Бетти Райт - Букет новобрачной

— Иди, иди. Не заставляй себя слишком долго ждать. — И, даже не взглянув на нее, Артур отправился на кухню.

6

Лиз вошла в кабинет и опустилась в кресло. Она взяла трубку и медленно поднесла ее к уху.

— Да, слушаю! — пробормотала она.

— Лиз, это ты? — раздался мужской голос.

— Да… — Трубка чуть не выпала из ее рук. — Кто это?

— Додди Майлс, — назвался мужчина.

Лиз даже наморщила лоб, стараясь припомнить, кто же это — Додди Майлс? О господи! Конечно же, это режиссер съемочной группы, с которой она только что работала!

— Я что, позвонил не очень вовремя? — спросил Додди. — Может, мне перезвонить попозже? Мистер Крейг, по-моему, был недоволен.

Лиз прекрасно понимала, как мог говорить с ним Артур.

— А ты назвал себя? — поинтересовалась она.

— Не успел, он сразу пошел звать тебя. Ну да ладно, я рад, что нашел тебя, Лиз. Куда только ни звонил — и домой, и в гостиницу, но безуспешно. Вот я и подумал, что ты можешь быть здесь, в коттедже.

— Да, я здесь. — Лиз наконец взяла себя в руки, и голос ее стал звучать уверенней. — Помогала мистеру Крейгу, но мы сегодня уже закончили работу, и завтра я уезжаю домой.

— Понятно. Буду предельно краток. Мы с Диком тут все обсудили и пришли к заключению, что нам хорошо бы иметь второго оператора. И решили предложить работу тебе. Ты замечательная девушка, и мы были бы рады принять тебя в свою компанию. Как ты на это смотришь?

Лиз даже привстала в кресле.

— Это так неожиданно… — проговорила она. — Я, право, не знаю…

— Можешь все спокойно обдумать. Мы утром уезжаем на съемки в Шотландию, но послезавтра будем в Лондоне. Если тебя заинтересует предложение, встретимся и обсудим условия.

— О, конечно, — обрадовалась Лиз. — Спасибо вам за то, что вспомнили обо мне. Все это очень заманчиво. Мне, честное слово, было очень приятно работать с вами.

Потом она справилась о здоровье Дика, они попрощались, и она положила трубку. Лиз сидела, уставившись на телефон. Все закрутилось так неожиданно… Но как теперь себя вести с Артуром? Он наверняка подумал, что звонил жених, которому она оставила этот номер телефона. Дурацкая ситуация! Надо бы сказать ему правду о кольце…

Дверь распахнулась, и вошел Артур. Он прошел к письменному столу и сел напротив Лиз в свое кресло. Она подумала, что вот так они с ним провели немало часов вместе, работая над книгой…

— Поговорила? — спросил он.

Он говорил обычным тоном, словно ничего такого не произошло. Может, так и есть — ничего не случилось. Для него, по крайней мере. Ну, поцеловал симпатичную девушку, поддавшись импульсу, так что из того?

Лиз кивнула.

— Да, поговорила. Спасибо.

— Ну и хорошо.

Повисла неловкая пауза. Артур явно хотел ей что-то сказать, но колебался.

— Послушай, Лиз, — наконец начал он, осторожно выбирая слова. — Давай подведем черту под тем, что происходило последние полчаса. Я должен был вести себя сдержанно, как настоящий джентльмен, но этот разговор о Париже навеял всякие фантазии. Ты очень хороша собой, да ты, я уверен, сама это знаешь, мне было трудно устоять.

Он откинулся на спинку кресла и посмотрел на Лиз с непонятным, серьезным и выжидающим выражением лица. Ей не понравилось его объяснение — словно он говорил о посторонних людях. Снова наступила томительная пауза. Лиз совсем растерялась.

— Если бы ты была моей девушкой, — заявил вдруг Артур, — я бы ни за что не уехал за границу и не оставил тебя одну. Чуть даже не сказал об этом твоему парню.

Значит, он действительно решил, что звонил ее жених! И вспомнил о своей Ирме… Могла же и она позвонить ему в самый неподходящий момент.

Лиз почувствовала, что задета ее гордость, и рассердилась. Предположим, он действительно не помнит об их первой страстной близости — или не желает вспоминать из-за этой своей длинноногой манекенщицы. Но и сегодняшнее его поведение по отношению к ней не очень-то устраивает Лиз. Артур, похоже, просто боится осложнять свою жизнь. Иначе почему же его охладил этот несчастный звонок? К чему все эти дурацкие объяснения? Разве он мог не почувствовать, с каким желанием она только что чуть не отдалась ему здесь, на диване.

Щеки Лиз покрыла краска стыда.

— Это шампанское на меня так подействовало!.. — воскликнула она.

— Дьявольский напиток! — рассмеялся Артур.

Похоже, им обоим было совсем не смешно, но они оба расхохотались. Потом Лиз встала.

— Мне действительно пора идти. Надо еще упаковать вещи. Правда, я хотела отпечатать здесь свое резюме для поступления на работу. Если ты не против… Может быть, я заеду завтра утром и все сделаю? Я приеду после твоего отъезда, чтобы не мешать. Я, наверное, встану завтра попозже, еще поплаваю в море на прощание.

Артур кивнул.

— Я оставлю ключ под ковриком у порога, а ты его потом положишь в почтовый ящик. — Тут он нахмурился. — Кстати, о морских купаниях. Ведь я испортил тебе отдых, так? Обычный эгоизм писателя — мы ни о чем не помним, кроме собственных произведений.

Он достал из кармана бумажник. Лиз широко раскрыла глаза — неужели он сейчас предложит ей деньги? Это было бы очень жестоко… Но Артур достал из бумажника визитку.

— Вот мой лондонский адрес, — сказал он, — на тот случай, если я тебе вдруг понадоблюсь. И ты дай мне, пожалуйста, свой адрес и телефон.

Сидя рядом с Артуром в машине, Лиз сквозь слезы всматривалась в освещенную яркими фарами дорогу — они в последний раз вместе спускаются с этого крутого холма. Последний раз видит она Артура. Судьба свела их дважды — та же судьба разведет их сейчас, каждый отправится своим путем. Лиз закусила губу, стараясь не разрыдаться.

Они доехали до гостиницы слишком быстро. Артур остановил машину у входа и, оставив мотор включенным, вышел и открыл дверцу для Лиз.

С минуту они стояли друг против друга в молчании. Потом Артур протянул руку:

— Не люблю долгих прощаний. Уверен, что мы еще встретимся, поэтому — до свидания, Лиззи! Желаю тебе удачи, а главное — счастья.

Даже не дождавшись ответа, он быстро сел в машину. Хлопнула дверца. Взревел мотор. Лиз, словно марионетка, у которой подрезали веревочки, поплелась к двери. Только бы скорее добраться до кровати, упасть на нее, зарыться в подушку и дать волю слезам.

Ночь для нее была сплошным мучением. Она знала с самого начала, что расстаться с Артуром будет нелегко — слишком глубоко запал он ей в душу, даже если бы они удержались в рамках дружбы. Но все бастионы, воздвигнутые Лиз, Артур разрушил одним махом. Зачем он заключил ее в свои объятия, целовал так неистово? Для него это приключение — «навеянная фантазия», он забудет о ней очень скоро. Для Лиз — искра необычайного счастья, и она будет это помнить всегда.