Энн Мэтер - Прелюдия к очарованию

– Господи, вовсе нет! Паоло просто должен доставить меня к своему господину! – ответила Санча с неожиданным цинизмом.

– В твоих словах столько горечи! – воскликнула Мария, покачивая головой. – Может быть, тебе стоит поговорить откровенно?

– Я не могу, Мария, – сказала с грустью Санча, благодарная девушке за доброту. – Возможно, в другой раз.

– Ладно, – улыбнулась Мария.

Внезапно позвонили у входа, и Санча побледнела.

– Это, должно быть, Паоло! – прошептала Санча. – Открой, Мария. Отдай ему книгу! Если спросит обо мне, скажи, что меня нет!

Мария подняла брови, а Тереза усмехнулась.

– Пожалуй, тебе лучше спрятаться в спальне, – насмешливо заметила она. – Мария не может утверждать, что ты ушла, если ты будешь стоять за ее спиной.

Санча согласилась и поспешила в спальню, плотно притворив, но не запирая за собой дверь. Она слышала, как Мария проследовала через гостиную. Потом до нее донеслись голоса. Санча слегка приоткрыла дверь и смогла увидеть, как Мария передала книгу.

Прислонившись к стене, Санча с полуоткрытым от напряжения ртом старалась различить отдельные слова.

– Мне очень жаль, – сказала Мария по-итальянски, – но Санчи в данный момент нет дома. Однако она поручила мне передать вам эту книгу.

– Ах, да, конечно. – Мужской голос звучал иронически. – Хорошо, синьорина, премного благодарен!

Мария приятно улыбнулась и закрыла дверь. Лишь тогда Санча вышла из спальни, с трудом передвигая ноги.

– Ну, вот и все, – заметила Мария, поводя плечами. – И что за мужчина этот Паоло! Могла бы сама в него влюбиться.

– Ты ошибаешься, Мария, – покачала головой Санча. – Это был не Паоло! Сам граф… граф Малатеста!

Два дня спустя Санча, вернувшись с обеденного перерыва, нашла у себя на столе развернутый журнал. Со страницы роскошного издания на нее пристально смотрел человек, постоянно, с первой же встречи, занимавший ее мысли, под руку его держала та самая девушка, которая была с ним у Бернадино. Под фотографией значилось: «Граф Чезаре ди Малатеста и синьорина Янина Румиен в «Ла Скала». Внизу была помещена статья, в которой говорилось, что очаровательную наследницу фамильной парфюмерной империи в последнее время повсюду можно увидеть в сопровождении графа Малатесты и что ходят упорные слухи относительно сроков их предполагаемой официальной помолвки. Далее в статье сообщалось, что граф недавно опубликовал книгу, освещающую отдельный период итальянской истории до эпохи Возрождения, которая была благосклонно принята не только в Италии, но также в Великобритании и в Соединенных Штатах.

Санча прочитала эти строки словно по чьему-то принуждению. В своем нынешнем настроении она просто не могла пройти мимо, но, прочитав, почувствовала сильное раздражение. Не трудно было догадаться, кто положил журнал на стол, и Санча в угоду злобствующей Элеоноре повела себя так, как та и ожидала. Громко выругавшись, Санча свернула журнал и швырнула его в корзинку для отходов.

В начале следующей недели один из журналистов из отдела новостей как-то утром позвал Санчу к своему столу. Отложив работу, она прошла в дальний конец помещения к человеку, даже фамилии которого не знала.

– Вас спрашивают, синьорина, – сказал тот, указывая на телефонный аппарат. В отличие от младших репортеров, все ответственные сотрудники журнала имели телефоны.

– Спрашивают меня? – удивилась Санча. – Но… но все звонки для меня проходят через телефонный номер мисс Фабриоли!

Человек улыбнулся. Это был смуглый сорокапятилетний мужчина, с усами и бородой, низенький и толстый, и улыбка у него была такой приветливой, что Санча невольно, в свою очередь, улыбнулась.

– Возможно, кто-то не хочет, чтобы Элеонора подслушивала, – заметил он. – Вот, берите.

Указав на телефон, сотрудник возобновил прерванное занятие, полностью игнорируя присутствие девушки.

Повернувшись к нему спиной, Санча прислонилась к столу и взяла трубку.

– Алло, – проговорила она осторожно. – Кто говорит?

– Это вы, Санча? – спросил до боли знакомый голос, и Санча немедленно выпрямилась, будто готовясь к отражению возможного нападения.

– Граф Малатеста? – прошептала она, в душе надеясь, что ее никто не слышит.

– Вы никак потеряли голос, синьорина? – поинтересовался граф насмешливым тоном.

– Нет. – Санча пугливо оглянулась, но никто не обращал на нее ни малейшего внимания. – Что… вы хотите?

– Хочу встретиться с тобой, дорогая. Сегодня!

Санча провела вмиг повлажневшей ладонью по юбке сверху вниз.

– Боюсь, что об этом не может быть и речи.

На другом конце провода раздался какой-то раздраженный возглас, и потом граф ровным голосом спросил:

– И отчего же не может быть и речи?

Санча вздохнула.

– Мне казалось… когда я вернула вам книгу… что вы поймете.

– Я прекрасно понял. Мои методы организации встречи противоречат вашим мелочным, ограниченным правилам приличного поведения! – Граф выругался. – А как, по-вашему, я должен был поступить? Открыто договариваться о свидании в присутствии вашего дяди.

– Это в самом деле не имеет теперь значения, синьор.

– Разве? В тот день, когда вы пришли ко мне во дворец, мне подумалось, что мы начинаем понимать друг друга, а теперь вы заявляете: все это не имеет значения. Я не могу… и не приму ваш ответ, Санча!

Санчу била дрожь. Даже по телефону она ощущала огромную притягательную силу графа.

– Мне нужно идти, синьор, – сказала она. – У меня много работы.

– А у меня, по-вашему, ее нет?

– Синьор, прошу вас!

Искренняя мольба в ее голосе не могла не подействовать на графа.

– Буду ждать вас в обеденный перерыв на улице, – проговорил он холодно и, не давая ей возможности возразить, первым повесил трубку.

Санча положила трубку на рычаг, и способность воспринимать окружающую действительность вновь вернулась к ней. Она снова начала слышать знакомый гул большого редакционного зала в разгар рабочего дня. К радости Санчи, пригласивший ее к телефону сотрудник своевременно удалился, и ей не нужно было выдумывать какие-то объяснения. Очевидно, он правильно оценил ситуацию и решил не ставить девушку в неловкое положение.

Санча медленно возвращалась к своему столу, невольно размышляя о своем наряде: короткой плиссированной юбке абрикосового цвета и кремовой блузке. В нем она выглядела свежей и привлекательной, но только в редакции, а не для свидания с графом Малатестой. Санча села и подперла ладонью подбородок. Можно было, конечно, во время перерыва никуда не ходить, а попросить одну из девушек принести ей сандвичи, но она и так уже наделала достаточно глупостей. Следовало признать тот факт, что с помощью уверток и отговорок ей не решить проблему, связанную с графом Малатестой.