Хелена Фенн - Дорога к любимому

— Идем, я покажу тебе мою картинку, потянула Эрнеста за собой Эва, и тот послушно пошел за ней.

С чрезвычайно серьезным видом он выслушал объяснения начинающей художницы и выразил свое восхищение.

— А у меня есть для тебя подарок, малышка, — затем сказал он. — Пойди посмотри в моей сумке.

Эва, радостно взвизгнув, помчалась к дорожной сумке Эрнеста. И в одну минуту извлекла из нее два платья — бело-розовое с оборками и голубое, завязывающееся на талии пышным бантом. Тут же забыв обо всем на свете, девочка упорхнула наверх — мерить обновки.

— Может, ее пора учить читать? — улыбаясь спросил Эрнест.

— Она пока еще мала, — возразила Мейбл. — Где ты купил такие прелестные платья, Эрни?

— Я знаю один магазинчик в Лондоне. Именно там я всегда покупаю своей крестнице подарки на Рождество и дни рождения. Кажется, это лучший способ понравиться женщинам, не так ли?

— Да, ты знаешь путь к сердцу женщины, — согласилась Мейбл.

— Правда? — Эрнест ответил ей неопределенной улыбкой. — А вот тебе наряд я не решился купить.

— Ну, это и необязательно.

— Пойми, мне не жалко денег. Просто я пока еще не очень представляю, что тебе может понравиться.

— Ты прав. — Мейбл чувствовала себя сапером-новобранцем на минном поле и опасалась допустить даже микроскопическую ошибку, чтобы не нарушить хрупкое равновесие их отношений. — Я же не жду от тебя…

— Мейбл… — Эрнест подошел и обнял ее за плечи, глядя в напряженное лицо девушки. — Это моя вина. Надо было поздороваться с будущей женой как положено. — Он прижал ее к себе, и Мейбл ощутила тепло его тела.

Я ведь выхожу за него замуж только ради Эвы, подумала она. Почему же тогда столь бурно реагирую на его объятия, почему не в силах увернуться от его поцелуя? Да потому что влюбилась в него как последняя дура! Он-то, наверное, испытывает ко мне только физическое влечение, а о любви и не помышляет…

Да, Эрнест очень заботливый, добрый, но ревнивый и не доверяет женщинам. Он словно заранее считает, что любая женщина способна обмануть его… Нет, мне самой надо к психоаналитику, подумала Мейбл.

А Эрнест тем временем целовал ее долгим страстным поцелуем, от которого трепетное женское сердце забилось сильнее. Мейбл нестерпимо захотелось признаться, что она любит его.

— Меня тоже обнимите! — Между ними протиснулась Эва, уже успевшая надеть новое голубое платье и спуститься вниз.

— С удовольствием, моя хорошая, — заверила малышку Мейбл, облегченно рассмеявшись: еще мгновение, и она, возможно, сказала бы то, о чем весьма скоро пожалела бы. — Мы тебя очень любим.

— Вы с Эрнестом теперь будете моими мамой и папой?

— Да, милая. — Мейбл так расчувствовалась, что чуть не заплакала.

Эрнест отступил на шаг и сказал очень серьезно:

— Теперь мы одна семья. — Потом весело добавил: — Ну что, пойдем купаться?

Переодевшись, они направились на пляж. Солнце все еще палило, хотя дело близилось к вечеру. На берегу никого не было. Выбрав место, Эрнест воткнул в песок солнцезащитный зонт, расстелил полотенца и посмотрел на Мейбл. Она скинула сарафан и осталась в одном черном купальнике. Пристальный оценивающий взгляд Эрнеста обжег ее сильнее, чем лучи солнца.

Стараясь избавиться от чувства неловкости, Мейбл взяла девочку за руку и побежала к морю. Но Эрнест присоединился к ним на мелководье. Визжа от восторга, Эва носилась по кромке воды, убегая от него. Когда Эрнест догонял ее, то подбрасывал вверх. Устав, девочка плюхнулась на теплый песок и попросила Эрнеста поймать теперь Мейбл.

— Думаешь, ей понравится? — спросил тот, окидывая девушку насмешливым взглядом.

— Конечно! — Эва захлопала в ладоши. — Поймай ее и тоже подбрось вверх!

— Эрни, прошу тебя… Не надо… — начала Мейбл, отступая от берега все дальше и дальше.

Но он уже в следующую секунду оказался рядом и ухватил ее за талию, увлекая за собой на глубину.

— Ты не слишком-то много весишь — пожалуй, я справлюсь! — воскликнул Эрнест и, вытащив ее из воды, усадил себе на плечи.

Мейбл вцепилась ему в волосы, боясь упасть. Мощные мышцы Эрнеста напряглись, и он, приподняв, скинул ее в воду. Мейбл завизжала не хуже Эвы. А Эрнест снова подхватил ее на руки.

— Если ты не испытываешь ко мне отвращения, можно пересмотреть условия нашего контракта, — прошептал он, прижимая Мейбл к себе и ласково гладя ее по спине.

Она ощутила, как напряглось его тело, охваченное желанием. А глаза стали такими же глубокими и темными, как море на закате. Однако, почувствовав ее смятение и то, как она пытается вырваться из его рук, Эрнест разжал объятия. На лице его промелькнула усмешка.

Мейбл отвела взгляд, машинально отметив, что девочка в безопасности. Найдя у самой кромки воды белые округлые камешки, Эва начала их складывать на берегу с целью, понятной, очевидно, только ей одной.

— Я не… Эрни, пойми, секс только осложнит ситуацию, — прошептала Мейбл, краснея. — Мы должны оставаться друзьями… ради Эвы. Разве не так?

— Хочешь сказать, что если мы начнем вместе спать, то прощай дружба?

— Ты прекрасно знаешь, что я хочу сказать! — вспылила Мейбл. — Как думаешь, почему платонические отношения долговечнее сексуальных?

— Понятия не имею, — невозмутимо пожал плечами Эрнест. — Но мне придется потакать твоим прихотям, раз ты делаешь мне одолжение.

— Вот как?

— Конечно. — Эрнест посмотрел ей прямо в глаза, и Мейбл затаила дыхание, ожидая, что он скажет. — Я вижу, как ты играешь с Эвой, как заботишься о ней, а это много для меня значит. Девочка очень переменилась за эти несколько дней, ты идеально подходишь на роль матери, Мейбл.

— Эрни, не надо меня благодарить, — смутилась Мейбл. — Эва такая милая, ее легко любить, даже когда она немного капризничает.

Он покачал головой, не отрывая взгляда от лица Мейбл, и под этим проникновенным взглядом ее сердце стало таять, как воск под солнцем.

— Нет, ты особенная, Мейбл. Любить чужого человека нелегко. Есть люди, которым вообще не дано испытать это чувство.

Мейбл ответила ему улыбкой.

— Знаешь, тебя тоже не назовешь ординарным. Немногие из мужчин пожертвовали бы свободой, приютив осиротевшего ребенка. Я восхищаюсь тобой.

Затем какое-то время оба молчали.

— Мы с тобой, выходит, святые, — наконец усмехнулся Эрнест. — Что ж, надеюсь, наш союз окажется прочным. Крепись, на тебя ложится большая ответственность.

Их разделяло лишь несколько дюймов воды, но Мейбл показалось, что между ними каменная стена.

— Послушай, Эрни. Моя фирма сейчас испытывает определенные финансовые затруднения, — переменила тему Мейбл. — Берт позвонил мне и сообщил, что деньги начали поступать нерегулярно. Поэтому если ты поможешь мне наладить дело, то сделаешь большое одолжение…