Одри Остин - Жаркое лето любви

— Макс, — прошептала она, — ты такой, такой…

— Какой?

— С тобой я ничего не боюсь, — призналась Эллис, опуская глаза.

— Даже плыть в кромешной тьме? — усмехнулся он.

— Уже светает. — Эллис кивнула в сторону горизонта, где над водой показался краешек солнца.

— Мы вместе встретим рассвет, Эллис, — обрадовался Макс. — Я никогда в жизни не встречал рассвет!

— Ты многое потерял, — улыбнулась она. — Это очень красиво. Это происходит так, словно вместе с новым днем начинается новая жизнь. И она другая, она лучше, чем прежняя, чище, светлее, и любви в ней больше, и радости…

— Я хочу тебя поцеловать, — прохрипел Макс, привставая.

Лодка покачнулась, и Эллис испуганно замотала головой.

— Мы же не расстанемся после того, как вернемся? — нахмурился он.

Она пожала плечами.

— Тогда я точно сейчас тебя поцелую, — заявил Макс и принялся осторожно пробираться к ней.

Но, видимо, высшие силы были против его желания, двигатель внезапно резко фыркнул и заглох.

— Нет!.. — простонала Эллис. — Макс, попытайся запустить его еще раз!

— Хорошо, — сказал он и вернулся на свое место.

Ничего не получалось, мысли больше не помогали, они беспорядочно громоздились одна на другую: хорошо, что мы еще задержимся в этом путешествии, она дольше побудет со мной… плохо, что приходится возиться с мотором, а не заниматься с Эллис любовью…

— Остров! — вскрикнула Эллис, показывая на очертания земли, раскрываемые предрассветной дымкой.

— Остров, — обрадовался Макс. — Похож на тот, где оставались Эд с Кэрол.

— Думаю, — рассмеялась Эллис, — у нас нет выбора.

— Зато есть весла, — подмигнул ей Макс и, достав весла, принялся грести к земле.

Им обоим почему-то стало так радостно, что хотелось смеяться. А ведь они плыли не к берегу континента, а к очередному острову. К очередному острову любви. Но возможно ли это? Макс задумался. Возможно ли, что он влюбился?

В полном молчании они сошли на берег.

— Это точно их остров, — вздохнула Эллис, поднимая с песка розовый шейный платочек Каролины.

— Они здесь были и уплыли на катере, который пришел за ними или им удалось до него докричаться. У Каролины звучный красивый голос и примечательная внешность, ее не могли не заметить.

— Видимо, — вздохнула Эллис, — они разожгли костер, вместо того чтобы заниматься ерундой.

— Что?! — обиделся Макс. — Ерундой? Это так ты называешь то, что между нами было?

— А как это называешь ты?!

— Я не могу дать точное определение, — пошел на попятную Макс, — но это точно была не ерунда.

— Вот именно, — снова вздохнула Эллис, — не можешь.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Ничего! Я ничего не хочу сказать, Макс! Я излагаю факты. И они таковы, что вы, мистер Гринберг, бабник! Я видела, как на вас смотрела эта… — Эллис потрясла платком, — фифа! Да она к вам бесстыдно прижималась, когда не видел жених!

— Тебе что, шлея под хвост попала?! — недоумевал Макс, глядя на возмущенную, раскрасневшуюся подругу. — Мы же собирались поцеловаться!

— Я передумала, — мрачно сказала Эллис и побрела в глубь острова. — О! О! Макс! — закричала она из-за кустов.

— Эллис, что с тобой?! — Макс тут же бросился к ней.

Эллис не верила собственным глазам. Небольшое роскошное бунгало из дорогого, высококачественного тростника мозолило взгляд как бельмо, от его лакированной поверхности невозможно было оторваться. Она невольно сравнивала его с шалашом, в котором ей пришлось провести ночь, и недоумевала, откуда оно здесь вообще могло взяться. Эллис вошла внутрь и обомлела еще больше. Полный комфорт, насколько он был возможен в полевых условиях, присутствовал здесь в каждом уголке.

— Даже глянцевые журналы! — Эллис взяла из стопки один из них и полистала. — Трехдневной давности!

— Этого не может быть, — поморщился Макс, не желая осознавать неприятный факт.

— Кровать! Буфет! Холодильник! Массажный диван! Будуар! Зеркало! О ужас, неужели это я? А! Сколько косметики! Стерва! Она подготовилась заранее.

— Этого не может быть, — твердил Макс.

— Мистер Гринберг, вас что, заело? Ах, Каролина, какой у нее примечательный голос и звучная внешность! — передразнила Эллис.

— Примечательная внешность, — автоматически поправил ее Макс.

— А, опять о том же! — возмутилась Эллис. — Не нужно мне на каждом шагу рассказывать, какая она раскрасавица.

— Ты что, — Макс ошеломленно перевел на нее взгляд, — ревнуешь?!

— Нисколько, — демонстративно пожала плечами она. — Странно, что я не вижу здесь джакузи. Она что, совсем не моется?

— Откуда я знаю?! — разозлился Макс.

— Кому еще знать-то, — пробормотала Эллис.

— Эндрю не мог так поступить, — все еще не осознавал реальности Макс. — Это другое бунгало, чье-то еще. Еще какого-нибудь смотрителя.

— Островок совсем небольшой, здесь нет никаких смотрителей, — безжалостно сказала Эллис. — К тому же на кровати валяется мобильный телефон.

Макс кинулся к телефону, но связи не было. Зато он получил возможность заглянуть в адресную книгу, проверить номер владельца. Сомнений больше не оставалось — телефон принадлежал Эндрю. Макс согнулся, словно получил удар под дых.

— Что, — склонилась над ним Эллис, — больно? Больно, когда тебя обманывают?

— Да уж, — пробормотал он, опускаясь на кровать. — От него не ожидал. Но существует презумпция невиновности. Пока я не буду убежден в обратном…

— Ничего толком не поняла, но убеждать не стану. Тут много припасов, ваша примечательная Каролина явно не сидела на диете. — Эллис, раскрыв буфет, обнаружила там много сладостей. — Уверена, — делясь с Максимилианом сдобной булочкой из разодранного пакета, сказала она, — кострища на этом острове нет. Они все подготовили заранее. Такие хорошие вещи бросили, гады. А может, они за ними еще вернутся? Тут-то мы их и накроем.

— Они не вернутся. — Макс взял предложенную булку и принялся ее тщательно жевать с мрачным видом. — Если все это провернули они…

— Ты еще сомневаешься! — возмутилась Эллис.

— Конечно, сомневаюсь. Они могли точно так же выйти на это бунгало, как мы с тобой!

— Нет, они подготовили все заранее, — не сдавалась Эллис.

— Это невозможно сейчас доказать, — спорил Макс.

— Невозможно?! Невозможно?! А если я докажу? Если я докажу прямо сейчас, что все это было спланировано заранее?

— Спорим?

— На что? Если я проиграю…

— Я тебя поцелую, — хмыкнул Макс.

Но Эллис не собиралась проигрывать.

— А если я выиграю?