Месть. Финальный ход - Лея Вестова

развлечения, а потом представляет тебя как ту, кто все запрещает.

– И что мне делать? – я чувствовала себя загнанной в угол. – Если буду мягче – он увезет Матвея и скроется. Если буду жестче – ребенок возненавидит меня.

– Держись своей линии, – посоветовала мама. – Ты делаешь правильно, защищая сына. Пусть сейчас ему это не нравится, но когда вырастет – поймет.

– А если не поймет? А если суд решит, что Диме лучше воспитывать Матвея?

– Не решит, – мама обняла меня. – Ты хорошая мать. И любой здравомыслящий человек это увидит.

Когда мама ушла спать, а в доме воцарилась тишина, я, наконец, позволила себе то, что сдерживала много дней. Прошла в свою старую детскую комнату, где теперь ночевала, легла на кровать, уткнулась лицом в подушку. И разревелась.

Плакала долго, беззвучно, чтобы не разбудить родителей и Матвея. Плакала от усталости, от отчаяния, от ощущения полного одиночества. Я была одна против всех – против Димы, который превратился из любящего мужа в безжалостного противника, против Романа, который использовал меня в своих играх, против целого мира, где справедливость казалась недостижимой роскошью.

Семь лет назад я была счастливой женой, которая верила в вечную любовь и честные отношения. Я доверяла мужу, родила ему сына, строила с ним бизнес. А он решил избавиться от меня, как от надоевшей вещи. Просто потому, что я стала ему не нужна.

Теперь за эту наивность приходилось расплачиваться. Потерянной любовью, разрушенным доверием, компанией на грани краха. И самое страшное – Дима готов был отнять у меня Матвея.

Я представила, как мой сын живет с отцом, как постепенно забывает меня, как Дима рассказывает ему, какая плохая мама не смогла сохранить семью. Эта мысль причиняла физическую боль, словно кто-то сжимал мое сердце в кулаке.

Дорогие читатели!

Не забудьте подписаться на автора, чтобы не пропустить новинки.

С теплом и благодарностью, ваша Лея.

Глава 14

После угроз Димы относительно опеки над Матвеем я поняла, что нахожусь в критической ситуации. С одной стороны – муж, готовый использовать сына как оружие. С другой – Роман, чьи истинные мотивы становились все более сомнительными. Мне срочно нужна была объективная информация о том, с кем я действительно имею дело.

В понедельник утром я поехала в частное детективное агентство «Факт». Антон Сергеевич Крылов встретил меня в своем офисе – неброском помещении в деловом центре, обставленном функциональной мебелью. Мужчина лет сорока с внимательными глазами и располагающей манерой общения внушал доверие.

– Итак, вам нужна проверка Романа Викторовича Баринова, – он заглянул в свои записи. – Что конкретно вас интересует?

– Все, – ответила я без колебаний. – Его деловые связи, финансовое положение, личная жизнь за последние два года. Особенно меня интересуют его контакты с компаниями строительной отрасли и… – я помедлила, – любая информация о его планах относительно моей компании.

Антон Сергеевич кивнул:

– Подозреваете недобросовестную конкуренцию?

– Что-то более серьезное, – призналась я. – Есть основания полагать, что наше сотрудничество было инициировано не случайно.

– Понятно. Такая проверка займет примерно неделю, возможно, чуть больше. Мы изучим открытые источники, пообщаемся с нашими контактами в деловых кругах, проведем дискретное наблюдение.

– А можете ли вы выяснить, встречался ли он с конкретными людьми? – я достала телефон. – У меня есть список клиентов, с которыми он мог контактировать еще до нашего знакомства.

– Можем попробовать. Если контакты были официальными, следы обычно остаются в деловой переписке, журналах встреч, банковских записях.

Я продиктовала ему имена руководителей всех крупных клиентов «СтройИнвест», включая тех, кто еще не проявлял признаков беспокойства. Если Роман действительно готовил захват нашего бизнеса, он должен был изучить весь портфель заказчиков.

– И еще одно, – добавила я. – Меня интересует, давно ли он планирует работать в строительной сфере. Официально он занимался совсем другими направлениями.

– Проверим регистрацию новых компаний на его имя и имена близких людей, заявки на лицензии, участие в тендерах, – пообещал Антон Сергеевич. – Если он серьезно готовился к входу на рынок, документальные следы должны быть.

– А что касается личных отношений?

– Семейное положение, круг общения, возможные личные мотивы? – уточнил он. – Все изучим. Иногда бизнес-конфликты имеют очень личные корни.

Договорившись о сроках и оплате, я покинула агентство с ощущением, что наконец-то делаю что-то конструктивное. Слишком долго я полагалась на информацию, которую получала от самого Романа, или на собственные догадки.

Следующие дни прошли в напряженном ожидании. Я старалась вести себя с Романом как обычно, но каждый его звонок, каждое предложение о встрече вызывали внутреннее сопротивление. Особенно настораживало то, с какой легкостью он получал информацию о действиях Димы и состоянии нашей компании.

– У меня есть новости, – сообщил он во время очередного телефонного разговора. – Дмитрий пытается договориться с «ТехноСтрой» о переводе к ним проекта «Северный квартал». Видимо, надеется заключить прямой контракт в обход вашей компании.

– Откуда вы это знаете? – спросила я, пытаясь звучать заинтересованно, а не подозрительно.

– У меня есть контакты в «ТехноСтрое». Мы когда-то рассматривали совместные проекты, – легко ответил Роман. – Кстати, если хотите, я могу переговорить с ними. Объяснить ситуацию, убедить не поддаваться на уговоры Дмитрия.

Очередное предложение помощи. Роман всегда готов был решить мои проблемы, всегда знал, что делать. Слишком удобно для случайного союзника.

– Спасибо, но пока не нужно, – ответила я. – Сначала выясню детали сама.

– Как хотите. Но не затягивайте – «ТехноСтрой» может принять решение очень быстро.

После разговора я тут же связалась с директором «ТехноСтроя» Игорем Валентиновичем. Мы были знакомы по отраслевым мероприятиям, хотя никогда не работали вместе.

– Игорь Валентинович, добрый день! – постаралась звучать непринужденно. – У меня вопрос по проекту «Северный квартал». До меня дошли слухи, что вы можете быть заинтересованы в участии.

– О, Вероника Александровна! – он казался удивленным. – Не ожидал вашего звонка. А откуда информация? Мы действительно рассматриваем возможности, но пока ничего не решено.

– Понятно. А давно вы изучаете этот проект?

– Дмитрий Валентинович обратился к нам несколько дней назад, – Игорь Валентинович говорил осторожно. – Предложил рассмотреть варианты сотрудничества в связи со сложившейся в вашей компании ситуацией.

Значит, Роман знал о переговорах практически в режиме реального времени. Либо у него действительно были отличные источники информации, либо…

– Игорь Валентинович, а не обращался ли к вам ранее Роман Баринов? – решилась я на прямой вопрос.

Пауза длилась несколько секунд:

– Роман Викторович? Да, обращался. Месяца три назад, если не ошибаюсь. Интересовался нашими планами развития, возможностями партнерства.

Три месяца назад. Еще до того, как я обратилась к нему за помощью.

– А о чем конкретно спрашивал?

– О наших мощностях, о том, можем ли мы