Сьюзен Cтивенс - Королевский выбор

— Ты должна пообещать мне, что перестанешь нервничать, — сказал он. — Я не хочу возвращаться домой к издерганной жене. Разве я не говорил тебе, сага mia? Все будет хорошо. Моя жена будет принимать равное участие во всех моих делах. Что-то не так, Эмили?

Эмили смотрела на него с вилкой, застывшей в воздухе. Мысль о женщине, которая будет рядом с Алессандро… рожать ему детей… была невыносима.

— Я обещаю тебе, — сказал Алессандро, накладывая себе омлет, — мы будет делить все.

— Отлично. — Эмили проглотила огромный кусок, кладя конец разговору. Она едва не подавилась при мысли, что переговоры между Алессандро и его будущей женой могут вестись уже сейчас.

Неужели она никогда не смирится с идеей, что по выполнении условий контракта они расстанутся и Алессандро найдет себе более подходящую жену?

Увы, время не повернуть вспять, а правда такова, что она любит своего мужа — глубоко, страстно, самозабвенно и, как бы отчаянно она ни желала обратного, совершенно безнадежно.

Глава девятая

Незабываемые дни в Монте-Волере прошли, как одно мгновение, и они снова вернулись в столицу Феррары.

Эмили одолевали дурные предчувствия. Алессандро уверил ее, что они расстанутся самое большее на пару недель, но почему у нее ощущение, что разлука продлится гораздо дольше?

Этим утром Алессандро должен был уезжать, а Эмили даже не успела закончить с переездом в замок.

Она бродила по комнатам, пытаясь сосредоточиться, подбирая то один, то другой предмет, бесцельно перекладывала их с места на место и каждую минуту смотрела на часы, которые безжалостно сокращали время, оставшееся до отъезда Алессандро.

— Эмили, прости меня.

Она вздрогнула, когда он ворвался в комнату, подошел к ней, взял обе руки в свои и поднес их к губам.

— Прости меня, сага sposа[4]…

— Государственные дела? — мягко поддразнила Эмили, выдавливая улыбку, потому что чувство одиночества уже закрадывалось ей в душу.

Но меньше всего она хотела беспокоить Алессандро в те короткие минуты, что у них оставались. И когда он усмехнулся в ответ, испытала облегчение.

— Ненавижу все эти помехи, — пробормотал Алессандро, привлекая Эмили к себе.

— Как? И меня тоже? — нежно спросила она, глядя ему в глаза.

— Нет, только не тебя, — ласково проворчал он и усадил ее на диван.

— Ты опоздаешь, — напомнила Эмили, взглянув на часы на каминной полке.

— Ну и ладно, один раз можно. Тем более, что я не собираюсь вводить это в привычку. — Алессандро замолчал, глядя на Эмили сверху вниз. — Но на этот раз у меня есть серьезная причина.

— И какая же? — полюбопытствовала она.

— Ты, — лукаво отвечал Алессандро, отводя прядь волос с ее лица. — Весь мир может подождать, пока я с тобой, потому, что я тебя люблю. Люблю больше жизни. Прости, что мне приходится уехать, но, как бы сильно ты ни скучала, знай, что я буду скучать еще сильнее.

Эмили погладила его по щеке.

— И я люблю тебя. Сильнее, чем могла представить, — прошептала она. — Ты моя жизнь, Алессандро.

Алессандро поднес ее руки к губам и поцеловал ладошки.

— Навсегда, Эмили, — прошептал он, глядя ей в глаза. — А теперь… — Уголки его губ приподнялись в загадочной улыбке. — У меня есть кое-что для тебя.

— Корона? — пошутила Эмили.

— Нет, не корона. Я, конечно, мог бы подарить тебе корону, но тебя такие вещи, похоже, не интересуют.

Эмили ужасно нравились морщинки, которые появлялись у него в уголках глаз, когда он улыбался.

— Ладно, не мучай меня.

Алессандро залез в карман и достал тонкий томик стихов.

— Кристофер Марло, — объявил он негромко, протягивая его Эмили. — Ты довольна?

— Очень, — прошептала Эмили, проводя пальцем по корешку. Алессандро не мог порадовать ее больше, чем, подарив эту книгу. — Мне ужасно нравится, — прошептала она. — Это самый замечательный… самый особенный подарок в моей жизни.

— Я надеялся, что ты это скажешь. — Алессандро взял ее за подбородок и нежно поцеловал в губы. — Потому что я хочу, чтобы ты читала по странице в день, пока меня не будет, и знала, как я люблю тебя. А теперь…

— Тебе пора уезжать? — попыталась изобразить бодрость Эмили.

— В любом случае скоро, — согласился Алессандро, касаясь пальцем ее губ.

Эмили отстранилась.

— Прости, Алессандро, но…

— Говори, Эмили, — мягко потребовал он.

— Когда условия нашего контракта будут выполнены… Тебе уже подыскали невесту? — спросила она тихо.

— Невесту мне уже подыскали, — ответил он. — Но я нашел ее сам, и сейчас она стоит передо мной.

— Так ты правда, меня любишь?

Брови у Алессандро слегка приподнялись, а потом он заговорил мягким, поддразнивающим тоном, который так любила Эмили.

— Ты угадала, — тяжело вздохнул он. — Ну вот, теперь у меня не осталось никаких секретов.

Он привлек ее в свои объятья, и она снова ощутила себя в безопасности, а собственные страхи показались ей глупыми и бессмысленными.

— Я даже не знаю, как смогу жить без тебя, — прошептала она.

— Мы будем врозь недолго, — снова пообещал Алессандро. — Я бы взял тебя с собой, но…

— Все будет в порядке, — горячо прошептала Эмили. — Поезжай, пока не передумал.

— Я уже передумал, — заявил Алессандро, запуская руку в волосы.

— Но ты же опоздаешь, — не особенно настойчиво напомнила Эмили, когда он снова притянул ее к себе.

— Одно из преимуществ, принца состоит в том, что он утверждает повестку дня, — хрипло прошептал он ей на ухо. — И я только что вспомнил об одном деле… которое не терпит отлагательств…

— Здесь? — выдохнула Эмили, чувствуя, как бешено, заколотилось сердце, когда Алессандро прижал ее к двери.

Сделав ей, знак помолчать, он вытащил из кармана мобильник.

— Вылет переносится, — коротко сказал он, дождавшись соединения. — Возникли непредвиденные обстоятельства.

После отъезда Алессандро Эмили занялась перепланировкой комнат его отца и вскоре призналась себе, что достигла несомненных успехов — угловатую мебель, заменили на уютные кресла, ковры и пледы. Было отведено место для небольшой кухни, и отныне туда ежедневно доставлялись свежие фрукты, печенье и другие деликатесы.

— Ты и так уже много для меня сделала, — запротестовал однажды старый король, когда Эмили раскачивалась на верхней ступеньке стремянки, прилаживая к стене украшение из сухих цветов и листьев. В ответ она обернулась и вдруг замерла, приложив руку ко лбу. У нее закружилась голова…

— Может, нам позвать кого-нибудь из слуг, чтобы они все сделали? — предложил король.