Беверли Терри - Отныне только легкий флирт

– Спасибо, с радостью! – У нее никогда не возникнет желания относиться серьезно к мужчине, который не появляется в обществе дважды с одной дамой, а значит, она вне опасности.

Они договорились еще о некоторых деталях, после чего Холли со вздохом повесила трубку.

До конца недели Холли помимо своих обычных обязанностей встретилась с журналистом из газеты «Кроникл» и с корреспондентом местной радиостанции, ведущим публицистическую программу. Она показала каждому фотоматериалы, касающиеся будущей пристройки к приюту, и объяснила, почему часть необходимых для нее средств должна быть собрана в городе.

Оба ее собеседника проявили живой интерес к планам поднять кампанию за сбор средств среди горожан, и Холли показалось, что они не знают, как настроен Чемберс. Она даже засомневалась: а что, если она напрасно судит так плохо о нем? Ему, правда, удалось добиться того, что время сбора денег приютом ограничили смехотворно коротким сроком, но, может, он зато не станет вставлять им палки в колеса?

Однако визит в редакцию местной радиостанции убедил ее, что это совсем не так.

– Мы, конечно, готовы сделать передачи о сборе денег в интересах приюта, – сказала в заключение их беседы заведующая редакцией Элси Нокс, веснушчатая женщина с волосами цвета соломы, чем-то похожая на лисичку. – Но как получилось, что у приюта всего лишь два месяца для мобилизации средств? За это время не разгуляешься. Такой срок оговорен в завещании старого Айры?

Холли насторожилась – уж очень вызывающим был тон миссис Нокс.

– Не совсем, – ответила Холли с внезапной осторожностью. – Таково было решение суда.

Заведующая, меча взглядом молнии, перегнулась через стол к Холли.

– Принятое по заявлению внука Айры – Колби Чемберса? Ведь это он обратился в суд? Я полагаю, что он намерен бороться с приютом за этот участок.

– Откуда вы это взяли? – У Холли защемило сердце.

– Из речи, которую депутат Колби Чемберс произнес сегодня на завтраке в честь будущих хозяев торгового комплекса в Алленбурге. Запись его выступления будет транслироваться в вечернем выпуске последних известий.

Ужасно. Холли невольно сжала руки в кулаки.

– Что же именно сказал депутат Колби Чемберс?

– Он утверждает, что приют посягает на его собственность, что от использования участка комплексом город выиграет куда больше, чем если на этой земле вырастет пристройка к приюту.

Холли поняла, сколь наивна она была в своих предположениях. Чемберс намерен раздуть грандиозный скандал. Стараясь скрыть свое беспокойство, она, подняв брови, сказала как можно спокойнее:

– Ну, на это можно смотреть по-разному.

– Бесспорно, – усмехнулась Элси.

Холли собралась с духом.

– Алленбургский торговый комплекс преуспеет и без участка Чемберса. Последний даже не фигурировал в его первоначальных планах. А приюту этот кусок земли жизненно необходим.

И Холли изложила Элси все обстоятельства. Она чувствовала, что женщину больше интересует спор между приютом и Чемберсом, а не сами факты, но раз предстоит открытое сражение, то ей надлежит знать и позицию приюта.

Вечером позвонил Ник. Он сообщил, что в субботу не сможет заехать за Холли раньше полудня, и поинтересовался, как прошел день. Холли в числе прочего рассказала о разговоре с Элси.

Ник выругался.

– Чемберс, видимо, намеренно делает все, чтобы соответствовать ходящей о нем репутации непорядочного человека.

– Это точно. – И Холли состроила гримасу, хотя Ник не мог ее видеть. – Вы смотрели сегодня последние известия?

– Нет, но если бы знал, то посмотрел обязательно.

– Это было отвратительно. Самодовольный Чемберс, запакованный в костюм-тройку, произнес высокопарную речь, суть которой сводилась к тому, что кучка старых эгоистов вознамерилась жить в роскоши за счет остального населения.

– Он так и сказал?

– Нет, он выразился более уклончиво, но смысл был именно таким. Сначала он перечислил, сколько новых рабочих мест даст городу торговый комплекс, а потом заговорил о лицах пожилого возраста, которые утратили связь с молодыми людьми и забыли, как тяжело им одеть и прокормить семью. Это был его лейтмотив. Затем он принялся хвалить приют.

– Так разве это плохо?

– Плохо. По его словам, в приюте такая роскошь, что только жадюги могут желать каких-то улучшений.

– Я не смотрел новостей, – попытался утешить ее Ник, – может, и другие тоже не смотрели.

– Даже если и так, Чемберс все равно добьется того, чтобы о его речи узнали все. Война объявлена, в этом не остается никаких сомнений. – Холли горько вздохнула. – Сейчас мне даже не верится, что я была такой дурочкой: как можно было после того, что вы мне рассказали, хоть на минуту предположить, что депутат Колби будет вести честную игру! Сейчас вместо открытой кампании за сбор средств в пользу приюта начнется борьба сторон. А средства массовой информации будут подливать масла в огонь.

Остаток недели выдался весьма непростым. Миссис Викерс простудилась и угодила с острым респираторным заболеванием в медицинский центр приюта. Расстроенный мистер Мелоди, сам того не желая, обидел мисс Крайсак каким-то замечанием, которое показалось ей оскорбительным. Флосси Эллен, недовольная поведением своего приятеля, распространила о нем сплетни, чего он, конечно, не мог стерпеть. В довершение всех неурядиц не поступил своевременно материал для деревянных поделок, и Грейс в пятницу как явилась в кабинет Холли в три часа дня, так до пяти, не переставая, жаловалась на все и вся.

Наконец Холли, уже в полном изнеможении, оторвалась от приютских дел и выскочила на улицу. Какая там прогулка на байдарке, ей бы забраться в постель и проспать все выходные!

Тем не менее ей надо было по пути домой заехать в гастроном. Она бесшумно катила перед собой тележку для продуктов, и тут на одном из стендов ее внимание привлек набор цветных гелей для волос. Сразу вспомнилась Каресса с ее пурпурными волосами, страх, который она внушила Нику, и на лице Холли появилась улыбка. Она взяла наугад первую попавшуюся коробку, в которой оказались синий, красный, зеленый и платиновый гели. А что, если немного изменить свою внешность и внести тем самым некое разнообразие в предстоящий уик-энд? И Холли, уже улыбаясь во весь рот, бросила набор в тележку.

В субботу ровно в полдень Ник в шортах и майке, в каких обычно играют в регби, нажал звонок у дома Холли. Но когда дверь распахнулась и девушка предстала перед ним, он, пораженный, невольно сделал шаг назад. Что стряслось с ее волосами? Он просто не верил своим глазам. Покрасилась она, что ли?

– Что за… – вскричал было он, но осекся, поняв, что это всего-навсего шутка, и расхохотался. – Вы решили изменить свою внешность?