Елена Земляника - Улыбка девушки с экрана (СИ)

  - Думаю, я лучше пойду.

  Когда его мама ушла, Ильяс взял мою руку и прижал к совей щеке, потом к губам.

  - Я каждый день думал о тебе! Как же сложно было сосредоточиться на работе в эти дни! - проговорил он.

  Я мягко отняла руку и провела пальцем по его бровям, потом по складке, что залегла выше переносицы, разглаживая её.

  - Я тоже соскучилась! - призналась тихо.

  Официант принёс основное блюдо для Ильяса и десерт для меня. Я помнила, как хочется есть после переноса, поэтому молча ждала, пока любимый мужчина насытится.

  - Значит, теперь осмотр достопримечательностей? - спросил он, когда мы закончили с едой. - Как же я люблю это мероприятие!

  Я вспыхнула, вспомнив, как в прошлый раз закончилось наше намерение об осмотре достопримечательностей. Увидев мою реакцию, Ильяс улыбнулся:

  - Да, интересная тогда была экскурсия! Жаль, очень краткая! Не смотри на меня так укоризненно, Эля! Это такое приятное воспоминание!

  Я согласно кивнула, но сменила тему, указывая в окно:

  - Хочу вон тот дворец осмотреть!

  Мы вышли из отеля на площадь, выложенную брусчаткой. Подойдя к памятнику, я смогла рассмотреть, что он установлен в честь какого-то ангалларийца с мужественным красивым лицом. Сделал снимок памятной таблички и отправила в онлайн для перевода. Текст гласил: «Первому лорду манора при Океании, Сидману Ангалларийскому».

  - О, это предок будущего мужа твоей кузины! - довольная ответиал я, - Может, и этот дворец принадлежит ему?

  - Скорее всего так и есть. Я немного почитал онлайн про Дмитрия Ангалларийского. Упёртый мужик! Ставит цель и идёт к ней напролом, - восхищённо сообщил Ильяс.

  Тем временем мы дошли до дворца. Маен Шереметьев заплатил за вход в само здание и на территорию прилегающего парка. Во дворце меня больше всего привлекли картины, изображающие историю Океании и установление манора. Я так долго стояла перед картиной мужественного Сидмана, ведущего свой манор на бой с морскими чудищами, что Ильяс ревниво увёл меня дальше.

  - Интересно, а Дмитрий Ангалларийский похож на своего предка? - задумчиво проговорила я, когда мы уже прогуливались по ухоженной дорожке парка.

  - Эля, не заставляй меня нервничать! - сердито проговорил маен Шереметьев. - Хорошо ещё, что я точно знаю, этот принц без ума от Насти!

  - Да мне просто будет приятно посмотреть на красивую пару завтра! - возмутилась я его подозрениям и поцеловала, чтобы не хмурился.

  - Я успокоюсь только после того, как мы улетим с Ангалларии. Местные слишком смазливы! - ответил мой ревнивец.

  Мы набрели на беседку, увитую цветами.

  - О, это то, что мне сейчас нужно! - обрадовался Ильяс, увлекая меня внутрь. - Наконец-то можно побыть с тобой наедине.

  Я рассмеялась и указала ему на табличку с информацией на межпланетном языке. «Уважаемые посетители! Просьба быть внимательными! В данном месте отдыха установлены камеры наблюдения во избежание противозаконных действий!»

  - Это не планета, а камера пыток! - застонал маен Шереметьев. - Сначала это правило, по которому нельзя заселяться парой, если не женаты. Теперь это!

  Он посмотрел на меня и смутился своей вспышке гнева. В скором времени мы закончили осмотр парка и вернулись на площадь.

  - Слушай, раз он лорд манора при Океании, значит где-то рядом океан? - размышляла я, глядя на памятник.

  - Да, он совсем близко! - улыбнулся Ильяс, увидев как загорелись ожиданием мои глаза, - хочешь, слетаем?

  - Да, да, да! - я от радости чуть не прыгала.

  - А купальник у тебя есть? - спросил он, пока мы шли к круизмобилю.

  - Если ты случайно не прихватил тот, что я оставила у тебя дома, то нет, - ответила я.

  - Тогда сначала нужно взять полотенца и купить тебе новый купальник! За мной долг, я же забыл его тебе вернуть, - улыбаясь своим мыслям, сказал Ильяс и мы вернулись в отель.

  Пока я выбирала купальник в мини-маркете на первом этаже отеля, маен Шереметьев съездил в номер за чистыми полотенцами. И мы полетели навстречу простору.

  Я была в восторге. Сначала океан блеснул вдалеке искрами, а потом заполнил весь обзор до горизонта. Когда вышли из круизмобиля, то добавились ещё шум прибоя и крики чаек. Я сразу сняла босоножки и пробежалась по влажному песку. Следы моих ног тут же смыло волной. Я набрала в ладони солёной воды и обрызгала невозмутимого Ильяса.

  - Резвись! - великодушно отреагировал он. Потом поймал меня, прижал к себе спиной и поцеловал в шею.

  - Эля, выходи за меня замуж! - сказал он просто.

  Я резко обернулась и стукнулась лбом о его подбородок. «Ну вот, всю романтику испортила!» - огорчённо подумала, потирая лоб.

  - Хороший удар! - прокомментировал Ильяс, трогая свой подбородок и дуя мне на лоб как ребёнку, который ушибся.

  Потом он встревоженно посмотрел мне в глаза:

  - Ты не ответила, Эля!

  - Согласна! - ответила я и поцеловала его.

  Мы были на малолюдном пляже, лишь вдалеке были видны отдыхающие.

  - Надеюсь,здесь нет камер наблюдения! - проговорил любимый мужчина, - а то меня так и тянет на не публичные действия.

  Я рассмеялась:

  - Маен Шереметьев, что вы собираетесь делать?

  Он улыбнулся и достал из кармана коробочку, открыл и вынул оттуда кольцо.

  - Для начала официальная часть, - сказал Ильяс, надевая кольцо мне на руку.

  - Красивое! - я полюбовалась непривычным украшением, - а потом? После официальной части?

  - Отдыхательно-развлекательные мероприятия! - торжественно объявил он, подхватывая меня на руки и кружа.

  Потом поставил меня на ноги, бережно поддерживая, и поцеловал. Ощущение было, как будто мир продолжал кружиться и лишь мы с ним вдвоём замерли в эпицентре вселенной.

  Позже я переоделась в купальник, благоразумно спрятавшись в круизмобиле. Мы плавали в океане недалеко от берега и целовались.

  - Кажется, я уже полностью пропиталась солью! - засмеялась я, когда Ильяс в очередной раз вынырнул рядом и поцеловал.

  - Тогда давай на берег, русалка! - скомандовал он, скользнув рукой по моему телу.

  Завернувшись в полотенце и сев на большой тёплый камень на берегу, я наблюдала, как Ильяс ещё плавает и ныряет в волнах. Потом полюбовалась кольцом, камень которого поблескивал от вечерних лучей сразу двух светил.