Пегги Морленд - Давай поженимся, ковбой

Внезапно свет потух и помещение погрузилось во тьму. Пошатнувшись от неожиданности, Мэри Клер ухватилась за дверцу, чтобы удержаться на ногах. Треск спички заставил ее обернуться, и в тусклом свете она увидела Харли, подносящего огонек к фитилю керосинового фонаря.

Слабое пламя осветило лицо Харли. Он нерешительно улыбнулся и пожал плечами.

— Свечей не нашлось, но я подумал, что, может, сойдет и фонарь.

В тот же момент Мэри Клер осознала, как много на самом деле ей известно об этом человеке. Он был добр, ласков, заботлив — и настолько красив, что сердце ее буквально наполнялось болью. Она раскрыла навстречу ему объятия.

Харли поставил фонарь на пол, вступил в круг, образованный женскими руками, и притянул ее ближе. Тепло его ладоней прогнало прочь последние сомнения. Мэри Клер высвободилась из рук мужчины и стала расстегивать пуговицы на блузке.

Затуманившимся взглядом Харли проследил, как Мэри Клер стаскивает блузку со своих хрупких плеч и сбрасывает ее на пол. Он обхватил скрытую под кружевами грудь, прошептал:

— Какая мягкая, — и вновь взглянул женщине в глаза. — И такая же прекрасная, как я ожидал.

Рука Харли соскользнула с груди на застежку ее джинсов. Застежка щелкнула под его пальцами, и вслед за этим звуком раздался металлический треск молнии, которую он отправил в медленную, мучительную дорогу вниз. Костяшки пальцев, коснувшись обнаженной кожи, заставили женщину вздрогнуть. Шагнув ближе, Харли запустил руки под плотную ткань и потянул джинсы вниз вместе с шелковыми трусиками. Его губы следовали за движением ткани, покрывая поцелуями гладкий живот, бедра, голени. Опустившись на колени к ногам Мэри Клер, он придержал джинсы, помогая ей вышагнуть из них.

Харли поднимался, не отрывая взгляда от тела Мэри Клер, пока вновь не встретился с нею глазами. Изголодавшись по вкусу ее губ, он накрыл их своими и нащупал пуговицы бюстгальтера. Потом отшвырнул его в сторону и быстро скинул собственные рубаху и джинсы. Стоя перед нею нагишом и все так же не спуская глаз с ее лица, Харли протянул руку.

Он казался таким спокойным, таким расслабленным, таким уютным в своей наготе… Глубоко вздохнув, Мэри Клер сплела пальцы с пальцами мужчины. Они вместе шагнули под душ и вновь обнялись.

Вокруг шипел пар, оседая матовой пленкой на дверце душевой и образуя для любовников островок личного рая. Прильнув губами к устам Мэри Клер, Харли нащупал кусок мыла и намылил у нее за спиною свои руки. Затем, начав с шеи, медленными обжигающими кругами стал гладить ее тело от плеч вниз по спине. Достигнув ягодиц, он обхватил округлые выпуклости и принялся массировать нагое тело, все теснее прижимая Мэри Клер к себе.

Проворные, горячие — и ох какие искусные! — пальцы проскользнули между ее ног и мгновенно разожгли пламя, которое понеслось по венам женщины, заливая ее желанием. Мэри Клер застонала и выгнулась.

Стремясь не уступать мужчине в откровенности любовных ласк, она взяла у него мыло и быстро намылила руки. Ладони ее поползли по груди Харли, ощупывая крепкие выпуклости мышц, двинулись вдоль мускулистых рук и, вернувшись обратно, вновь встретились посреди груди. То, что увидела она в глубине его затуманенных голубых глаз, добавило ей мужества.

Соблазнительно улыбаясь, Мэри Клер отправила руки путешествовать вниз. Лаская плоскую поверхность его живота, она чуть задержалась, погрузив палец в пупок, и двинулась дальше.

Втянув воздух, женщина обвила пальцами восставшую плоть и увидела, как глаза Харли закрылись, а голова запрокинулась назад.

Он выносил эту сладостную пытку сколько мог, но наконец, простонав, поймал ее за руку, прекращая возбуждающие движения.

— Осторожно. Я больше этого не выдержу.

Издав глухой гортанный стон, он вновь ухватил женщину за ягодицы, поднял, потащил на себя и, опершись лопатками о стену, глубоко в рот втянул сосок. Мягкое посасывание лишило Мэри Клер дыхания. С низким стоном она погрузила пальцы в его волосы и обвила ногами его талию, молча давая понять, что ей нужно. Харли стал медленно опускать ее, направляя, пока не нащупал путь в женское лоно. Он нежно вошел внутрь.

— О Господи, Мэри Клер, — прошептал Харли, чувствуя, как смыкается вокруг бархатистое тело. Но то были единственные слова, которые он сумел произнести, прежде чем женщина двинулась, призывая его присоединиться к ней в этом вековечном танце. Задыхаясь, он учащенно ловил воздух и, обхватив Мэри Клер руками, вновь, вновь и вновь пронзал ее лоно. Вода струилась по его лицу и рукам, но он не ощущал ее жалящего покалывания.

Мэри Клер содрогнулась. Последовал взрыв — безмолвный, но оглушающий, своей мощной волной лишающий сил, — и Харли почувствовал, как наполняется пульсацией ее тела, уносящей его с собой за грань сознания.

Колени его подогнулись, и, обняв Мэри Клер, он соскользнул вместе с нею вниз по стенке душа и опустился на кафельный пол.

Глава шестая

— Харли?

— Ммм?

— Вода остывает.

Харли приоткрыл один глаз и медленно закрыл его вновь, словно даже столь незначительное усилие отняло у него больше энергии, чем ее оставалось.

— Так оно и есть, — пробормотал он и потерся носом о ее шею.

Мэри Клер схватила его за уши, рассмеялась и прижалась к нему лицом.

— Если мы быстренько отсюда не вылезем, то продрогнем насквозь.

Харли вздохнул, теснее прижимаясь к ней бедром.

— Пожалуй, ты права, — сказал он с сожалением.

Опершись рукой о стену и подтягивая Мэри Клер за собой, он поднялся на ноги и сунул голову под холодную струю. Затем протянул руку и, завернув кран, встряхнулся всем телом, разбрасывая вокруг ледяные капли.

Харли сорвал с двери висящие на ней полотенца, бросил одно из них Мэри Клер и стал быстро вытираться, с улыбкой наблюдая, как она проделывает то же самое.

— Помылась? — спросил он.

Мэри Клер снова рассмеялась, осматривая кожу на локтях.

— Скорее помялась.

Фыркнув, Харли поймал женщину за руку, толкнул дверь и повел ее за собой, задержавшись лишь для того, чтобы прихватить фонарь.

Он остановился у кровати и поставил фонарь на тумбочку. Потом откинул одеяло и прижал Мэри Клер к себе. Она почувствовала, как зародившийся где-то глубоко у него в груди низкий стон, пробившись из легких к горлу, завибрировал на ее губах.

— Теперь, когда мы чистые, — хрипло прошептал он ей в лицо, — я могу заняться с тобой любовью.

Мэри Клер пораженно оглянулась на двери ванной, затем снова перевела взгляд на него.

— Но ты ведь только что это делал!

Харли накрыл ладонями ее груди и, вжимаясь бедрами в ее тело, усмехнулся краешками губ: