Филис Хаусман - Наше прошлое, вернись!

Это было на нее совсем не похоже. Маи всегда скупо проявляла теплые чувства по отношению к тем, кого плохо знала. Даже будучи ребенком. И задолго до того, как мать стала предостерегать ее от разговоров с незнакомцами. Но помимо этого Лора старалась внушить дочери, чтобы та никогда ни с кем не говорила о своем дедушке и его работе.

И Маи следовала советам матери. Однако всего через каких-нибудь два часа с момента встречи с О'Брайаном она болтала с ним, как со старым другом. Видимо, тот действительно знал подход к детям.

Лора машинально оглянулась вокруг и увидела дом Майкла. Ей вдруг показалось, что это самый красивый из всех домов, существующих в мире…

Конструкция жилища поражала оригинальностью. Дом как бы вырастал из отвесного склона горы. Крыша была точно такого же цвета, как и горная порода. Лора подошла ближе и все равно не могла точно определить, где кончается гора и начинается творение рук человеческих.

— Чудесно, — чуть слышно прошептала она.

Майкл обернулся и посмотрел на Лору. Улыбнувшись, она показала рукой на его жилище.

— Твой дом — совершеннейшее чудо архитектуры.

— Мама, мама! — вдруг закричала Маи. — Это точь-в-точь как индейские хижины племени пуэбло! Помнишь, мы видели их в Нью-Мексико.

— Нью-Мексико? — изумленно переспросил Майкл, чувствуя, как по его спине поползли холодные мурашки. Качина! Снова они! Дают понять, что собираются устроить ему очередную пакость. Усилием воли он подавил неприятное чувство и заставил себя слушать Маи.

— Три года назад, по дороге в Калифорнию, мы заехали в Альбукерке. Наши вещи и мебель ехали в отдельном фургоне. А сами мы решили двигаться с остановками и осматривать интересные места. Среди них была Пещера мамонтов в Кентукки, Аламо в Техасе и, наконец, Альбукерке.

— Ты ведь сам из Альбукерке, Мигуэль, не правда ли? — перебила дочку Лора.

— Я там учился в колледже. Но родился гораздо севернее, — машинально сказал Майкл.

— В Санта-Фе?

— Нет. В Таосе, — нехотя ответил Майкл и, обернувшись к девочке, сказал: — Маи, мы совсем забыли, что ты больна. Давай-ка сейчас пойдем в дом. А когда ты будешь лучше себя чувствовать, мы выберем время и погуляем по тропинкам Диабло. Или же мама разрешит мне дать тебе пару уроков верховой езды. У меня есть несколько чудных лошадок.

— Вы научите меня ездить верхом? Правда? Я немного умею. Но совсем чуть-чуть! А вот мама может вспрыгнуть на любую лошадь и заставить ее делать все, что пожелает. К сожалению, после того как мы уехали из Вашингтона, времени на это не стало. Мама, можно Майкл даст мне несколько уроков?

Майкл вставил ключ в дверной замок и, забыв повернуть его, стал дергать на себя дверь, при этом выжидающе глядя на Лору. Он не мог себе представить, как эта маленькая хрупкая женщина с нежными белыми ручками сможет справиться с норовистым, весящим не менее полутонны животным.

Словно прочитав его мысли, она самодовольно вскинула голову.

— После занудных уроков биологии в обществе еще сорока сверстников объездка лошадей и скачки — одно удовольствие. — Затем Лора обратилась к дочери: — Маи, мы пробудем здесь только до тех пор, пока доктор не разрешит тебе отправиться в Лос-Анджелес. Так что у тебя просто не будет времени воспользоваться любезным предложением Мигуэля. Но я обещаю тебе, что как только мы вернемся домой…

— Но у тебя никогда не найдется для этого времени, — обиженным тоном сказала Маи. Радостный блеск в ее глазах сразу же погас. — И даже если найдется, то все равно Майкл знает о лошадях куда больше, чем ты.

Лора заметила в тоне дочери нотки восхищения своим новым героем. О, это надо было срочно пресечь! Она не могла позволить Мигуэлю проникнуть в сердце дочери и утвердиться в нем. А потому скорейший отъезд представлялся ей все более необходимым. Тем более что Майклу удалось вновь пробудить ее чувства к себе. Но она была взрослой сильной женщиной. И могла пережить очередную потерю. Маи же — еще ребенок, на глазах у которого не так давно умер отец.

Лора нежно погладила дочь по щеке, затем подняла глаза на Майкла. По его лицу было трудно что-нибудь прочитать, но Лора почувствовала, что он осуждает ее. И осуждает справедливо. Ведь она, по сути дела, манипулировала чувствами ребенка. И все ради того, чтобы он, не дай Бог, не занял в сердце Маи место Джерри!

Майкл видел слезы, дрожавшие в глазах Лоры, и понимал, что должен держать себя в руках. Он отлично знал, что большинство детей обожает лошадей и, прежде чем начать соблазнять этим Маи, он обязан был получить разрешение ее матери.

Маи нравилась Майклу. И он тоже хотел ей понравиться. Более того: со стыдом он отдавал себе отчет в том, что надеется привлечь Маи на свою сторону, если Лора, узнав про Кэтти, будет пытаться восстановить против него дочь. Он стоял и смотрел на Лору, не в силах отвести от нее глаз. Маи осторожно высвободилась из объятий матери и доверчиво посмотрела на него.

— Майкл, я действительно очень устала. И снова начинает болеть ухо. Будьте добры, скажите, где меня положат спать?

Ее голос заставил Майкла стряхнуть с себя оцепенение. Он наконец-то отпер дверь и провел Лору с дочерью через холл. Пол из дубового паркета был покрыт разноцветными ковриками ручной работы, нижняя часть стен выложена необожженным кирпичом.

Гостевая комната была выдержана в ярких тонах. И Лора, обведя ее взглядом, не могла сдержать восхищенной улыбки.

— Здесь двуспальная кровать, — сказал Майкл. — Думаю, ты хотела бы спать вместе с дочерью. А ванная — вон за той дверью. Но если ты предпочитаешь отдельную комнату, то…

Лора не дала ему договорить:

— Нет, нет, спасибо! Тут чудесно, а главное — Маи будет рядом!

Кроме того, подумала она, здесь мне будет куда безопасней, чем в отдельной комнате. Легче станет бороться с искушением среди ночи встать, найти спальню Мигуэля и броситься в его объятия.

— Хорошо, — сказал Майкл, — я сейчас принесу ваши вещи. — И он скрылся за дверью.

Оставшись одна, Лора опустилась в кресло и закрыла глаза, а Маи отправилась в ванную. Через несколько минут Майкл вернулся, держа в одной руке два чемодана, а в другой — скрипку Маи.

— Почему бы вам чуточку не вздремнуть? — спросил он. — Или вы предпочитаете сначала перекусить с дороги?

— Нет, мы лучше немного поспим, — с улыбкой ответила Лора.

— Хорошо. Через пару часов, когда настанет время обеда, я вас разбужу.

И он вышел из комнаты, плотно закрыв за собой дверь. Лора несколько мгновений колебалась, продолжая сидеть в кресле. В ее мозгу не менее дюжины вопросов боролись за право считаться важнейшими. К счастью, в этот момент Маи выскочила из ванной и упала на кровать.