Аурелия Хогарт - Поцелуи при луне

Значит, остается Рэнди Брэдсон, сказала себе Пэтти. Делать нечего, придется ехать к нему.

Придя к подобному заключению, она помрачнела еще больше. Общаться с Рэнди Брэдсоном ей хотелось меньше всего. Он был из тех, кого за глаза называют «скользкий тип». Держал в Порт-Смите антикварный салон, но интересы его распространялись гораздо шире. Он занимался всем, что могло принести деньги.

Пэтти вздохнула. Мысль о том, что придется встречаться с Рэнди Брэдсоном, была ей ненавистна. Вместе с тем она понимала, что никуда от этого свидания не денешься. Придется ехать, причем прямо сейчас, потому что утром предстоит подписание договора с Брайаном у нотариуса. К тому времени все вопросы должны быть решены. Точнее, один вопрос, имеющий прямое отношение к Олафу.

Кроме того, сегодня Пэтти еще должна была вернуться в цирк, чтобы вместе с Джоном принять участие в текущих делах. Нельзя же сваливать все на него одного…

Бросив взгляд на наручные часы, Пэтти как была, в шортах и футболке, покинула свою комнату, быстро спустилась по лестнице и направилась на кухню — предупредить бабушку Кэтти, что уезжает. Затем выбежала из дому, прыгнула все в тот же пикап, на котором ездила сегодня полдня, и двинулась в город.

Антикварный салон Рэнди Брэдсона находился в историческом квартале, в тупике, ответвлявшемся от Санрайз-авеню, главной улицы, которая делила город на две почти равные части, одним концом упираясь в набережную.

Притормозив у высокого бордюра и выпрыгнув на отполированные до блеска камни старинной мостовой, Пэтти стремительно зашагала к антикварному салону, но перед самым входом вдруг остановилась. Ей впервые пришло в голову, что для подобного визита, пожалуй, следовало бы переодеться. Взглянув на дверь, представлявшую собой цельный пласт затемненного стекла, она увидела свое отражение — шорты, голые ноги, простые сандалии, тесноватая футболка, растрепанные волосы. Вид что надо…

Тем не менее отступать было поздно — раз уж приехала, нужно идти. Да и неизвестно еще, на месте ли Рэнди Брэдсон. Не исключено, что его придется искать по всему городу.

Рэнди Брэдсон оказался на месте.

— Шеф у себя в кабинете, — сказала элегантная продавщица, окинув Пэтти взглядом с головы до ног. Затем с сомнением добавила: — Только не знаю, примет ли он вас…

— А вы скажите, что его хочет видеть Пэтти Хэмстон.

Голубые глаза девицы насмешливо вспыхнули, губы изогнулись в ироничной усмешке.

— Думаете, это подействует?

— Вы передайте мистеру Брэдсону мои слова, а там видно будет.

— Ну… хорошо. Подождите здесь. — Обменявшись многозначительным взглядом с другой продавщицей, девушка исчезла в коридорчике, ведущем куда-то в недра здания.

Пэтти осталась на месте. Машинально оглядываясь по сторонам, она заметила, что другая продавщица не сводит с нее глаз.

Опасается, как бы я чего не стибрила, догадалась Пэтти. Наверное, мой вид кажется ей подозрительным. Впрочем, понятно, вряд ли кто-то из их покупателей приходит сюда в шортах.

Однако долго раздумывать над этим вопросом не пришлось. Тишину салона нарушил звук быстрых шагов, и через мгновение из коридорчика показался Рэнди Брэдсон собственной персоной — в дорогом летнем костюме, изысканном галстуке, аккуратно причесанный и как будто даже напомаженный. За ним семенила элегантная продавщица.

— О, кто к нам пожаловал! — воскликнул он, устремив взгляд на Пэтти. — Глазам своим не верю… Неужели Пэтти Хэмстон? Какими судьбами?

Краем глаза Пэтти заметила, что остававшаяся в салоне продавщица, на миг повернувшись к Рэнди Брэдсону, тут же вновь посмотрела на нее. На этот раз удивленно. Вероятно, далеко не каждого посетителя ее шеф встречает лично. Что же ты за птица? — читалось в глазах девушки.

— Здравствуйте, — сдержанно произнесла Пэтти, глядя прямо Брэдсону в лицо. — Пожалуйста, уделите мне несколько минут. Есть разговор.

— О, разумеется, дорогая моя! — воскликнул тот. — Прошу ко мне! — Приблизившись, он взял Пэтти под локоток и увлек в коридор.

Обе продавщицы, стоя бок о бок, смотрели им вслед.

11

Приведя Пэтти в кабинет, Рэнди Брэдсон усадил ее в необъятное кожаное кресло и тут же направился к бару. Пэтти отметила про себя, что он подчеркнуто не замечает ее простецкого внешнего вида.

Открыв дверцу бара, Брэдсон повернулся к Пэтти.

— Выпьешь чего-нибудь? Бокал вина? У меня есть кьянти…

Она качнула головой.

— Спасибо, не нужно.

— Бренди с содовой?

— Нет-нет.

— Мартини?

— Благодарю, но…

— Виски со льдом и лимоном?

Пэтти вздохнула.

— Спиртное в такую жару…

— Ах да! — спохватился Брэдсон. — В таком случае могу предложить минеральную воду.

Вновь качнув головой, Пэтти нетерпеливо пошевелилась в кресле.

— Воды тоже не нужно. Послушайте, Рэнди, я не для того пришла, чтобы… кхм… Словом, у меня не так уж много времени, поэтому, если не возражаете, перейдем к делу.

Рэнди Брэдсон побарабанил пальцами по дверце бара, затем захлопнул ее и повернулся к Пэтти.

— Дорогая, я уже столько раз просил не называть меня на «вы», а ты все продолжаешь!

— Но… — начала было Пэтти, однако он жестом остановил ее.

— Ничего не хочу слышать. Пока не скажешь «ты», ни о чем не стану разговаривать.

Вообще-то Пэтти было безразлично, как называть этого щеголя, тем более сейчас, когда ей стало известно о его свинском поступке по отношению к деду Теду.

— Хорошо, пусть будет как ты хочешь, — слегка пожав плечами, произнесла она.

Рэнди Брэдсон расплылся в довольной улыбке.

— Наконец-то! Давно бы так… А то все ломаешься, держишь меня на расстоянии, все тебе разница в возрасте мешает. Обидно, ей-богу… Можно подумать, я старик. Всего лет на восемь старше тебя! — Глаза Брэдсона блеснули. — А знаешь что? Давай все-таки выпьем по случаю перемены в наших отношениях!

Он снова потянулся к дверце бара, но Пэтти решительно пресекла его намерение.

— Нет! Я хочу говорить с тобой на трезвую голову.

Брэдсон смерил ее насмешливым взглядом.

— Боже правый, что же это за разговор такой?! Признаться, ты меня заинтриговала.

— Ты меня тоже, — буркнула Пэтти, нарочно нажимая на слово «ты» — дескать, просил, получай!

Правая бровь Рэнди Брэдсона удивленно поползла вверх.

— Я? Что такое? Ты так говоришь, будто я чем-то провинился.

Точно такое невинно-озадаченное выражение Пэтти видела на его лице в прошлом году, когда он попытался ее поцеловать, но получил отпор.