Милая, у нас не будет развода - Арина Арская

class="p1">— А у тебя выбора нет.

— Как и у тебя.

— Будешь с клюкой убегать в кружевных трусах, я догонять и в тебя кончать.

Я распахиваю глаза под волной стыда и хочу сползти под кровать, но вместо этого сглатываю и хрипло шепчу:

— Нравятся тебе все эти пошлости…

— Нравятся, — выдыхает в губы. — И нравится кончать в тебя. Лежишь сейчас вся такая мной нафаршированная…

— Хватит! — накрываю лицо ладонями под смех Егора, который стискивает меня в объятиях и прижимает к себе. — Ужас… За кого я замуж вышла…

— Обратно уже не сбежишь, — понижает голос до шепота. — Ты уже готова меня трогать?

— И я хочу, чтобы ты молчал, — убираю руки с лица и всматриваюсь в расширенные зрачки. — Когда я главная, ты молчишь.

— Ты хочешь, чтобы я побыл бревном с торчащим сучком?

— Именно, — медленно выдыхаю.

— Да будто я сейчас против полежать бревнышком…

— Заткнись, — цежу я сквозь зубы и затыкаю его поцелуем, а затем переворачиваю на спину. — Надоел. Может, мне кляп для тебя купить?

Егор вскидывает бровь и медленно моргает, но ничего не говорит, впечатленный моей угрозой.

Я сажусь прямо на его член. Придавливаю его лоном к его лобку, и он подо мной вздрагивает и наливается кровью.

— Спорим, что злая лисичка доведет веселого мишутку до оргазма без одной фрикции, — с вызовом прищуриваюсь.

— О, святые ежики… — выдыхает Егор и хрипло продолжает. — Не верю…

Глава 29. Суровые лягушата

— Тише, — приваливаюсь к Егору и прижимаю палец к его губам. — Мы должны быть мушками.

А затем прыскаю от смеха и пьяно смеюсь в его грудь. Его ведет назад, к стене, и он сносит рукой с комода чашку для ключей.

Грохот, мы замираем, вслушиваемся в тишину в темноте и смеемся, а после затыкаем друг другу рты ладонями.

— Тихо…

— Тихо…

Зажмуриваемся, когда раздается щелчок и вспыхивает свет.

— Явились, — слышим недовольный голос Саши.

Стоят наши сыновья в пижамах у лестницы, скрестив руки на груди.

— И пьяные, походу, — Паша щурится.

— Мы? И пьяные? — бубнит мне в ладонь Егор. — Только если от любви… — смотрит на меня и опять бубнит, — правда, дорогая?

— Определенно, — хрюкаю от смеха в его ладонь.

— Отвратительно, — подытоживает Паша.

— Это еще что такое? — Егор решительно отстраняется от меня и делает воинствующий шаг к сыновьям. — Нам уже давно за восемнадцать… Мы даже вас, — грозит пальцем и немного пошатывается, — успели родить. Родили, а теперь вот такое терпим. Я возмущен.

Я приваливаюсь к его спине и обнимаю:

— Не ругайся. Когда вот вырастут, то поймут. Все-все поймут… — вздыхаю. — Ты такой теплый… И я тебе так люблю…

Егор резко разворачивается ко мне, сгребает в охапку и целует, ловко поддавшись вперед корпусом.

— Да фу!

— Да блин!

— Ну не при нас же!

— Я целую свою любимую жену, — Егор смотрит на Сашу и Пашу. — Вот так, да. У вас тоже будут жены, если что!

— Вот такого счастья мне точно не надо, — Саша закатывает глаза и поднимает по ступеням.

— Ага, не надо, — Паша зло следует за ним. — Нафиг жен.

— Эй! — охаю я. — Вы мне такие угрозы тут не кидайте! Жены будут и точка! а то вы такими темпами решите остаться жить с нами до старости!

— Они уже нас выгоняют из дома, — Саша возмущенно смотрит на Пашу. — Прикол, да?

— Обхохочешься, — фыркает Паша. — Завтра невест приведут.

— Еще рановато до невест, — Егор цокает.

— И жениться будете по любви, — прижимаюсь к нему. — Не по нашей указке. Нет-нет-нет. И в ваш выбор не будем лезть.

— Не будем? — Его с удивлением смотрит на меня.

— Нет, — качаю я головой. — Зачем?

— За тем, что мы лучше знаем, — хмыкает с наигранным самодовольством.

— Нет, — отстраняюсь и потягиваюсь, — я планирую с невестками дружить. Во-первый, — загибаю палец, — будет с кем по магазинам ходить. Во-вторых, — загибаю второй палец, — будем вместе маникюрчики, прически делать. В-третьих, — загибаю третий палец и задумываюсь, а после фыркаю, — да пофиг. Буду дружить. Я юуду классной свекровью.

— Не спорю, — Егор кивает. — Самой лучшей свекровью.

Саша и Паша на лестнице возмущенно и ревниво смотрят на нас.

— Все, марш спать, — Вскидываю руку и меня покачивает.

Егор со смехом меня приобнимает, и мы опять хохочем.

— И каждый раз ваши свидания так будут заканчиваться? — спрашивает Саша.

— Я сейчас вас выпорю, — шутливо отзывается Егор. — Сначала бабки нас отчитывают, а теперь маленькие лягушата?

— Ой, пошли, Сань, — Паша скрывается в коридоре. — Завтра на них с утра посмотрим.

— И помним, что вы теперь сами по будильнику встаете! — Егор повышает голос. — А потом завтрак готовите!

— Ты вот таким за руль сел? — Саша вскидывает бровь.

— да ты посмотри на него, — Егор упирает руки в боки. — Нет, не сел. Мы вызвали трезвого водителя.

Хихикаю в плечо Егора.

Хочется верить, что для серьезного дядечки с седыми усами мы были не самыми громкими и придурочными клиентами.

Мы пели песни, целовались, смеялись и делились с ним, что съедобны лубриканты полная херня.

— Трезвый водитель? — вскидывает бровь Саша.

— Я же не тупой, в самом деле, — Егор хмурится.

— Да, и берите пример со своего папули, — с мечтательным вздохом приваливаюсь к плечу Егора, который важно приосанивается. — Во всем.

— Ой все, — Саша медленно моргает и уходит. — Капец. Налакались, как коты валерианки.

— Я твой котик, — влажно шепчет Егор мне в ухо. — Мур-мур-мур…

— Мур-мур-мур, — отвечаю я и опять смеюсь.

— Т-ссс, — Егор прижимает палец к моим губам, — а то нам сейчас опять прилетит от ревнивых лягушат.

— Слушай, — щурюсь я, — как у лисички и медведя родились лягушата.

— Природа удивительна, — Его обхватывает мое лицо ладонями, — но у лягушат есть все шансы стать мишками.

— Вы сами-то спать идете, нет? — раздается со второго этажа голос Паши.

— Такие вредные, — шепчу я и криком отвечаю, — идем!

— Только осталось справиться с этими ступенями, — Егор с угрозой щурится на лестницу. — Я сейчас хочу подхватить тебя на руки и…

— Да вы с этой лестницы тогда оба упадете и шеи переломаете, — отвечает Саша. — давайте нас еще сиротами оставьте после свиданки!

— Дельное замечание, — вздыхает Егор.

— Давай по-тихонечку, — делаю шаг к лестнице, — по стеночке.

— А завтра вам будет стыдно, — сердито отзывается Паша из темноты.

— Не будет, — смеюсь я. — Мы знали, на что шли. И ни о чем не жалеем.

— Совершенно ни о чем не жалеем! — громко соглашается Егор. — Привыкли к скучным и занудным родителям, а мы не такие… — останавливается и делает передышку, опершись рукой о стену. — Мы дикие и необузданные.

— Вам воды принести? — тихо интересуется Саша.

— Да, было неплохо, — выдыхает Егор и смотрит