите?

— Ну как вам сказать, — хитро прищурился Дэниел. — Например, я знаю, что ровно в восемь утра местный почтальон разносит всем почту и у всех тех соседей, которых я могу увидеть своими «вторыми глазами», лица при этом совершенно разные. Я знаю, что женщина, которая живет в доме, что стоит через дорогу от дома мистера N, страшно изводит своего сына, который никак не может вырваться из–под матушкиного крыла, а у той пары, что живет рядом с сыном и матерью, постоянные конфликты на почве того, что муж точно задерживается на работе. Кстати, у меня есть все основания предполагать, что жена ревнует его не просто так: как–то раз я видел, как он тщательно рассматривал в зеркало машины свое лицо, и, подозреваю, это были поиски следов губной помады.

— Вы настоящий маньяк, — покачала головой Мышка, у которой от всех этих подробностей даже дух захватило. Ей показалось, что она с головой окунулась в чужую жизнь, стала частью мира, с которым никогда не чувствовала себя единой.

— Странно, но в ваших устах это звучит, как комплимент.

— Это вы странный, — бросила Мышка, а потом спросила: — Вы что же, подозреваете, что мистер N держит своего нового жильца — назовем его мистер М — в погребе?

Дэниел усмехнулся не то своим мыслям, не то Мышкиным словам, подошел к столу и взял с него трубку.

— Хорошо, назовем его мистер М. Да, вы весьма проницательны, госпожа Мышка. Именно это я и подозреваю.

— Мистер N — похититель, так, что ли, по–вашему? — не унималась Мышка.

— Не так, но подобное предположение имеет право на существование, — серьезно кивнул Дэниел и, раскурив трубку, продолжил: — Я пытаюсь увязать все эти события в одну логическую цепочку. Если мистер N был женат — ведь о чем–то говорит кольцо на его пальце, — то почему он не переехал в новый дом с женой? А если с женой у него проблемы, то не связаны ли они с нашим мистером М — который отдыхает, если так можно выразиться, в подвале мистера N?

Мышка, загоревшаяся неожиданной мыслью, поспешила немедленно ее озвучить:

— Послушайте, а вам не приходило в голову, что мистер N держит в своем доме любовника своей жены? Допустим, он узнал, что жена ему изменяет, выяснил с кем, а потом решил отомстить?

— Да вы, как я погляжу, не на шутку увлеклись моим рассказом, — улыбнулся Дэниел и выпустил дым, который окутал его лицо, оставив видимыми лишь губы, отчего сам Дэниел напомнил Мышке Чеширского Кота из «Алисы в Стране чудес». — Мне нравится ваше любопытство и даже ваше фантазерство. Вот только, госпожа Мышка, подумайте: зачем мужу похищать любовника жены? Убить его, избить, попытаться уговорить оставить жену — все это понятно. Но зачем похищать его?

— Не знаю, — задумчиво пробормотала Мышка. — Ну, например, чтобы жена помучилась, потревожилась и решила, что любовник ее бросил. А тем временем наш мистер N, заперев в подвале своего соперника, пытается напугать его и заставить расстаться с этой женщиной.

— Ваши слова, конечно, достойны внимания, — без иронии заметил Дэниел. — Но почему мистер N упускает из виду то, что его соперник, мистер М, может наврать ему с три короба, а потом, когда его освободят, рассказать обо всем в полиции?

— Может быть, ваш сосед может чем–то шантажировать мистера М?

— Тогда чего ради его похищать? В таком случае эта версия вообще лишена смысла.

— Да уж, — озадаченно кивнула Мышка. — Ну а вы не думаете, что мистер М, пока вы спали, спокойно уехал из дома мистера N, а в подвале у вашего соседа, к примеру, собака, которой он и носит еду?

— На подносах, укрытых полиэтиленовыми пакетами? — хмыкнул Дэниел. — Да и потом, мы бы слышали, как она лает. И зачем вообще заводить собаку, если прятать ее в подвале?

— А что, если мистер N разводит бойцовых собак? — предположила Мышка. — Для них действительно нужно отдельное изолированное помещение. Едят они наверняка много.

— Да уж, в фантазии вам не откажешь. Я, конечно, мог проспать или просмотреть отъезд мистера М, но, чтобы мы с вами не услышали лая кучи бойцовых собак, это уж слишком.

— Пожалуй, вы правы. Жаль, что ваш бинокль не видит сквозь стены. Конечно, глупо задавать такой вопрос бывшему детективу, но вы не думали обратиться в полицию?

Дэниел подошел к столу, рядом с которым сидела Мышка, и, облокотившись на него, задумчиво выпустил изо рта клуб дыма.

— Конечно, я мог бы обратиться в полицию, — наконец–то произнес он. — Но, хорошо подумав, отказался от этой идеи. У меня нет никаких улик, а потому полицейским никто не даст ордер на обыск. Все, что полиция сможет сделать, — это прийти к мистеру N и деликатно поинтересоваться, не прячет ли он кого–нибудь в своем доме. Как вы думаете, что им ответит на это мистер N? — После того как Мышка усмехнулась краешком губ, Дэниел продолжил: — Правда, у меня есть кое–какие связи в полиции, но обращусь я к ним только тогда, когда у меня будут хоть какие–то доказательства.

— Не будет ли поздно?

— Что вы имеете в виду?

— То, что мистер N убьет мистера М. Проще говоря, ваш сосед убьет того, кого держит в подвале.

— А что еще можно сделать? — несколько раздраженно бросил Мышке Дэниел. — Если я доложусь полиции, песенка мистера М, скорее всего, будет спета. — Сосед или перевезет его в другое место, или прикончит, чтобы не рисковать. Одно из двух, третьего не дано.

— Вы так спокойно об этом говорите? — ужаснулась Мышка.

— А вы хотите, чтобы я бился в истерике? Мне много чего пришлось повидать на своем веку, и я знаю, с чем имею дело. Выход один: наблюдать и ждать подходящего случая. Кстати, все, что я вам рассказал, должно остаться между нами. Я уже понял, что вы не из болтливых, но, если вам придет в голову обратиться в полицию, не забывайте, что узнику моего соседа может стать еще хуже, чем сейчас.

— Хорошо, — кивнула Мышка. — Только это так тяжело — бездействовать.

— Согласен. — Дэниел кивнул на ноутбук, который стоял на столе перед Мышкой. — Эта штука здорово скрашивает мне жизнь и спасает от бездействия.

— Вы тоже работаете дома? — полюбопытствовала Мышка.

Дэниел отрицательно покачал головой.

— Я не назвал бы это работой. Пишу, точнее пописываю. Вам ведь это знакомо, не так ли, Миа? — улыбнулся он. — Кстати, почему вы перестали писать? Из–за того случая с бывшим мужем?

— Отчасти, — кивнула Мышка. — Хотя скорее устала от вечной критики в свой адрес. Не то чтобы я так плохо принимаю критику, нет. Просто меня часто доводили до бешенства насмешки над некоторыми сценами, упреки в наивности. А ведь я была далеко не наивной, когда ушла от Коула.

— Может, вам стоило выбрать другой жанр? Вы с вашим воображением могли бы писать отличные детективы.