Сандра Филд - Послушная дочь

— Это тебе. Вместе со мной — на время.

— Вот именно — на время.

— Не бойся, я не забуду. Ты мне всегда напомнишь. Он достал из кармана обтянутую бархатом коробочку. — Все-таки я надеюсь, что это тебе понравится.

— Не надо никакого кольца!

— Твой отец удивится, если кольца не будет. — Джетро сжал губы.

— Хорошо. — Ее охватило отчаяние. Если бы не Эллис! — Я верну его тебе, когда все закончится.

— Давай сначала со свадьбой разберемся.

В этот момент Джетро даже отдаленно не был похож на человека, совершающего ритуал помолвки. Казалось, он ее сейчас задушит. Силия неуклюже открыла коробочку, и ее восхищенный возглас заставил обернуться людей за соседним столиком. Это был перстень с камнем — редчайшим желтым бриллиантом, почти янтарного оттенка.

— Какая красота... ты как будто знал, что мне нравится.

— Солнечные блики у тебя в волосах точно такого цвета.

— Это прекрасно, Джетро... спасибо тебе... — прошептала она. Камень сверкал, расплывался перед глазами, слезы застилали их и сжимали горло. Хотелось уронить голову на столик и зареветь. Разве можно выбрать подарок фиктивной невесте с такой прозорливостью?

— Не плачь, Силия, я терпеть не могу, когда плачут.

— Постараюсь, — она вытерла глаза платком.

— Дай мне руку, — тихо сказал он, но, увидев открывшееся запястье, взорвался. — Кто это сделал?

Там были синяки.

— Я наткнулась на Дэррила перед встречей с юристом. Он пытался отговорить меня от свадьбы.

— Ты случайно его встретила?

— Да. — Она не смела поднять глаз.

— Если он еще раз к тебе пристанет, я его шкуру постелю вместо коврика у двери.

— Если бы я не знала обстоятельств нашего знакомства, я бы решила, что ты ревнуешь.

Перстень скользнул ей на палец, стальные глаза сверкнули.

— Ты моя, Силия. Моя. Не забывай об этом.

— Только на три месяца. Ты тоже об этом не забывай.

Он поднес к губам ее руку, перецеловал все пальчики, не отрываясь глядя в глаза. Держать себя в руках становилось все труднее — как унять дрожь от этих прикосновений, справиться с прерывистым дыханием? Ее непреодолимо влекло к этому человеку, и в то же время она боялась его. Власть Джетро над самыми таинственными и сладкими ее чувствами внушала ужас.

— Неужели ты его ни капельки не боишься?

Силия улыбнулась Линди. Они встретились час назад и с первой минуты общались с легкостью старых подружек. Сейчас они сидели за обедом в очаровательном ресторанчике, Силия мазала маслом тост, бриллиант сверкал у нее на пальце.

— Во всяком случае, я никогда ему в этом не признаюсь.

— Для меня он всегда был настоящим старшим братом. Он с детства заботился обо мне, всегда помогал, но ты знаешь, мы очень разные... — Ее симпатичное лицо под темными кудряшками стало тревожным. — Мне кажется, я никогда до конца не понимала его.

Добро пожаловать в клуб непонятливых, подумала Силия. Ей нравилась сестра Джетро — она радовалась будущей свадьбе брата.

— Он сказал, что мама ушла от вашего отца, когда вы были совсем маленькими.

— Он тебе рассказал? Вообще он не любит рассказывать о родителях.

— Это я заметила.

— Папа был ужасным человеком, — Линди вздрогнула и побледнела. — Когда он пил, Джетро приходилось защищать меня, даже прятать от него... Когда брат немного подрос, он фактически заменил мне отца. Это очень тяжело, Силия, остаться вот так после смерти отца... и еще отвечать за кого-то.

Значит, отец поднимал на них руку. Силия положила свою ладонь на плечо Линди.

— Не надо, не рассказывай. Не расстраивайся.

— Папа никогда не любил Джетро. Иногда я думаю, что он просто ненавидел собственного сына. — Теперь в ее синих глазах была уже другая тревога. — Последние несколько лет я боялась за Джетро. Я думала, он никогда не позволит себе довериться кому-то и любить, как другие люди... что он просто не сможет быть счастливым. Я так рада, что он встретил тебя, Силия. Конечно, мы еще очень мало знакомы, но мне почему-то кажется, что ты для него идеальная невеста.

Совесть больно уколола Силию — она вспомнила вчерашний контракт, где были тщательно оговорены условия развода. Перед отцом притворяться было не так стыдно — он никогда не узнает, что их свадьба фальшивая. Совсем другое дело обманывать Линди с ее беззащитной улыбкой, с ее искренней, трепетной любовью к брату.

— Мы ужасно много ругаемся, — призналась Силия, чтобы хоть какую-то правду сказать.

— Да, он мне говорил, что ты с характером, — улыбнулась Линди. — А знаешь, есть женщины, которые будут готовы подбросить мышьяк тебе в суп, когда узнают о вашей свадьбе.

— Догадываюсь. И не одна, наверное.

— Главное, не волнуйся — ни одну из них он никогда не любил, — с жаром сказала Линди. — Это я точно знаю, можешь мне поверить.

Охотно верю. Меня он тоже не любит. Силия подцепила кусочек цуккини и постаралась вернуться к роли.

— Очень хочется увидеть его жилище в Манхэттене.

— Манхэттенский чердак? Он великолепен, я люблю туда ездить. Гораздо меньше формальностей, чем в парижской квартире. — Линди хихикнула. — Хотя домик в Вермонте еще уютнее. Я уверена, он покажет его тебе. Это его убежище, такое логово, куда он уезжает, если хочет отвлечься от работы и убраться подальше от всех, кому что-то от него надо.

Силия опустила ресницы. Она как раз принадлежала к разряду таких же людей. О вермонтском логове она впервые слышала, Джетро ей никогда о нем не говорил.

— Это в Зеленых горах, — мечтательно продолжала Линди. — Рядом с домом течет ручей, и деревья прекрасны в любое время года... Тебе понравится.

Если для Джетро это убежище от дел, то у нее нет шансов. Она перевела тему на неудачную охоту за свадебным платьем. Лицо Линди оживилось.

— Здесь рядом есть пара замечательных бутиков. Если хочешь, можно зайти после обеда.

Они нашли в этих магазинчиках несколько неплохих нарядов, но Силия колебалась. Ни одно из платьев не казалось вполне подходящим. Около четырех часов дня она попрощалась с Линди и вернулась домой:

Мелкер сообщил, что отец отдыхает, а мистера Лэтема нет дома. Она сказала дворецкому, что хочет пробежаться. Примерно на час. Переоделась в топик и шорты, вышла из дома и побежала к центру города. Обогнула Капитолийский холм, повернула на запад, вниз по парку. Тело быстро входило в легкий, неторопливый ритм.

Ей всегда нравилось бегать по парку, мимо Смитсоновского института. Вокруг музея Хиршхорн и в саду скульптур толпились туристы. Перекликались клаксоны автомобилей. Ветер трепал флаги вокруг Вашингтонского монумента, вдоль Приливного бассейна плыл теплоход. Сейчас надо повернуть на север, на 17-ю улицу, к дому. Но она еще не готова возвращаться домой.