Вивиан Неверсон - Твой верный враг

— Так какова причина сейчас? Смущение или возбуждение?

У нее даже дыхание перехватило. И то и другое.

— Сними платье, — негромко велел Майк.

— Не могу! Кто-нибудь войдет и… — Раздался щелчок.

— Что это было?

— Я запер дверь. Никто сюда не попадет.

— У горничных есть ключи…

— Сними платье.

Это какое-то сумасшествие. Или наваждение.

Тине казалось, что под покровом темноты она может решиться на самый невероятный поступок.

Она вздохнула, а затем порывисто стянула через голову шелковое платье, не веря до конца, что действительно делает это.

— Брось на пол, — сказал Майк. Тина повиновалась.

— Теперь бюстгальтер.

Она помедлила всего секунду, прежде чем разъединить находящуюся спереди застежку. В следующее мгновение лифчик тоже полетел вниз, глухо ударившись о деревянный пол.

— Не двигайся, — произнес Майк.

— Майк…

— Стой на месте.

Тина услышала шаги, а затем горячие ладони стиснули ее запястья. Майк мягко прислонил Тину к стенке, окутав своим чудесным мужским ароматом, к которому примешивался легкий запах лежащих на полках свежих простыней.

— Я знаю, что тебе нравится, — прошептал Майк.

Так и есть. Он знает это лучше, чем кто бы то ни было. И похоже, собирается вновь доказать свою осведомленность.

— Ты любишь, когда я целую тебя сюда. — Майк коснулся чувствительного местечка пониже уха. — И сюда. — Он спустился ниже.

Тина непроизвольно запрокинула голову, чтобы ему было удобнее целовать. Ей безумно захотелось прикоснуться к Майку, однако тот продолжал удерживать ее руки по бокам.

Майк переместился ниже, к упругой груди. Вскоре Тина ощутила, как вокруг ее соска сомкнулись жаркие губы.

Она судорожно втянула воздух, мгновенно напрягшись всем телом. Ее пальцы сами собой сжались в кулаки. Затем какая-то сила заставила Тину плотнее прижаться к Майку грудью, словно побуждая поглубже вобрать в рот сосок.

— Правильно, малышка, — шепнул Майк, на мгновение оторвавшись от своего занятия. — Иди ко мне!

Тина выгнула грудь ему навстречу и сразу почувствовала прикосновение к соску языка, влажного и горячего.

Майк дразнил крохотный комочек сжавшейся плоти до тех пор, пока явственно не ощутил пробегающую по телу Тины дрожь.

Он принялся за другой сосок, методично проделав с ним то же самое. Все это время его руки сжимали запястья Тины. Майк прикасался к ней только губами и языком.

Потом он медленно двинулся обратно, одновременно скользя пальцами вверх по рукам Тины, пока в конце концов не взял снова ее лицо в ладони, припав к губам в глубоком страстном поцелуе. Почувствовав, что руки свободны, Тина обвила ими шею Майка.

Ах, как это было приятно…

Однако Майк вдруг остановился. Отпустил ее и отстранился.

Тина широко раскрыла глаза.

— Майк?

В ответ раздались глухие удары о пол. Похоже, Майк сбрасывал с полок стопки простыней. Затем он подхватил Тину на руки и уложил на импровизированную постель.

Когда она открыла рот, чтобы запротестовать, но Майк припал к ее губам в новом, еще более страстном, долгом и откровенном поцелуе. Одновременно он стащил с нее трусики. Спустя мгновение Тина оказалась совершенно голой.

— Ах как давно я этого хотел!

— Майк! Ведь мы же в бельевой!

— Тебя смущают простыни и полотенца?

— Нет! Если кто-то придет с ключом…

— Я подпираю дверь ногой. Обещаю, врасплох нас не застанут.

— Но…

— Доверься мне, малышка. Я держу ситуацию под контролем. — Майк нежно сжал ее грудь. — У нас будет все, все…

— Но я уже голая, а ты еще даже не… Майк вновь принялся ее целовать, легонько вертя между пальцев сосок.

— Такими они были прошлой ночью, когда ты ласкала себя? Плотными и твердыми?

Тина едва слышно застонала, ощутив прилив страстного желания, сладостный спазм пронзил нижнюю часть ее тела.

В эту минуту Тину раздирали противоречивые чувства. С одной стороны, ее ужасала возможность неожиданного появления свидетелей, а с другой — ей не хотелось, чтобы Майк прекращал свои действия.

Он принялся одновременно теребить оба ее соска.

— Ты ведь делала то, что я тебе говорил, правда?

Тине казалось, что отзвук ее сердцебиения наполняет все помещение.

— Да, — едва слышно призналась она.

— И ты представляла, что это я к тебе прикасаюсь?

— Майк…

— Скажи!

— Да! — выдохнула Тина.

— Можно мне сейчас повторить это?

— Я… не знаю.

Майк сжал ее колено, потом медленно переместил ладонь выше, на бедро.

— Можно?

В мозгу Тины вертелось “нет”, но она так и не произнесла этого коротенького слова. Вместо этого Тина молча раздвинула ноги, и Майк немедленно пробрался между них рукой, быстро отыскав покрытые волосками складочки. Затем он скользнул пальцем в горячую глубину.

Тину захлестнула волна пронзительного наслаждения.

— Малышка… Наверное, такой ты была вчера ночью — влажной и жаркой.

Затем Майк. нашел самую чувствительную точку ее тела. Некоторое время он легонько поглаживал пальцами крошечный бугорок, затем принялся массировать.

— Об этом ты думала вчера? — Да. Да! О да…

— Мне безумно хотелось забраться к тебе в постель, — прошептал Майк, Тина притихла.

— Почему же ты не пришел?

— Если бы пришел, а ты прогнала меня, я бы этого не вынес.

Майк продолжал ласкать ее, и скоро она полностью погрузилась в свои ощущения. Сейчас, если бы Тина даже захотела вернуться к реальности, у нее вряд ли бы это получилось.

— А интересно, прогнала бы ты меня? — спросил вдруг Майк.

Тина прерывисто произнесла:

— Не знаю. Возможно.

Майк просунул другую руку ей под голову, поцеловал в губы, затем в щеку и прошептал на ухо:

— А может быть, и нет? — Может быть…

Типа вцепилась в рубашку Майка — смокинг он, очевидно, успел снять, — прерывисто дыша и непроизвольно подаваясь нижней частью тела навстречу движениям ласкающих ее пальцев.

— Майк, — умоляюще вырвалось у нее, — разденься!

Затем она попыталась отодвинуться от Майка. Однако тот не убрал руки, продолжая ритмичные ласки, сводившие Тину с ума.

— Прошу… тебя… Майк… — между паузами выдохнула она. — Я хочу… сделать все… с тобой!

Но в следующую минуту эта мысль ускользнула, потому что Майк подвел Тину к предельной черте. И как ни хотелось ей ощутить Майка в себе, уже не осталось времени. Она больше не могла спорить или даже просто говорить и была способна лишь отдаться искусным действиям Майка, прикосновениям его рук и губ. Изнывая от сладостной неги, она словно поднималась все выше, выше и выше…