Максин Салливан - Любовница за миллион

— Должна сказать, — заявила Даниэль, решительно берясь за вилку, — что у вас в Мельбурне есть куда сходить за покупками. Мы хотели прилететь еще на прошлый уикенд, но потом мама отказалась. Ей не нравится толпа, которая наводняет город во время гоночный соревнований в «Гранд прикс».

Соня пожала плечами:

— Я люблю Мельбурн, но гонки не для меня. Кстати, там были Ким и Рик. А еще Джессика и Райан. — Она сделала паузу, внимательно взглянув на Джеррода: — Они сказали, что виделись с тобой в корпоративной ложе.

— Мельком.

— Я тоже там была, — встряла Брайана, чтобы сгладить неловкость. — Джессике очень идет беременность.

Соня вздохнула:

— Я так рада, что они счастливы. — Она посмотрела на дочь с ласковой улыбкой: — Дети — цветы нашей жизни.

Даниэль обвиняюще направила на нее вилку:

— Да, именно поэтому ты так кричала, когда я собралась в Порт-Дуглас.

Ее мать улыбнулась Джерроду и Брайане:

— С другой стороны…

— Мама! — воскликнула Даниэль, фыркнув от смеха.

— Дети — цветы, — невозмутимо продолжила Соня, — на могиле своих родителей.

Все весело рассмеялись.

— Дэни, — сказал Джеррод, когда за столом наступила тишина, нарушаемая только звоном посуды. — Тебе нравится Порт-Дуглас?

Глаза девушки вспыхнули.

— Я обожаю его! — воскликнула она.

— Как твои успехи? — вступила в беседу Брайана. — Мне очень понравились драгоценности твоего дизайна.

Даниэль выглядела польщенной.

— Спасибо. У меня появляется все больше клиентов. Я даже смогла выплатить Ховарду заем, который он мне давал на открытие магазина.

— Ты занимаешься дизайном украшений? — удивленно спросил Джеррод. До этого он явно не знал, чем занимается его двоюродная сестра. — Должно быть, ты очень хороша в этом деле, если Ховард ссудил тебя деньгами.

— Джеррод, послушай, я никогда не относилась к Ховарду как к отцу, — внезапно выпалила Даниэль.

— Даниэль! — Соня была шокирована.

Девушка поморщилась и продолжила:

— Я знаю, все считают, что он заменил мне отца. Но мне очень важно, чтобы ты знал правду. Я хочу сказать, я благодарна Ховарду за все, он мне нравился, но я Хаммонд. Так же, как и ты.

Джеррод взглянул в глаза кузине:

— Дэни, я никогда не верил той чепухе, что писали о Блэкстоунах в газетах.

Соня откашлялась:

— Спасибо, Джеррод. Это много значит для меня, — она сжала руку дочери. — Для нас.

— Да, — вставила Даниэль. Ее глаза подозрительно поблескивали. — Спасибо тебе.

Брайана готова была расцеловать Джеррода. Она знала, как сильно он ненавидит Ховарда Блэкстоуна. И все-таки у него хватило благородства подняться над собственными эмоциями и понять, что окружающие того человека люди ни в чем не виноваты.

— Дэни, я когда-то была в Порт-Дугласе, — сказала Брайана, давая присутствующим время прийти в себя. — Чудесное место. Там много знаменитостей, а однажды я даже встретила на улице пару кинозвезд из Штатов.

Внезапно Соня выронила из рук вилку. Лицо женщины стало белее бумаги, а на верхней губе выступили капельки пота.

— Мам? — подалась Даниэль к матери. — В чем дело?

Соня попыталась что-то сказать, сглотнула и попыталась снова:

— Я… я в порядке. Не так давно я перенесла простуду. — Она промокнула пот салфеткой, но все еще выглядела бледной. — Я и до этого чувствовала себя неважно, — добавила она, удивив Брайану. Та всегда считала Соню воплощением здоровья. — Надеюсь, вы не возражаете, если мы вас покинем. Мне надо прилечь.

— Конечно, — вскочил на ноги Джеррод. — Мы проводим вас до номера.

Женщина слабо махнула рукой, отказываясь:

— Не надо. Мы с Дэни справимся.

— Пойдем, мама, — Даниэль подхватила мать, помогая ей встать. — Нужно вызвать доктора.

Они ушли. Обернувшись, Дэниель пообещала Джерроду позвонить.

Когда они остались одни, Брайана встревоженно взглянула на Джеррода:

— Надеюсь, ничего серьезного.

Он было нахмурился, но затем его лицо прояснилось.

— Скорее всего, у нее просто нелады с желудком.

— А если нет? — спросила Брайана, все еще встревоженная. — Похоже, у нее был шок, хотя расстройство желудка имеет те же самые симптомы.

— Хм. Интересно, не спланировала ли Соня все заранее, — задумчиво протянул Джеррод немного позднее. — Хороший способ не платить по счету.

— Она не могла… — начала Брайана и осеклась, заметив в глазах мужчины искорки смеха. — Ты шутишь!

— В любом случае это меньше миллиона долларов, который я заплатил здесь в прошлый раз, — продолжал развлекаться он.

Брайане шутка забавной не показалась. Честно говоря, она ей совсем не понравилась.

— Не совсем по-джентльменски напоминать мне об этом, — заметила она.

Он внимательно посмотрел ей в лицо. От его веселости не осталось и следа.

— Брайана, а ты бы стала спать со мной без денег?

— Нет.

— Уверена? — почти враждебно переспросил он.

Ей стало неуютно.

— Не отрицаю, — с вызовом сказала она, — меня тянет к тебе. Но без денег у нас ничего бы не получилось.

Его челюсти сжались.

— Не надо преуменьшать силу нашего притяжения друг к другу, Брайана.

Она пожала плечами, но ее сердце болезненно сжалось.

— Давай не будем об этом спорить, — примиряюще предложила она. Только бы он не узнал, что я люблю его… Только бы не узнал, стучало у нее в мозгу.

— А если я дам тебе еще миллион долларов за то, что ты поднимешься со мной в номер?

— Не глупи, — поморщилась Брайана.

Джеррод удивленно приподнял бровь:

— Так ты не хочешь денег? Тогда я тебя не понимаю. Взяла один миллион, а от другого отказываешься?

— Наверное, я не такая жадная, — грустно улыбнулась Брайана. Ей бы очень хотелось, чтобы он так думал о ней. Тогда бы она была счастлива.

Несколько секунд он пристально смотрел ей в глаза.

— Возможно, и нет.

— Джеррод, день был длинным. Отвезешь меня домой? — ей не хотелось больше спорить. — У меня начинает болеть голова.

Его взгляд мгновенно стал озабоченным.

— Нет, ничего страшного, — успокоила она его.

Голова у Брайаны действительно гудела. И ничего удивительного. Не так-то легко признать, что любишь мужчину, который не отвечает тебе взаимностью.

Когда они подъехали к дому, где жила Брайана, она попросила его:

— Не поднимайся сегодня ко мне, ладно?

Сегодня она отказывала ему в близости второй раз.

— Конечно, если ты так плохо себя чувствуешь, — ровно ответил он.

Яркий свет фонарей помешал ей увидеть выражение его глаз.