Сандра Филд - Послушная дочь

— А как же твой бизнес? — Она изобразила беспокойство. — Ты же говорил, что долго им не занимался.

— Разве я тебе не сказал? Мне надо уехать только до пятницы. С медовым месяцем никаких проблем — только скажи, куда ты хочешь.

Она почувствовала себя в ловушке. Да еще сделанной собственными руками.

— Я бы хотела поехать в вермонтский домик.

— А, ты же сегодня обедала с Линди, — вздохнул Джетро.

— Она мне очень понравилась. — Наконец-то можно сказать хоть какую-то правду! — Она так его обрисовала...

— Ну что ж, домик так домик.

Заставить его сделать то, чего он не хочет, — уже немало, подумала Силия. За это придется провести с ним три дня в глухом лесу. Боже, когда же я научусь думать, прежде чем открывать рот!

— Во вторник мы вернемся, папа.

— Очень хорошо.

Зато до пятницы его здесь не будет. Три дня без него. А потом три месяца замужем за ним. Конечно, она сможет это сделать. Конечно, сможет.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

Брачная церемония была назначена в субботу на одиннадцать часов, чтобы Джетро и Силия успели добраться в Вермонт до темноты. Полностью одетая и готовая к выходу, Силия посмотрела на часы. Десять часов восемнадцать минут. Ей не хотелось сидеть и мять юбку, слушая, как медленно ползет время. На цыпочках — словно вор в собственном доме! — она выбралась из комнаты и постучалась к отцу.

В последние дни она почти не видела его. Эллис затворился в своей комнате и редко соглашался, чтобы она его навестила. Это могло значить только одно — ему становится хуже. Силия старалась не унывать и не терять времени даром. В четверг она все-таки нашла свадебное платье, какое хотела, и пятница пролетела в приготовлениях к церемонии.

Когда она вошла, Эллис сражался с застежками галстука-бабочки. Он увидел ее в зеркале, и галстук упал на полированный столик.

— Мэриэн... — едва слышно прошептал он. Так звали мать.

— Я сейчас на нее похожа? — Сердце, казалось, вот-вот вылетит из кружевного выреза.

— Это платье... прическа... да, ты похожа на нее. — Эллис выпрямился и просветлел. Он словно стал выше ростом. — Я никогда не видел женщины прекраснее Мэриэн...

— Знаешь, я до сих пор скучаю по ней. — Горло сжималось, она сама не верила, что может сказать Эллису об этом. — Хотя столько времени прошло...

— Я не очень хорошо обращался с тобой после смерти Мэриэн. — Отец неловко пытался пристроить галстук на место. — Я не мог говорить о ней, не мог этого вынести... и тебе запрещал. Это было неправильно. Прости меня.

Силия подошла ближе и увидела свое отражение в зеркале рядом с ним.

— Я думала, ты меня больше не любишь.

— Я всегда очень любил тебя. Просто не знал, как тебе сказать... — Старая боль исказила его лицо. — В этом я тоже был не прав.

— А теперь ты... любишь меня? — едва слышно прошептала Силия.

Отец обернулся к ней и посмотрел ей прямо в глаза. Глубоко-глубоко. На ней были туфли с высокими каблуками, их глаза были сейчас почти на одном уровне.

— Да, — сказал Эллис светло и спокойно. — Очень люблю. А как ты думаешь, почему я все время так о тебе беспокоюсь?

Значит, она была права. За постоянным контролем и опекой стояла отцовская любовь.

— Я сама могу позаботиться о своей безопасности, — мягко сказала она. — И я всегда буду с тобой. Потому что я тоже тебя люблю.

Силия вдруг разрыдалась. Эллис обнял ее, она плакала так, будто сердце вот-вот разорвется. Она никогда не чувствовала его так близко, не знала такого тепла и родства. Эллис шептал у ее щеки:

— Мэриэн была такая же, как ты. Она никогда не позволяла взять верх над собой... Тогда я хотел, чтобы она полетела в Чикаго самолетом. Но ей нравились дорога, машина... Перед ее отъездом мы ужасно поругались. Она взяла машину и поехала... погибла... столкнулась с пьяным водителем... Сейчас я бы душу продал, чтобы этой ссоры не было.

— Значит, каждый раз, когда я бунтовала, ты еще больше боялся за меня и поэтому настаивал на своем... теперь я понимаю, почему.

— Это только отталкивало тебя. Я должен был понять. Но я не мог остановиться: чем больше ты бунтовала, тем больше я старался контролировать тебя.

— Если бы я не вышла замуж за Джетро, — Силия улыбнулась сквозь слезы, — мы могли бы всю жизнь бодаться друг с другом... так и не поговорили бы.

— Хмм... — протянул Эллис. — Во всяком случае, он будет тебе хорошим мужем. Это надежный человек, партнер для серьезного долгого брака.

— Я так рада, что он тебе понравился. — Ей огромных усилий стоило ничем не выдать себя.

— Он гораздо лучше Дэррила Коатса. Когда-то я поощрял твои свидания с ним, а теперь только рад, что они ни к чему не привели. Его недавний развод был ужасен. Так трясти собственным грязным бельем... просто позор.

Развод. Не смея поднять глаз, она взяла галстук из рук отца и аккуратно застегнула его сзади под воротничком. Эллис добавил:

— Дэррил недавно приходил ко мне. Старался как мог расстроить твою свадьбу. Целый воз сплетен о прошлом Джетро. Я сказал, что, даже если это так, Джетро в десять раз лучше его самого и что вы очень любите друг друга. — Эллис с удовлетворением посмотрел в зеркало. — Отправил его несолоно хлебавши.

В глубине души ей польстила такая обеспокоенность Дэррила ее судьбой.

— Интересно было бы посмотреть на него в этот момент, — смущенно сказала она.

— Видела бы ты, как он поспешно убрался!

Силия снова с удивлением услышала смех отца, скрипучий, как несмазанная дверь.

— Пойду поправлю макияж. — Она улыбнулась отцу в зеркало. — Тушь совсем смазалась, а еще водостойкая. Папа, спасибо тебе за все. Не забывай, я люблю тебя!

Она снова обняла Эллиса. Он откашлялся.

— Когда вы вернетесь после медового месяца, мы снова с тобой поговорим о маме. Если захочешь, конечно.

— Конечно, захочу.

Силия поспешила выйти из комнаты, пока не начала кричать и прыгать, как младенец. Папа никогда не переставал любить ее! Впервые за много лет она была так совершенно, светло и спокойно счастлива. Джетро был косвенным виновником этого события. Надо его поблагодарить. Может быть, эта свадьба не такое уж безумие. Выходя из комнаты и спускаясь по лестнице, она чувствовала странную уверенность. Никакой дрожи, слез, никаких нервов. Одна мысль — интересно, как Джетро понравится ее платье.

Джетро уже ждал ее в гостиной, рассматривая от нечего делать высокий потолок и коллекцию антиквариата. Он пытался быть внимательным к Сирилу, брату своей невесты. Сирил оказался полной противоположностью непоседливой и острой на язык сестре — сама степенность и корректность. Жена выглядела под стать ему — тихая, скромная, а две их дочери были просто образцами воспитанных детей рядом с шаловливыми сорванцами Линди.